Научи меня жить

Мне казалось, что я сплю. Но я не могла разлепить век – они словно налились свинцом и почему-то отказывались повиноваться мне. Сознание прояснилось, а вот зрение – нет. Я находилась в какой-то полудремоте, словно бы была пьяна. Последнее, кстати, было очень даже возможным. Я точно помнила, что выпила вино на голодный желудок, а, затем, судя по ощущениям, куда-то летела. Глупости, конечно - никуда я не летела. Скорее всего, просто упала в обморок. Голова вновь отдала сильной болью, но, к счастью, я лежала на чем-то очень мягком, что облегчало положение. Через некоторое время я вновь смогла почувствовать руки, и тут же ими зашевелила. Понадобилось не больше минуты, чтобы осознать, что я действительно лежала, причем, на чем-то мягком и пушистом. Может, кровать? И как меня угораздило до неё добраться. Еще никогда мое утро не было столь хорошим по ощущениям. В основном я просыпалась от дикой боли в желудке, а тут случилось какое-то чудо: глаза в мгновение сами открылись, но пока что все было размытым и нечетким. Что-то голубое двоилось перед глазами, а в нос ударил странный запах, судя по всему, травы. Наконец, ко мне вернулось четкое зрение, я с удивлением начала вглядываться в странный голубой «потолок». Решив, что скорее всего, мне это почудилось, я зажмурила глаза, с надеждой, что голубизна исчезнет. Но, к моему великому разочарованию, она упорно не хотела исчезать из моего сознания. Затем пришло странное осознание того, что по потолку плывут облака. Облака? Я больше никогда не буду пить вино, не поев предварительно. Пожалуй, здесь это имеет очень большое значение. Краем уха я начала улавливать какие-то звуки, похожие на пение птиц и журчание воды. Если во всем вышесказанном я еще могла сомневаться, то в случившемся далее нисколько. - Лилиан! – голос точно принадлежал Берри. Реальность с ошеломляющей скоростью ворвалась в мое сознание. Голубизна перед глазами определенно была небом! А я, похоже, была совсем не дома. Я попыталась сесть и, к счастью, у меня это получилось, но вышло это слишком резко, и перед глазами на секунду потемнело, но через мгновение все прояснилось. Теперь я могла полностью разглядеть место своего нахождения. Это была небольшая поляна, пересеченная маленькой речушкой, за которой расстилался густой лес. Отовсюду раздавался щебет птиц. Воздух стоял теплый, что меня порядком удивило: когда я была дома, насколько я помню, мы праздновали Новый Год, а не наступление лета. Зимой тут явно даже не пахло. Что здесь вообще происходит? Я подняла взгляд, рассматривая рядом лежащую Берри. Она была в том же платье и, выглядела также, как в новогоднюю ночь. Да и вообще в нас не изменилось ничего. Я взглянула на себя и убедилась, что все было именно так. - Черт подери, что происходит? – мой вопрос озвучила отошедшая от шока Берри. - Меня это тоже интересует, – пытаясь контролировать свои эмоции, ответила я. Берр недоумевающе озиралась по сторонам. Я с ужасом схватилась за голову, чувствуя, что скоро буду очень громко кричать. Да, мне было страшно. Чтобы вы сделали, если бы проснулись неизвестно где? Мало того, у нас даже средств связи не имелось при себе. Я уже трижды прокляла этот Новый Год, когда Берр, с более спокойным видом, оповестила меня о том, что оставаться здесь не собирается. Не знаю, что у неё было на уме. Куда идти – непонятно, а она, как видимо, захотела найти себе приключения на пятую точку. - Нам нужно узнать, где мы, - упрямилась Берр, поднимая меня на ноги. С этим, конечно, я была согласна, но идти мне совершенно никуда не хотелось. Да и босиком мы долго идти будем не в состоянии. Одни неприятности, что за новый год такой. Сначала одно, теперь другое. Беррил, уговорив меня таки на небольшое исследование местности, решила перейти через реку и направиться в глубь леса. Я запротестовала: - А вдруг нас там съедят, Берри? Подруга нахмурилась, раздумывая, что ответить. - Ты сама кого угодно съешь, Лил, – ухмыльнулась она и потянула меня за руку, намереваясь перейти речушку. Она не была глубокой, так что обходить ее не было надобности. Мы прошли по небольшим камням, немного намочив ноги и вошли в лес, где наткнулись на небольшую тропинку и двинулись по ней. Мои страхи не оправдались – здесь царило спокойствие, по крайней мере, пока что. Не было слышно воя волков или, куда хуже, рева медведя. Вокруг - лишь высокие, частые деревья и освежающий влажный воздух с приятным запахом прошедшего дождя. Тропинка круто свернула налево, Берри тоже сменила направление, таща меня за собой. - Ну-ну, сейчас все узнаем, найдем цивилизацию, – успокаивающе пробормотала она то ли мне, то ли самой себе. Я на минуту остановилась, чтобы поправить сползающее платье. Теперь я жалела, что не решила справить новый год в спортивных штанах. Это спасло бы меня от укусов этих проклятых насекомых, которые уже начали мне порядком надоедать. Я старалась не думать о том, что мне попадалось под ноги: мы шагали босиком, царапая ноги обо все. Пару минут ходьбы еще можно было выдержать, но для длительного путешествия это было слишком. - Пожалуй, нужно сделать недолгий привал, – предложила я, чувствуя, что мне нужен небольшой отдых. Слишком много за день на меня свалилось. Да еще и голова вновь загудела. Беррил не стала спорить - она сама порядком устала. Мы сошли с тропы и уселись прямо у одного из деревьев, переводя дух. - Занесло же так...- задумчиво протянула подруга, аккуратно устроившись на траве. Усевшись рядом, я натянуто улыбнулась. Выглядела Берр необычно: её волосы торчали во все стороны, щека была измазана в чем-то, но зато, в отличии от меня, она вела себя рассудительно и спокойно, что было на неё не похоже. - Как думаешь, что случилось в тот день? - я с интересом уставилась на Берри, желая услышать её догадки. Мои-то все равно заключались в банальном «Отключилась, проснулась не дома». - Ты закричала, а потом я словно в дыру провалилась, - чуть нахмурившись, ответила Берр, а затем взглянула на меня. Несколько секунд я провела в сомнениях, думая, не сказать ли Берр о том, что кричала вовсе не я. Но я передумала – незачем было её сейчас зря заставлять паниковать. Да и она, как видимо, не знает ничего дельного. Все было таким ужасно глупым и нереальным. - Выглядишь крайне привлекательно! – усмехнулась Беррил, стараясь разрядить обстановку. Даже здесь Берри нашла повод, над чем посмеяться. Я тут же узнала настоящую Берри. Наверное, за это я её и люблю. Не знаю, как можно смеяться в таком положении, но ей удается поднять мне настроение. Я легонько ткнула её локтем в бок. Берри наигранно вскрикнула и засмеялась. - Я тебе сейчас устрою! – грозно молвила Берри, неожиданно начав меня щекотать. Это было ее любимым занятием - щекотать меня, в особенности по утрам. Когда я впадала в депрессию, подруга выводила меня из этого состояния именно щекоткой, как бы глупо это не звучало. Отдышавшись, после длительного смеха, мы с Берри решили продолжить путь. Возможно, мы бы просидели еще немного, отдыхая, но уже начало вечереть. А у нас даже не было в наличии крыши над головой. Да и мысли о ночевке в лесу совсем не радовали. Тропа была длинной и, казалось, даже не думала кончаться. Интересно, если мы не найдем укрытия, да еще и останемся в лесу, умрем мы скорее оттого, что потеряем здесь рассудок или же нас съедят звери? Сейчас не было ни малейшего намека на опасность поблизости, но кто знает. Нельзя было терять бдительность. Берри злобно начала ругаться на всех насекомых, которых знала, прибивая на ноге еще парочку кровососов. Места укусов распухли, причиняя ей немалую боль. Я усмехнулась, гладя на разъяренную подругу. Берри тут же взглянула на меня и покачала головой. - Как будто тебя они не раздражают,– проговорила она, продолжая идти. Раздражения особого я не испытывала, так как меня кусали чуть реже, и причиной этому, думаю, было малокровие. Берри вновь свернула по тропинке влево, а я уже начала сомневаться в том, что мы найдем выход из этого леса. Пожалуй, зайти сюда было наиглупейшей ошибкой, какую мы только могли совершить. Даже Берри уже пожалела, что потащилась сюда. Уже садилось солнце, и было ясно, что идти вперед уже просто глупо – все равно потеряемся. Делать нечего - придется устроиться где-нибудь и переночевать. Возьму на заметку «Никогда не слушать Берри и не увязываться за ней в приключения». - Как-то холодно стало, – подметила подруга, в чем я её поддержала. Находится в лесу, да еще и в легких платьях, учитывая то, как я мерзла – было настоящим ужасом. Берри, наверное, чуть легче приходилось в этом плане. Остановившись, мы выбрали небольшое дерево, под которым решили устроиться и попытаться развести костер. Последнее было под сомнением, ведь ни я, ни Бер ни разу костер не разводили. Вообще, вся обстановка нам крайне не подходила: этот неизвестный лес, ночной холод... Если бы мы были сейчас в нашей уютной комнатке, на родном диване, накрывшись пледом и с какой-нибудь интересной книгой! - Думаешь, мы сможем вернуться назад? – голос Берри потерял свою краску, стал тусклым и тоскливым. Она с явным беспокойством взглянула на меня. Я почувствовала, как и мне самой становится все хуже. На душе скребли кошки. Мы находились одни, в неизвестном лесу, возможно, вообще в другом городе. И я даже не могла понять, каким образом нас сюда занесло. Костер так и не развели, да и нечем было это сделать. Не знаю, из чего Берри собиралась добывать огонь. Глубоко вздохнув, я закрыла глаза и облокотилась на дерево, взяв Берри за руку. - Надеюсь, Берри, – запоздало ответила я, все еще не открывая глаза. Мне хотелось немного отдохнуть, а еще бы лучше – поспать. Подруга сонно зевнула и положила на мое плечо голову. Вскоре, её дыхание замедлилось, а сама она, как видимо, заснула. Я все еще перебирала в голове мысли, пытаясь зацепиться хотя бы за одну единственную, которая могла бы объяснить нам всю ситуацию. Но ничего дельного и нового не выходило. Вопросов скопилось куда больше, чем ответов, и теперь было ясно, что без помощи нам не обойтись. Но от кого её было ждать? В лесу - разве что от волков, правда, с ними разговор будет коротким, ясное дело. Внезапно, как в оправдание моих слов, послышался протяжный волчий вой, потонувший в тишине страшного леса. Берри слегка напряглась во сне, а мне пришлось открыть глаза. Я вгляделась в чащу, стараясь найти причину своих беспокойств. Листья деревьев слегка колыхались из стороны в сторону, из-за взмахов крыльев, но через мгновение, все затихло. Ни звука. Лишь угнетающая тишина. В горле встал ком, и я всеми силами попыталась подавить давящий грудную клетку страх. Что будет если мы останемся в этом лесу надолго? Понятное дело, пару дней без еды продержаться - не такая уж и проблема, но босые ноги и холод – весьма весомая. Я усиленно выбирала в мыслях варианты развития событий, но кроме плохого в голову ничего не лезло. Может быть я была не права, но у меня не было надежды на возвращение. В отличие от Берри – я настоящий пессимист. И сейчас, ни о чем, кроме о скорой кончине, не могла думать. А еще, я настоящий эгоист – это мамины слова. Не знаю, так ли это, но в чем-то могу согласится. Я чуть сильнее сжала руку спящей Берри. А она, слегка сонно пробормотала: - Перестань грустить,- слова эти были едва слышны, но Берри знала, что я услышала. Тихо усмехнувшись, я продолжила заниматься самокопанием, стараясь не обращать внимание на жгучую боль в животе, на головную боль, и на боль в спине. Комары усиленно начали нападение. Я едва успевала убить одного, когда садился второй. Под ногами, в земле что-то копошилось, наверное, это еще какие-нибудь насекомые. Я никогда не ходила ни в какие походы, так что вряд ли бы смогла отличить их, и потому, старалась не думать о противной окружающей среде. Сон никак не шел, и я просидела, не смыкая глаз, до зари. Если совсем недавно мне хотелось спать, то сейчас это чувство бесследно пропало. Берри сменила позу и, все еще находясь во сне, положила голову на мои колени. На моем лице тут же расползлась улыбка: чтобы я бы делала без Берри, без этой милой девушки, с почти всегда отличным настроением? Это единственный человек, оставшийся до этого момента в моей жизни. А что до остальных? Вряд ли, бывшие в моей жизни до этого люди хотя бы раз вспомнили обо мне. Я с грустной улыбкой наблюдала за тем, как даже самые преданные из них уходили, помахав на прощанье рукой. Я же словно застряла в одном дне. Мир кипел жизнью, а мой остановился на месте. Дни проходили тускло и одинаково. До появления Берри, конечно. Кто бы знал, что всего лишь одно сообщение в сети, может свести людей и сделать их практически родными? Никто. Даже я. До сих пор удивляюсь, как Берри терпит меня? Я едва подавила смешок, вспомнив её любимую фразу: «Ты невыносима, женщина. Но я ведь мазохист », - так, давясь хохотом, говорила она. - Похоже, опять кто-то углубился в воспоминания, – Берри проснулась, и потянувшись, тут же улыбнулась. Видок у неё был, откровенно говоря, смешной: щеку она отлежала о мои, как она любит выражаться, острые колени, в её волосах красовались каким-то образом попавшие листья. Я еле сдержала вырывающийся наружу смех. - Я все вижу! – пробормотала Берри, от который не скрылось мое состояние. – Видела бы ты себя, да тебя любой зверь испугается. Что правда, то правда. Я очень давно не стригла волосы, потому они выросли мне по поясницу и начали сечься. Состояние их оставляло желать лучшего. Под глазами наверняка стояли мешки багрового оттенка, а ногти крошились и были фиолетового оттенка. Спасибо, Берри, ты сделала мое утро. Убедившись, во всем перечисленном, я встала и подала руку Беррил. Нам нужно было обязательно выйти из леса до следующей ночи, иначе было не избежать встреч с здешними хозяевами. Носки порвались в клочья, так что, можно представить какую боль мы испытывали, топая практически босыми ногами по землистой тропинке. В ступни впивались ветки, разные мелкие камешки, спрятанные в траве небольшие пеньки. Нам повезло, что сейчас было намного теплее, чем вчера. Надеюсь, дождь нас врасплох не застанет и нам не придется мокнуть. Берри со мной согласилась. - Не представляю, что нам тогда будет делать, – говорила Берр. Она взяла меня под руку и продолжила идти, ведя меня за собой по нескончаемой дороге, вперед. *** Наверное, мы бродили по лесу около двух часов, и все безрезультатно. Я уже смирилась с тем, что мы просто потерялись, но Берр упрямилась. - Нет, мы идем верно. Сейчас вот свернем направо, и там будет выход, – повторила она уже в сотый раз. Я издалека наблюдала, как она оглядывается по сторонам, пытается не паниковать, старается держаться, но глаза её выдавали. Они слегка поблескивали, и было видно, что она едва держала слезы. Берри остановилась. Взглянула сначала вперед, затем обернулась назад. - Вперед идти – глупо, назад – тоже, все равно не найдем дороги. Разве что только сильнее заблудимся. Придется остаться на месте и ожидать чуда, другого варианта нет, - проговорила я, чуть подойдя к подруге. Она явно расстроилась, да что поделать. Берри, отчаявшись, упала на траву, ударив кулаком по земле. Затем обняла колени и, уткнувшись в них лицом, тихо застонала. - Мне страшно, Лилиан, – шмыгнув носом, пробормотала она, - Мы заблудились. Я уселась рядом, оглядевшись по сторонам и убедившись, что нас действительно не окружало ничего: одни деревья, да разные насекомые. Во всем теле начала ощущаться слабость, сил идти дальше точно бы не нашлось, а от безысходности хотелось кричать. Лес начал давить на и без того угнетенное сознание. Мы находились одни, в пустом лесу. Какие здесь сомнения! Мы обречены. Нас ждет неминуемая гибель. Я сглотнула и подогнула под себя замерзшие ноги. Хотелось пить, и больше всего я мечтала сейчас о глотке горячей воды. - Что делать, Лил? – почти загробным голосом, пробормотала Берри, выплакавшись. Она подняла на меня свои красные, опухшие глаза. Сердце невольно кольнуло и я не смогла сдержать вздоха. Я промолчала, просто протянув руки к подруге и обняв её. Врать? Не люблю врать, так что, сказать что все будет хорошо, как часто делают старшие – не могу. Что делать дальше? Тоже не знаю. Если нам суждено погибнуть здесь – значит так и будет, и никто не сможет изменить этого. Впервые у меня появилась вера в Бога, потому что, наверное, только он мог подстроить такое стечение обстоятельств. Драматичность всему происходящему добавил дождь, перешедший в ливень. Кто-то явно играет с нами злую шутку, и мне это совсем не нравилось. Промокшие, потерявшие силы, мы продолжали сидеть на земле, которая вскоре под напором дождя превратилась в грязь. На лес опустилась ночь, и теперь мы были в полном распоряжении судьбы. Минутой позже, я почувствовала, как от усталости закрываются глаза, а сознание, не собирающееся больше терпеть над собой издевательств, просто напросто начало отключаться. Последнее, что я помнила - это сильный удар щекой о грязную землю.