След на коже

      Брюс Уэйн часто видел, как на коже матери остаются тёмно-синие следы, когда Томас передаёт ей соль за столом или берет за руку. Повседневные, привычные для всех действия, кажутся малышу чарующими. Краска появляется на теле отца, как только руки Марты перестают обхватывать его шею, и тёплые объятия разрываются.       Мятный, любимый цвет Брюса, радует глаз, отцу он идёт, несомненно. Старший Уэйн довольно смотит на пятна супруги, целует в висок и поворачивается к сыну. Тот приоткрыл рот и старается запомнить каждую секунду этого момента.       Вечером этого же дня отец и сын сидят на скамейке в саду, Брюс увлеченно гадает, кем же будет его соулмэйт. Томас смеётся, уверяет, что это будет самая прекрасная девушка, какую только можно представить. Их встреча будет незабываемой, просто волшебной. Она перевернет всю жизнь и заставит сердце биться быстрее.

~~~

      Через несколько лет Уэйну приходится вспомнить слова своего отца. Жизнь перевернулась, ещё как. Мальчика трясет, он пытается согреться у камина. Поленья звонко потрескивают, жар, исходящий от них, расслабляет Брюса. Все ещё не отошедший от необычной встречи, он медленно проваливается в сон.       Не так он представлял себе встречу с соулмэйтом. И уж точно не этого человека он представлял. Миллиардер ещё не смирился в с тем, что в Готэме надо предполагать все самое худшее.       Просто маньяки, кучка маньяков. Они не убьют его, верно? Брюс не мог сказать точно, что хотели эти психи, но странный фокусник точно был их главарем. Джером Валеска, красивое имя для убийцы. Он постоянно хихикает, дергается и переигрывает. На вид он лишь на год или два старше Брюса, но глаза серьёзные, даже если он противно смеётся, размахивая руками. Возможно, это звание досталось ему трудом и потом. Из-за возраста его не хотели принимать всерьёз? Брюсу это так знакомо, но, в отличии от рыжего, он не прячется под маской безумца – боится навсегда вжиться в образ.       "Добровольцем" в смертельном фокусе выбирают его. В следующий раз, а он точно будет, уверяет себя мальчик, не стоит так пристально разглядывать психопатов. Девушкой в перьях оказывается съехавшая с катушек бывшая Джеймса Гордона. Это Готэм, очень ожидаемо. Ее цель – свести счеты с Лесли Томпкинс. Никто не собирается ей мешать, все внимание снова на маньяке и его маленькой жертве.       Джером хищно скалится, прижимая нож к горлу сына Готэма. Лезвие лишь щекочет, не стараясь навредить. Теплые руки фокусника сжимают мальчика, а пальцы руки с оружием, легко касаются кожи. Он шепчет что-то неразборчивое на ухо юноши, хихикает и смотрит на публику. Зал с ужасом наблюдает, кто-то дрожит, никто не смеет позвать на помощь. Раздается пулеметная очередь, какая-то женщина вскрикивает. Не надо было пытаться убежать, ясно же сказали.       Горло юноши сжимается сильнее, он не чувствует боли, лишь покалывание на месте касания пальцев. Уэйн так напуган, что не придает значимости этим ощущениям.       Все происходит так быстро, что у мальчика кружится голова. Как будто это происходит не с ним. Крики не беспокоят, его тревожит лишь тело сумашедшего, медленно сползающего на пол с победной ухмылкой. Тео Галлаван качает головой, отходит подальше и начинает говорить что-то о долге, толпа перешептывается, советник мэра громко кричит «он ранил мальчишку».       Брюс боли не чувствует, только кривит губы и послушно уходит с сорвавшимся к нему Альфредом. Кажется, дворецкий заметно поседел и все еще не может прийти в себя. Гордон страхует их, задерживает толпу и тепло улыбается Уэйну, пока тот идет к машине.       До поместья они добираются быстро. Альфред тащит аптечку, бережно касается юноши и ищет ранения. – Какого черта? – шипит он пытаясь стереть кровь с горла мальчика.       Пятно никуда не девается, будто оно въелось в кожу. Брюс касается места, которое приятно подкалывает, смотрит на пальцы, которые не испачкались в крови и не может понять, что же происходит. Миллиардер подскакивает к зеркалу, оставляя дворецкого на диване. Брюс рассматривает след, не догадываясь о причине его появления, пока второй мужчина не произносит обреченно: – Похоже, мастер Брюс, ваша родственная душа – Джером Валеска, мне очень жаль, что Вы узнали об этом только после его смерти. Но может это и хорошо, что он не успел навредить Вам?

      Ответом ему служит горькое молчание, разбитый юноша не способен на большее.