Jeux d'enfants.

Я люблю игры. Например, монополию, но только когда держу банк. В шарики я всегда выигрываю. Игра в гуська – идиотизм! Шашки, кубик Рубика, все эти глупости из восточной Европы. Загадки – не выношу. Карты, классы – это по мне! Салочки тоже ничего. Или чехарда. Но есть игра, в которую никогда не нужно играть! Повторяю: НИ-КОГ-ДА! Даже если ее предложит ваш самый лучший друг. Она заключается в том, чтобы похоронить себя в бетоне. Эта игра началась с красивого дома, красивого автобуса без водителя, красивой коробки и красивого друга. Нет, вообще-то я ошибаюсь: игра началась еще раньше. С одного страшного и непонятного слова, такого как – метастаза. Ну что за чушь?! Почему не мамонт или еще как? Это слово заставило маму плакать. Должен сказать, все врачи просто дураки. Они говорят дурацкие слова. И носят дурацкие штаны. Да что они понимают в мамах? *** Я зашел в мамину комнату. Она сидела на кровати и держала в руках дивную, несравнимую ни с чем, коробку, круглой формы и с нарисованной на ней каруселью. -Нравится? – спросила вдруг мама. Я кивнул. – Мне тоже. - Это сокровище, правда? – с энтузиазмом я уселся на кровать и возбужденно заерзал. - Да. – Мечтательно протянула мама. -Ух, ты! Думаю нигде на Земле, не увидишь такой красивой карусели. Никогда и нигде, только на Альтаире, но на Земле я не видел. - А я видела. – С усмешкой сказала мама. - Уау! Да ну? – Воскликнул я. – Она существует? Это правда? -Да, мой ангел. Здесь.- Она приложила руку к своему сердцу, а потом к моему. Я почувствовал необъяснимый прилив эмоций и бросился ей на шею. - Еще здесь. – Я обнимал ее так крепко, как никогда прежде и не хотел отпускать. - Блейн, сегодня поедешь автобусом, а я останусь с мамой. – Я не заметил, как вошел отец. Я не хотел выпускать ее из своих объятий. Я чувствовал. Я не должен был. По моим щекам катились слезы, и когда я увидел мамино лицо, то понял, что она тоже плакала. Мое сердце сжалось, и руки вцепились еще сильнее. Папа пытался разорвать наши объятия. - Иди, мой Блейни, опоздаешь… - Мама сказала это с такой заботой, и я позволил рукам отца подхватить меня и повести в сторону двери. Тут я вспомнил, что коробка до сих пор у меня в руках. - Мама! Мама! Твое сокровище! – Я потянулся обратно, но сильные руки отца держали меня очень крепко. - Оставь себе… Мое сокровище – ты! – Мама смотрела на меня сквозь слезы, а папа, наконец – то смог вывести меня из комнаты. Когда я вышел на улицу, я услышал крики детей: - Голубой! -Фу! - Папа мне не разрешал, чтоб я Курта доставал! Тут раздался вскрик, и я увидел, как портфель Курта и все его содержимое посыпались в лужу. Мальчик стоял на коленях возле груды мусора, недавно бывшей его вещами, слезы катились по его щекам, но он даже не пытался их остановить. Дети залезали в подъехавший автобус, на ходу продолжая выкрикивать обзывательства. Водитель помогал спасти то, что осталось. Я медленно подошел к ним. - Курт! – Удивленно произнес я. - Не общайся со мной! Я же не такой, как все! Вдруг другие ребята увидят и засмеют тебя! В тот день у Курта не было ничего, что могло бы его порадовать. Значит, надо было поделиться. Я протянул свою волшебную коробку мальчику и его лицо сразу преобразилось. - Ты будешь мне ее давать? – С грустью в голосе спросил я. - Только подарил и сразу отбираешь? – Личико, на котором только что сияла такая потрясающая улыбка, преобразилось: пухлые губки надулись, а глаза снова наполнились слезами. – Сможешь получить, когда докажешь на деле! Или слабо? – Вот от грусти не осталось и следа, на лице лишь хитрая ухмылка. Думаю, с этого все и началось. Я быстро, пока водитель был занят, подбежал к автобусу. Запрыгнул в него. И спустил рычаг тормоза. Не забыв, при этом выпрыгнуть с веселым смехом. Автобус сразу покатился вниз по улице, быстро набирая скорость. Дети визжали, а мы с Куртом стояли и хохотали вслед бежавшему за уезжающим автобусом водителю. - Не слабо! – Сквозь смех проговорил я. - Что ты устроил? Что ты устроил?! – Отец схватил меня за портфель и начал трясти. Крича так, что слюна летела во все стороны. – Отвечай! - Ничего! – Закричал я. – Я не хочу, чтобы он меня бил! - обращался я уже к другу. Тут вмешался Курт: - Немедленно прекратите! Вы не имеете права! – он повис на руке моего отца, хотя для этого ему даже пришлось подпрыгнуть. - Замолчи! Не с тобой говорят! – Снова завопил отец. – Блейн! Отвечай! - Он может ударить! - Я хотел предостеречь мальчика, но не тут-то было. Упорства ему было не занимать! - Вы не имеете права! Не смейте его бить! – Кричал Курт своим высоким голосом и хватался за руку мужчины, занесенную для удара. -А ты не лезь! – Ярость отца достигла всех границ и, выдернув руку из цепких ручек, он звонко шлепнул по лицу нахала, который не давал наказать его собственного сына. Пока мы были в замешательстве, он быстро схватил меня и затащил в дом, напоследок бросив злобный взгляд на моего нового друга. Если подумать: папа сразу невзлюбил Курта. С первого дня. Игра завязалась сама собой. Если коробка была у Курта, он мог дать мне любое задание. Исполнив его, я получал коробку назад, и наступала моя очередь давать ему задание. Ничего сложного. Зато очень весело. Скажете глупая игра? Возможно! Но это была наша игра.