Zusammen

POV Неле       Вспоминая вчерашний день — его однозначно можно назвать самым ужасным в моей жизни. Мало того, что меня чуть не изнасиловал в парке какой-то мужик, так еще и всю ночь мне снились кошмары, от которых я несколько раз просыпалась…       С трудом поднимаюсь с кровати и подхожу к зеркалу. Оттуда на меня смотрит девушка с опухшим после сна лицом, и растрепанными волосами, торчащими во все стороны. Добавляет красок этой картине — размазанный макияж. Вчера ночью я забыла смыть косметику… Потому что зашла к себе в комнату, обессиленно грохнувшись на кровать!       Не могу смотреть на себя в таком виде, поэтому — принимаю решение пойти в душ. Думаю, многие любят просто стоять под душем и думать о чем-нибудь. Я вновь прокручивала в памяти вчерашний день, в то время, как мне на голову падали такие расслабляющие капли теплой воды, стекающие по изнеможенному телу.       Вчера мы собрались у моей подруги дома. Там было около пяти человек. Мы веселились, танцевали под громкую музыку, все выпивали, кроме меня. Я не пила просто потому, что не умею пить. Не особо-то и хотелось проснуться наутро с головной болью, и непонятно с кем в постели.       Вспоминается момент, когда я посмотрела на часы и сказала, что мне пора.       Ник — мой парень, казалось бы, даже ухом не повел. Хоть бы проводил меня домой что ли! И ведь даже не позвонил, не узнал, все ли со мной в порядке! Как бы не было тяжело это осознавать, но это так — ему все равно на меня. Стало все равно…       Он редко мне звонит. Мы видимся либо в школе, либо в кругу наших общих друзей. Когда мы вместе — я не чувствую его любовь…       А как все красиво начиналось: он ухаживал за мной, дарил самые красивые цветы. Мы ходили гулять по парку, романтично проводили время, целуясь при полной луне…       Один раз, когда мы остались у меня дома наедине, он намекнул, что нам пора уже продвинуть наши отношения чуть дальше. Дальше — это переспать.       Я тогда почему-то засомневалась и отказала ему. Вернее, я объяснила, что надо просто немного подождать.       После этого все как будто начало рушиться.       А что, если бы я согласилась переспать с ним? Наши отношения были бы сейчас как прежде, или он вообще бы бросил меня? Неужели всем парням только и нужно это?       От этой мысли мне стало грустно…       После душа, мне стало чуть легче. Поэтому я, суша волосы на ходу полотенцем, шла на кухню готовить себе лёгкий завтрак, так как мама с утра пораньше убежала на работу.

***

      После вкуснейшего завтрака я решила собраться на пробежку.       Люблю бегать по утрам, а сейчас и подавно, так как вчера ночью, прямо после того, как я пришла — полил дождь. Поэтому на улице сейчас превосходный свежий запах росы.       Быстро одеваюсь, накидываю на себя легкую спортивку и выбегаю из дома.       Опа-на… какие люди! Это же Билл — мой вчерашний спаситель, стоит перед моим забором. Но что он перед ним забыл-то? Решил добровольно перекрасить его? О, спасибо тебе, Каулитц, за такую великую щедрость! Отработаешь за своих фанаточек, которые исписали мой бедный заборчик…       Подбегаю к нему с радостной лыбой и начинаю расспрашивать: — Привет, Билл! Ты что тут делаешь? — только посмей сказать, что забор не покрасишь, в лоб дам!       Он поднимает свой взгляд на меня, и на его лице расплывается счастливая улыбка. Боже, прекрати ты так делать… Я чувствую себя каким-то щеночком, к которому вернулся хозяин. Тьфу на тебя, Каулитц! Убери эту улыбку, с меня теперь тоже лыба не сползает… — Да вот, решил с утра прогуляться и проходил мимо. Сегодня отличная погода, не находишь? А ты куда собралась? — Я решила пробежку себе устроить. — поднимаю руки вверх и начинаю тянуться. Ну что ты так смотришь, Билл? Ой, курточка задернулась вместе с футболкой… Его взгляд ползет вниз к моему открывшемуся животу и он усмехается. Глупенький, ты че ржешь-то? Ну смотри, пока можно, что. Усмехаюсь в ответ и опускаю руки, поочередно встряхивая их. — Здорово. Тогда ничего, если я составлю тебе компанию? — Никак нет, — мило улыбаюсь и иду вперед, начиная потихоньку бежать, — Вперед, Билл Каулитц, уж я-то тебя погоняю!

***

      Ахаха! Боже, кто-нибудь, остановите мой смех, у меня уже живот разрывается! Этот хиляк «сдох», пробежав первый километр. А ведь странно, вчера он мне казался более спортивным. Бежал, как спринтер, у меня аж дух перехватывало. Нет, не только от того, что я бежала, но и от того, что я поражалась от его скорости. Думала, что вперед меня убежит, да оставит одну… Ну, хотя бы остановился и спрятал, спасибо!       Но то, что я вижу сейчас это просто… остановите землю — я сойду! Ахаха, ну и парень, совсем дохляк. Ему точно не хватает выносливости. А я все стою, облокотившись спиной о большой дуб, и не переставая ржу с него, а он снова, после передышки, начинает бежать, как загнанная собачонка с открытым ртом и мокрой футболкой, облипшей на его прессе… которого нет. Хах! Ух… чет горячо стало. Надо воды было взять. Билл останавливается и начинает дышать так, как будто не километр пробежал, а пять километров как конь какой-то. Даже что-то жалко стало его, прости меня что ли, Билл… Подбегаю к нему и легонько хлопаю по намокшей от пота спине, и бодренько спрашиваю: — Эй! Ну ты чего? Вчера же ты был более выносливым. В чем секрет, не поделишься? — давай, скажи хоть слово-то, хотя, я глубоко сомневаюсь, что он вообще сейчас ходить сможет. — Вчера… был особый… случ… ай… — ой-ей, да что такое-то? Парень, ты тут это, не умирай, окей? Держись! Дыши, пацан! Прости меня за мои грехи! Черт, меня ж посадят за то, что я угробила самого Билла Каулитца километровой пробежкой! А-а-а-а! Что делать-то? — Ты как? Выглядишь так, как будто сейчас коньки отбросишь. Зря я бутылку воды не захватила, сейчас бы очень пригодилась. Пить хочу. — Да ты сама доброта. — о, Билл воскрес! Неужели? Я думала, прям тут подохнет, и обводить мелом придется. Ла-а-адно, проехали.  — Да я бы и тебе дала воды. Если бы осталось конечно. Хе-хе, с пробежкой мы, то есть ты, закончил. Поэтому, давай прогуляемся, раз уж вышли. — он, восстановив свою «дыхалку», наконец-то взбодрился, и зашагал вперед. Отлично! Но, теперь я хочу не только пить, но и есть. Еще лучше…       Все время, пока мы шли, обсуждали и разговаривали о многом. Я узнала, что у Билла есть брат-близнец — Том. Так значит, это его имя было написано рядом с именем Билла на стенах той беседки. Том родился на десять минут раньше, поэтому он и за старшего, но в большинстве случаев, они оба себя ведут, себя как «дети», так как в группе самые младшие. Но это не отменяет того факта, что они там главные. Билл так увлеченно рассказывал про Тома, что я аж захотела увидеть его братца. Интересно, он такой же, как и Билл? Глупый, конечно, вопрос, они же близнецы. Но, хоть на лицо они и одинаковые, в характере точно, должно быть, разные. Вот я уверенна! Мне даже стало жаль Георга и Густава — это басист и ударник в их группе. Билл рассказал, что они менее популярны, чем он с Томом. Вот же, если уж нравится группа, то извольте любить всех участников, несправедливо же! Увидела бы их — обняла бы и сказала, как мне обидно за них. Но что уж поделать, видимо фанаточкам только близнецы и важны. — Ну как так? Вот все, познакомишь меня с этими бедными ГГ и я буду их фанаткой! — шутливо начала я тему разговора. — Мы любим Густава и Георга. — Билл усмехнулся и поправил свою излюбленную кепку, уже который раз… Я сейчас сорву с тебя эту дранную кепку, если ты не прекратишь! — Тебе же жарко в кепке, сними ты ее. — Нет, не хочу. — опять эта ухмылка, ты начинаешь раздражать меня, Каулитц! Я тебе сейчас взбучку такую устрою, мало не покажется! — Ты лучше кепочку-то по хорошему сними, а то больше никогда ее не увидишь. — смеясь, говорила я, начиная потихоньку подходить к Биллу, смотря на кепку, и на то, как его руки медленно тянуться к ней, пытаясь удержать. — Ну, нет-нет, теперь точно не выкрутишься! Отдавай сюда, кому сказала! — Ни за что! — смеется и отскакивает от меня, как от огня. Вот же подлец, а! — Я свою кепку даже брату не даю, а тут тебе? Хах! Нет уж! Отстань, отвяжись от меня! — я подбегаю к нему вплотную, начиная тянуться за кепкой. Ну что ты такой высокий-то?! Вот сейчас за волосы схвачу, и сразу новую песню сочинишь. Хватаюсь рукой за его плечо и прыгаю вверх, пытаясь ухватится за гребанную кепку… но вместо этого скидываю ее с головы Билла, и она приземляется в лужу, после вчерашнего ночного дождя…       Мама, спасите кто-нибудь! У него уже взгляд бешеный! — … — Прости. Билл? — смотрю ему в глаза, и понимаю, что сейчас схлопочу. Так что, не задумываясь бросаюсь в бегство.       Так. Скажите мне, он что, точно спринтер?! Я со всей силы бегу, а он только ускоряется и ускоряется! Чувак, не убивай, я постираю!       Билл догоняет меня и, хватая за запястье, разворачивает меня на все 180 градусов. Слышь, Каулитц, прости, ради бога, за эту драну… великолепную кепку, только пощади!       Опять этот взгляд сверху вниз. Эй, мне не комфортно даже как-то стало! Страх тут нагоняет на меня! — Ну Билл, ну прости-и-и! — пытаюсь всеми способами отвязаться от «убийства» кепочки. — Ты чего побежала-то? — невинный взгляд на меня, и хлопанье карими глазками. — Ты на меня так посмотрел тогда… Думала, прибьешь к чертям! — Ну, за кепку обидно — она любимая. — на его лице появилась лучезарная улыбка, он уверенно, но осторожно взял меня за руку и повел вперед. А, точно, мы же прогуливались. Ахах, даже из головы вылетело.       Дальше мы спокойно шли, свернув в тот самый парк, в котором мы впервые встретились. Это было только вчера, а ощущение, как будто вечность прошла. Удивительно…       Как тут все-таки красиво. Закрываю глаза и вдыхаю влажный воздух, а легкий ветерок дует в лицо, откидывая назад и растрепывая мои волосы. Открывая глаза, поднимаю голову вверх, и вижу прекрасно чистое голубое небо. Сегодняшнее утро совершенно отличается, почему же? Потому, что погода хорошая? Или… потому что он рядом? Опять это странное ощущение в груди… как будто что-то теплое разливается по телу, а улыбка сама по себе появляется, смех так и вырывается наружу, превращая обычный, нудный день в просто невероятный. Такого раньше не было. Прочь такие мысли! Прочь! Я сейчас точно с ума сойду.       Вздыхаю, опуская голову и прикрепляя взгляд к Биллу. Ну почему ты такой… особенный? — Спасибо тебе за хорошее утро, — улыбаюсь, подходя к парню и хлопая его по спине. — Пойдем, уже, наверное, полдень. — достаю телефон из кармана, смотрю время и, поднимая руку вверх, радостно вскрикиваю «Я была права!» — Я так устал… Хочу домой и поскорее завалиться спать. К тому же, у меня еще куча дел. Ох… — закрывает глаза, наверное, представляя, как уже нежиться в своей кроватке. Он прямо как кот, вот только ушей с мордочкой не хватает, ахаха! — Да ты вообще, пробежал-то всего ничего, а так вымотался, дохлятинка. — смеюсь так, как будто из психушки сбежала, сильно хлопая по плечу парня. Его лицо недовольно скривилось, больно наверное, прости уж. — Я тоже домой пойду, так что идем.       Если честно, мне совсем не хотелось прощаться… Я бы с удовольствием еще пообщалась с Биллом, побегала и посмеялась над ним. Но, видя, как он устал, решила не мучить парня, отправив его домой поскорее отдыхать, да и сама домой захотела, желая скорее заварить себе чай, и плюхнуться в любимое креслишко, которое, наверное, уже заждалось меня.       Распрощавшись с Биллом, я поплелась домой, и как раз по пути, у меня начали болеть ноги… прекрасное везение! Черт бы побрал эти пробежки, я уже расхотела вообще ходить и что-то делать. Просто отдохнуть в кресле, и больше пока ничего не нужно.

***

Avril Lavigne — Together       Наконец, уже сидя в кресле и попивая вкусный, прохладный чай, мой телефон зазвонил. Я, попутно нажимая кнопку «ответить» и ставя кружку чая на столик, поднесла телефон к уху, слыша знакомый голос своего парня: — Привет, крошка! — надо же, с чего бы это вдруг? Он вспомнил про меня, хах? Да-а-а, раньше я была «красоткой», теперь стала «хлебной крошкой». Шуткую, чтобы хоть как-то развеселить себя, так как звонок парня совсем не обрадовал, чего я сама от себя не ожидала. Но, все-таки, я «весело» ему отвечаю: — Привет, Ник. — вот же я мастер притворятся, сама себе поражаюсь. — Как у тебя дела? Ты мне впервые за долгое время позвонил… — Перепил вчера… Сама-то как? Вчера же ушла раньше всех. — Ну как я? — вздыхаю, и вожу пальцем по гладкой поверхности столика. — Вроде бы нормально. Правда… меня чуть не изнасиловали вчера в парке. — Оу, милая… Ты в порядке? Я волнуюсь за тебя… — и ведь ни капли волнения в голосе, что ж ты за козел такой, Ник? — Да все нормально. — а что? Я буду ему рассказывать еще все? Да пошел он! — Смогла убежать. — Тогда окей, я надеюсь увидеть тебя завтра в школе в хорошем настроении. Целую, детка! — и сбросил.       Конец этого разговора — единственная вещь, которая обрадовала меня в данный момент.       Я скучала по его голосу раньше.       Раньше…       Но сейчас его голос мне противен, я не желаю его слышать. Я была бы готова даже в школу не идти, лишь бы не видеть его, не чувствовать его фальшивые объятия, от которых уже в дрожь бросает, и словечки о том, как он любит меня.       Ложь…