Кровь, попкорн и объятия

Минуло уже 27 лет с момента последнего известия о пропаже людей в городе Дерри. Я узнала об этом, роясь в папином ящике для газет, хотя мне строго запрещено совать туда свой нос. -Кэсс! - раздался строгий папин голос из-за приоткрытой двери. Я вздрогнула от неожиданности и, подскочив, захлопнула ящик и прищемила палец. На ногте осталось чёрное пятно, но я не подала виду и просто стояла и хлопала ресницами. -Кэсс, - повторил папа чуть спокойнее, - Кэсс, кто разрешил тебе лазить в мой ящик? -Никто, пап... -Что это? - папа вздохнул и поднял газету, выпавшую из ящика, - "В Дерри увеличивается процент пропавших без вести"... 88 год? С ума сойти... Дорогая, не забивай себе голову этими глупостями. Папа опять вздохнул и положил газету обратно в ящик. -Билл! Что там происходит? - спросила мама из кухни. -Ничего, Беверли! - крикнул папа и добавил, обращаясь ко мне: -Немедленно в комнату. А ни то тебе ещё и от мамы достанется. Я кивнула и пулей вылетела из комнаты, свернула за угол в коридор... -Кэсс! Прости Господи! Да, я не рассчитала разворот и налетела прямо на маму, идущую из кухни с горячим чайником - Ну вот, из-за тебя обожглась, глупышка. -Кэсс, ты сегодня просто ходячее бедствие! - папа медленно вышел из комнаты, - То на маму налетела, то в моем ящике для газет рылась... -Что! - мама схватилась за голову, совсем забыв про чайник, - Кэсс Денбро! Что ты забыла в отцовском ящике!? -Нам в школе на лето задали доклад об истории Дерри! Я искала материал в газетах... Мама будто забыла о моем присутствии и, понизив голос, обратилась к папе: -Она читала что-нибудь про... Оно? -Не знаю... - таким же голосом ответил папа. -Эй! Алло, приём, меня слышно? - я пощелкала пальцами перед носом у мамы, - Какое Оно? Почему вы о нем говорите в таком тоне? Что происходит вообще?! -Кэсс, тебе пора спать. Я изогнула брови, выражая непонимание. 8 часов, какое там спать! -Быстро! Я послушно пошла наверх, в свою комнату. Я понимала, что если родители гонят меня спать раньше 9 часов, то у них серьезный разговор, который я не должна слышать. Я выключила свет в комнате и, сев на кровати, гусеницей закутавшись в одеяло и сгорая от любопытства, стала прислушиваться. -Билл, пойми, я очень не хочу впутывать во все это Кэсс, - говорила мама. Ее голос дрожал. -Что в этом такого? В её возрасте мы уже победили Оно... -Что такого?! - я услышала, как мама вскочила и стукнула кулаками о стол. -Тише, Беверли, тише, - громким шепотом сказал папа, - Кэсс спит. -Что такого? - повторила мама тише, - Так значит, то, что нашей дочери могут оттяпать руку и утащить в канализацию, тебя не волнует!? -Волнует, конечно... -А в чем тогда дело? - мама легонько стукнула ладонью о стол, - Билл, дай мне свою руку. Видишь этот шрам? Помнишь день, когда мы все поклялись на крови противостоять ему, если Оно вернётся? -Да, Беверли. Ты действительно права. Мы не должны давать об этом знать Кэсс. Мы сами справимся с Оно в случае его возвращения, и... -Билл, нам лишь стоит держаться подальше от канализации, а тем более не давать к ней приближаться Кэсс. -Хорошо, хорошо. -Пойду проверю, как там она. Мамины шаги приближались к двери моей спальни. Я быстренько накинула одеяло на голову, чтобы мама не увидела, что мои глаза открыты. Она вошла в комнату... Постояла у моей кровати и, наклонившись, поцеловала меня в лоб. Я почувствовала, как ее мягкие неровно растущие волосы коснулись моего лица. Нет. Теперь я не могла физически сомкнуть глаз. Я должна узнать, что такое это оно, почему я должна избегать канализации и причину внезапного беспокойства моих родителей.