Снимайте шляпу

— Вы волнуетесь? — Боюсь, что да.       Если бы Чуя сказал, что он спокоен, то соврал бы дважды. Первый раз — самому себе, а второй — собеседнику. Он сидел в светлом холле в обнимку со своим портфолио. Сердце буквально колотилось в горле. Ещё бы, ведь после того, как ему отказали практически все ведущие дома моды, уверенности в себе поубавилось. Он не был суеверным человеком, да и мало верил в какие-либо знаки судьбы, однако, перед этим собеседованием он положил счастливую монетку под пятку. Хотя всё, в чём он нуждался — это не талисманы удачи, а несколько лишних сантиметров роста.       Из-за стойки выглянула светловолосая девушка и оповестила Чую о том, что его ожидают.       Ну вот и всё. На этот раз он обязан добиться своего.       Он зашёл в просторный кабинет, который всем своим видом говорил о серьёзности и важности проводимых в нём бесед, и постарался сохранять спокойствие. К счастью, его собеседник находился в отличном расположении духа и уже сходу попросил чувствовать себя как дома. Ненароком Накахара даже подумал о том, что это какой-то розыгрыш, но быстро прогнал эти мысли из своей головы, переключаясь на деловой разговор.       Всё проходит идеально до той поры, пока речь не заходит о личном портфолио, на титульном листе которого чёрным по белому записаны все параметры модели. — Вы не имеете личного агента? — спросил мужчина средних лет, проводящий собеседование. — Графа пустует.       Разумеется, агента Чуя не имел. Как он мог найти агента, если до сих пор ни один модельный дом не принял его в свои ряды. В конце концов, искать персонального представителя своих интересов было ему не по карману. — Не имею. — Ах, точно. Прошу прощения за глупые вопросы, я совсем заработался за сегодня. Мы ведь оба понимаем, что агент присутствовал бы здесь.       Чуя слегка поёжился, не столько из-за холода, сколько из-за неудобства ситуации. Да, агент ему явно был необходим, однако, он и сам в состоянии ответить на все интересующие работодателя вопросы.       Когда собеседование подходило к концу, Чуя слегка расслабился, поскольку до сих пор не услышал резкого отказа, как в прошлые разы. Даже если это будет стандартная фраза «мы Вам перезвоним», он не сильно расстроится. Хотя, он сам прекрасно понимал, что врёт самому себе. Следует отметить, что это был единственный раз, когда собеседование длилось так долго. — Что хочется Вам сказать, мистер Накахара. Мне кажется, что Вы — отличная модель, в этом нет никаких сомнений. Все параметры просто идеальны, но, — он запнулся. — Не хочу показаться некомпетентным. — Нет-нет, Вы можете сказать всё, что думаете на мой счёт, — ломано возразил Чуя, стараясь усмирить внутреннее волнение. — Хорошо. Думаю, мистер Накахара, Вы и сами понимаете Вашу проблему. Однако мне бы не хотелось распрощаться с Вами сейчас, поэтому мы Вам перезвоним. — Да, понимаю, — он слабо кивнул и поднялся со стула. — Спасибо. Было приятно иметь с Вами дело.       Он знал эту фразу на зубок и говорил её без какой-либо искренности. Это было своеобразным клише, которое произносилось с целью скрыть самоненависть, которая грызла его изнутри каждый раз, когда он слышал отказ. — Как и мне с Вами.       Когда Чуя практически вышел из кабинета, его окликнули: — Мистер Накахара. — Да? — Прошу, не делайте поспешных выводов и не принимайте всё близко к сердцу. — Спасибо, — тихо проговорил он и вышел из кабинета, сдерживая желание хлопнуть дверью.       Выйдя из здания, в котором проводилось собеседование и слегка содрогаясь от уличного холода, он в очередной раз задал самому себе вопрос: «Зачем ты тешил себя надеждой, идиот? Ты ведь прекрасно понимал, что всё закончится именно так».       Для себя он решил, что лучшим способом переварить этот день будет целевое вливание в свой организм алкогольных напитков до беспамятства. Да, всё, что ему было необходимо — забыть это, как страшный сон, а утром купить билет на первый же рейс самолёта и уехать домой. А после всё должно наладиться. В конце концов, однажды ему должно повезти.       Он уверенно шагал в неизвестном направлении, совершенно не смотря под ноги. В конце концов, он запнулся и упал. Проходящие мимо люди не обратили на это никакого внимания, и Чуя мысленно поблагодарил всех богов Олимпа за это. Однако его пальто было испорчено. И угораздило же упасть прямиком в лужу. С грустью он отметил, что его настроение и самооценка тоже плавают в этой луже. Нет ни сил, ни желания подняться на ноги. Чуя вздрогнул, когда услышал задорный смех, доносящийся откуда-то сверху. Лениво поднимая голову вверх, он заметил мужчину, который изо всех сил старался подавить истерические нотки в своём задорном хохоте, но выходило, честно говоря, не очень. — Что такое? Я выгляжу смешно? — Извините, — еле-еле произнёс темноволосый. — Но Вы так и собираетесь лежать в этой луже? — Если я скажу «да», это ещё больше рассмешит Вас?       Мужчина буквально давился смехом. Спустя пару секунд он глубоко вздохнул и вытер выступившие слёзы. — Вам помочь подняться? — он протянул руку Чуе. — Просто я наблюдаю за Вами с момента Вашего падения, и это сделало мой день. — Я рад, что полезен хоть кому-то.       Чуя поднялся без посторонней помощи, аргументируя это тем, что он не хотел запачкать собеседника. Тем более, раз уж руки незнакомца обмотаны бинтами, не стоит нарушать стерильность. — Знаете, я теперь у Вас в долгу. — В каком смысле? — Вообще-то, я шёл к центральному мосту, чтобы сброситься с него, но теперь я нахожусь в прекрасном расположении духа.       Чуя недоверчиво окинул его взглядом и покачал головой: — В чём подвох? Вы каскадёр или просто шутите? — Нет, я серьёзно. Кстати, могу ли я узнать Ваше имя? — Зовите меня любителем поваляться в луже или просто Чуей. — Очень приятно, просто Чуя, я просто Дазай. — Дазай, а знаете ли Вы, что суицид — не выход?       Дазай широко ухмыльнулся. — Не выход, но тоже вариант.       Чуя решил воспользоваться «подарком судьбы», коим был Дазай и спросить дорогу до ближайшего бара, поскольку желание напиться до сих пор не оставило его.       Они пробыли в пабе до трёх ночи и ушли оттуда лишь потому, что Чуя не мог связать и двух слов (а так же, потому что он оставил за барной стойкой все свои деньги, и даже те, что предназначались для покупки билета).       Разумеется, Осаму оказался теми самыми свободными ушами, которые обычно выслушивают градусные откровения. Он не был против подобного расклада, а даже наоборот. Весь вечер Дазай выслушивал душераздирающие истории модели, которой постоянно отказывали лишь из-за роста. Чуя рассуждал о том, как несправедлив и жесток этот мир, как трудно найти хорошего агента, который взял бы на себя такую большую ответственность, а Дазай просто слушал и широко улыбался.       Он наконец-то нашёл то, что так упорно искал. Ту самую крупицу надежды на изменения в его мрачной жизни. — Чуя, — Дазай практически волоком вытащил его на улицу. — Вы помните адрес отеля или хотя бы его название? — Моё призвание? Я же уже сказал Вам, что я модель. Какой Вы невнимательный, Дазай!       Осаму вновь рассмеялся, на что Чуя обиженно фыркнул: — Не вижу ничего смешного. — Вы в состоянии самостоятельно идти? — Куда? — Полагаю, ко мне. — Так сразу? Хорошо, только есть одно условие. — Какое условие? — Чуя молчал, а Дазай продолжил. — Вы не помните даже адреса отеля. Я не могу оставить Вас на улице в таком состоянии. Тем более, денег у Вас, по-видимости, не осталось совсем. — Тс-с-с, — модель приставила палец к его губам, призывая к молчанию. — Интим не предлагать.       Возможно, Осаму поторопился с выводами, и Чуя не был той крупицей надежды, но теперь пути обратно нет. Да и потом, даже, если ему не удастся проделать задуманное, у него хотя бы есть лишняя причина для смеха.       Особенно комичная ситуация произошла на следующее утро. Во-первых, Чуя не помнил ровным счётом ничего, даже того, как оказался у Дазая. Да что там говорить, он не с первого раза признал нового знакомого. Во-вторых, невозможно было взглянуть без слёз на то, как безуспешно он пытался подняться с дивана. Что ещё более смешно, он искренне не понимал, почему его голова так сильно кружится, а в горле ужасно жжёт. — Держи, — Дазай протянул ему стакан воды. — Не волнуйся, это просто аспирин. — Мы уже на «ты»? — непонимающе спросил Чуя, принимая и жадно опустошая стакан.       Дазай широко ухмыльнулся: — Ты совсем ничего не помнишь?       Чуя виновато покачал головой: — Совершенно. Помню только лужу, в которой я лежал. Я должен Вам денег? Я всё отдам, не переживайте, мне нужно только найти мой кошелёк.       Он резко встал и его пошатнуло. Дазай остановил его и усадил обратно на диван. — Никаких денег. — Ничего не понимаю, — Чуя схватился за голову. — Что произошло? — Что ж. Чуя Накахара, теперь у Вас есть личный агент. Это я.       Модель непонимающе посмотрела на него пару секунд, выискивая в его словах скрытый подвох. — Я сейчас всё правильно услышал? — Да. Ты не рад?       Их разговор прервал звонок телефона. Чуя дотянулся до полки, на которой лежал его мобильник и уже снял трубку, но Дазай выхватил телефон из его рук и включил громкую связь. — Алло. — Что ты делаешь? — Свою работу.       Из трубки послышался приятный женский голос. — Здравствуйте, могу я услышать Чую Накахару?       Дазай ответил вместо него: — Да. Я Вас слушаю. — Отдай телефон, — Чуя потянулся к нему, но вовремя остановился, поняв, что сейчас он не в том состоянии, чтобы делать резкие движения. — Я из модельного агентства. К сожалению, у меня для вас не самые хорошие новости. Вы нам не подходите.       На полном серьёзе Дазай ответил: — Знаете, это ваше агентство мне не подходит. Всего доброго.       Он сбросил вызов. — Что ты сделал? Разве можно так грубо отвечать девушкам? — Она только что грамотно послала тебя. О какой грубости может идти речь? — Ладно, забудем это. А теперь по порядку. Не хочешь мне объяснить, что вчера произошло, что я вдруг нашёл агента? — Ты упал в лужу. — Спасибо, это я и так отлично помню. — Думаю, тебе не захочется знать, что ты вытворял, когда напился в стельку, — Дазай загадочно улыбнулся. Раз Чуя ничего не помнит, значит, он имеет полное право немного приврать ему. — Как ты рассказал мне про то, что ищешь агента, а потом накинулся на меня. — В смысле накинулся?       Дазай нервно усмехнулся. — Мы ведь оба поняли, в каком смысле ты накинулся. Я был в шоке, но потом ты посмотрел на меня и серьёзно сказал: «интим не предлагать».       Чуя закрыл лицо руками, стараясь скрыть смущение. Дазай был доволен своей работой. Он похлопал его по плечу и самым невинным голосом пролепетал: — Мы можем забыть об этом моменте. Согласен? — Ещё спрашиваешь? Конечно! — Отлично. Значит, теперь наш договор точно в силе. — Договор? — Я же уже сказал, что теперь у тебя есть агент. И тебе бы нужно поскорее отойти от похмелья, потому что на сегодня у нас запланирована куча дел.       Дазай заметно оживился и принялся расхаживать по комнате, а Чуя просто шокированно следил за ним взглядом. — Сегодня мы исправим твоё резюме. Потому что это просто никуда не годится. Что ты думаешь насчёт того, чтобы прибавить тебе несколько лишних сантиметров роста? — Как ты предлагаешь это сделать? — Очень просто. Мы перепишем резюме и в графе роста укажем фальшивые цифры. — Допустим, это сработает. Но когда они увидят меня в жизни, то… — Тс-с-с. Ты ещё не знаешь всех тонкостей. Мы сделаем ход конём. — Напомни, почему ты вообще согласился стать моим агентом? — За красивые глаза. Устраивает такой ответ? — Нет. — Тогда, это твои проблемы. Значит так: мы купим тебе сапоги на скрытой платформе. — Что? — Знаешь, девушки носят похожие, чтобы казаться выше. — Я не собираюсь этого делать. Это абсурд! Какого чёрта ты смеёшься надо мной? Я похож на девушку?       Дазай подошёл к нему, а затем присел на пол так, что теперь Чуя мог смотреть на него сверху вниз. — Посмотри на меня. — Зачем? — Посмотри.       Чуя смущённо отвернулся, но Дазай ухватил его за подбородок и повернул голову так, что у парня не было другого выбора, кроме как смотреть прямо на него. — А теперь скажи мне, каково это, посмотреть на кого-то свысока? — Э… Это необычно. — Отлично, а ещё? Тебе нравится? — Ты можешь убрать свою руку? — Нет. Я не уберу, пока ты не ответишь. — Да. Мне нравится смотреть свысока.       Дазай крепче сжал его подбородок. Чуе показалось, что он сейчас буквально сломает половину его лица. — Ты говоришь неискренне. Так дело не пойдёт. Чтобы я мог представлять твои интересы, я должен знать о тебе всё. — Что ты хочешь, чтобы я сказал? — Я хочу, чтобы ты сказал правду. Каково это, смотреть на людей свысока? Для тебя ведь это впервые.       Чуя почувствовал ком, подступающий к горлу. «Не хватало ещё разрыдаться», — подумал он про себя и ломаным голосом сказал: — Это больно. Больно осознавать, что на меня каждый встречный-поперечный смотрит именно так. Надменно и свысока. — Молодец, — Дазай ослабил хватку. На щеках Чуи остались слабые пятна от его пальцев. — А теперь представь себе, что ты сможешь быть наравне с этими людьми. Но ты будешь лучше них в сотню, нет, в тысячу раз, потому что у тебя есть секрет. — Какой секрет? — Ботинки на платформе.       Чуя закатил глаза. — Опять ты за своё. Я не буду носить женскую одежду.       Дазай рассмеялся и встал с пола. — Стыдно, Чуя, друг мой, стыдно, не знать того, что одежда не имеет гендера. А я считал тебя образованной моделью. Всему-то тебя придётся учить. — Хах, — Чуя потёр щёки. — Впервые слышу такой откровенный бред. Ты точно агент? — Теперь да. — Что значит теперь? А до этого ты кем был? — А об этом история умалчивает, — Чуя скрестил руки на груди и выжидающе смотрел на него. — Какая разница, кем я был вчера? Это прошлое, и там я больше не живу. А с сегодняшнего дня я твой агент, и ты теперь от меня никуда не денешься. — Вы — невыносимый человек, Дазай. — Опять Выкаешь мне? — Извиняюсь. Ты — самый невыносимый человек на всём белом свете, Дазай.       Осаму не помнил, когда он в последний раз так часто улыбался, но Чуя явно хорошо на него влиял. Всё-таки, он не ошибся тем вечером. Кто бы мог подумать, что плавающий в луже парень окажется той спасительной нитью, которая вытянет его из бездны безысходности.