Бальзам и яд моей души!

Утро.

Академия Кросс

POV Кайла.

      Человек — существо обладающее разумом и сознанием; Вершина эволюции, как он назвал себя сам. Есть множество теорий возникновения людей на этой земле. Адам и Ева — первые люди, созданные Богом. Или же теория о том, что все люди — лишь эволюционировавшие шимпанзе.       Но кто же тогда вампиры? Ночные существа, возникшие из ниоткуда и питающиеся красной жидкостью, текущей по венам тех же людей. Неудавшийся эксперимент? Отродья дьявола? Какова наша цель в этом грешном мире?       Какова цель Канаме?       В чём смысл вечной жизни и постоянного присмотра за полуночниками? Как может не опостылеть такая жизнь? Так много вопросов, и мне кажется, что ответов на них нет даже у самого Канаме.       Но одно я знаю точно: если он попробует встать между мной и Зеро, я не оставлю всё просто так. И, если понадобится, моё имя прибавится к списку его врагов! Мой маленький Зеро, он слишком близко воспринял вчера слова Курана. Чтобы не говорил кузен, мой паладин никогда не опуститься до уровня Е. Я этого не позволю.       Он вчера был слишком подавленный, уверена, что этот дебил винит себя. Надеюсь он хотя бы спал этой ночью, в отличие от меня.

Конец POV Кайла.

      Темноволосая девушка не спеша шла к мужскому общежитию, с улыбкой глядя на щебечущих птиц в солнечный день. — Эй, Комори!       Девушка осмотрела трех, идущих к ней, вампиров ночного класса. — Ичиджо-сама, Рима-сан, Шики… Доброе утро. — Доброе, ты наверное к Кирию-куну сейчас идёшь? Мы тоже, кстати, только от него.       Комори слегка нахмурила лоб и прищурила глаза, выдавая свое недовольство. — Простите за любопытство, но что это вдруг забыли вампиры утром у нашего префекта. Даже сами к нему зашли! Подозрительно, Такума-сама. — Ой, да ничего такого! Сообщили, что в городе класс Е объявились, вот нас Куран-сама и отправил устранить, так сказать, проблемку, а заодно и Кирию предупредить. — И о чем же? — Так ты не знаешь? Кирию Зеро с сегодняшнего дня переходит в ночной класс.       Лицо Комори оставалось таким же неизменно улыбчивым, и лишь ее светлые глаза тонули в нахлынувшей ярости.       «Да как он посмел!» — Ах вот оно как! Ясненько, ну, до встречи.       Девушка только обернулась, как её вдруг развернул вампир, и она с удивлением уставилась на брата. — Шики-сама, что-то случилось? — Нет. То есть да! У Такумы сегодня день рождение, вечером банкет… Ты придёшь? — Да-да, Комори, я такой банкет устрою, приходи, не пожалеешь! — Сочту за честь! Спасибо за приглашение, Шики. Такума-сама, с днём рождения! — Ну не стоит. Приходи в семь, если не боишься. До вечера, ах да, и зови меня просто Такума. — До вечера, Такума.       » Этот кровосос! Как он посмел! Зеро и Ночной класс… Да они же там все перебьют друг друга! Ну уж нет, Куран, ты перешел все границы!»       Комори с грохотом раскрыла входную дверь ночного общежития, отчего сидящие в зале подпрыгнули от испуга. — О, вот видите: у меня важный гость! А ну быстренько, быстренько валите отсюда, — симпатичный блондин чуть ли не силой выгонял двух мужчин. — И больше никаких интервью, ясненько? Вот и хорошо, прощайте! Ух-х-х, наконец-то свалили. Хорошо, что ты пришла, новенькая. А, кстати, зачем? — К Курану. Прости, но мне сейчас не до тебя, Ханабуса. — Э-э-э… Нет-нет-нет, Комори. Так дело не пойдет, — вампир за секунду оказался прямо перед лицом Кайлы и улыбнулся обнажая клыки. — Нехорошо быть такой невоспитанной, я ведь только поговорить хотел. — Я же сказала, что мне сейчас не до тебя!       Девушка тихо провела рукой по груди блондина и с ухмылкой посмотрела на него, но уже обездвиженного, подобно ледяной статуе. Но стоило ей развернуться, как холодные руки обняли её за талию, и Кайла почувствовала горячее дыхание у своей шеи. — Зачем же так спешить? Мы ведь только начали. «Как? Невозможно! Вампиры не властны над магией! Да кто он такой?!» — Я надеюсь, это не то, о чём я думаю, Ханабуса? — послышался низкий, почти рычащий голос со стороны лестницы. — К…К…Канаме-сама…я… — мгновение, и вампир припечатан к стене. — Ва-а-ау… Айдо, ты там жив? — девушка хотела подойти, но одного злого взгляда чистокровного хватило, чтобы усыпить её жалость. — Кайла Комори, за мной, — стальным голосом сказал Куран и поднялся в свой кабинет.       Кайла ещё раз посмотрела на лежащего без сознания Айдо и пошла за вампиром в его кабинет. Зайдя девушка увидела просторную комнату и стоящего у небольшого винного дивана Курана. Без особых раздумий девушка опустилась на диван, особо не обращая внимания на пристально следившего за ней чистокровного. — На территории академии запрещено пить кровь, и исключений нет ни для кого — это все должны знать. — Намёк понят, Куран, но и ты пойми: Зеро сдерживался четыре года, в тот момент он был уже на грани. Что, по-твоему, я должна была сделать. Вывести его из академии? Как ты себе это представляешь? — Оставить его там. Как тебе такой вариант? — прошипел он у её уха.       Кайла резко схватила вампира за воротник и приблизила к своему лицу. — Я никогда, — слышишь? — никогда не оставлю его, когда ему плохо. Я говорила ему это не раз и тебе скажу: я всегда буду приходить к нему, когда я нужна, и ни за что не оставлю его одного! — она отпустила его воротник и, встав, подошла к окну.       Куран же подошел к столу и, налив в бокал воды, закинул в туда пару таблеток, из-за чего вода сначала помутнела, а после и вовсе стала красной. Парень залпом всё выпил и вновь уставился на девушку. — Ты знаешь зачем я сюда пришла. Канаме, не будь глупцом и сам подумай: как может Кирию просто находиться рядом с твоими снобами, не говоря уже о совместной учёбе и жизни под одной крышей? Тебе их не жалко? — То есть, по-твоему, я должен оставить его на свободе подобно бомбе, которая может взорваться в любой момент, и ждать лучшего? Он опасен, Комори, как бы он не был силён духом, Зеро не сможет вечно сдерживаться, и придет момент, когда он всё же опуститься до уровня Е. — Я не дам этому случиться! Он никогда не опустится до уровня Е. Если будет нужно, я вылью всю кровь из Шизуки и заставлю Зеро выпить всё, до капли. Он мой, и я никому его не отдам. Ни Шизуке, ни тебе, ни твоей сестричке. Н.И.К.О.М.У! — Зачем он тебе нужен? — глаза чистокровного пылали необъяснимой злостью и восхищением. — Не знаю. Он мой паладин — половина моей души, а я половина его души. Всё горе и радость у нас общее. Наверное я просто большая эгоистка, которая не может отпустить понравившуюся игрушку.       Чистокровный медленно подошел и, наклонившись, спросил глядя ей в глаза. — Умрёшь за него? — Я за него убью, — прошептала она ему прямо в губы.       Когда между их лицами оставалось чуть меньше сантиметра, Кайла подумала, что он сейчас её поцелует, и резко развернулась на каблуках к уже полюбившемуся дивану. Чистокровный ещё секунду посмотрел на пустое место, после чего размашисто рассмеялся. — Так и быть, Асакура, я отдаю своего подчинённого под твоё крыло. Не подведи уж, и я надеюсь, ты не забудешь о моей милости. — Не забуду, Куран, чего ты хочешь? Мне не нравится быть в долгах, тем более вампиру. — Не сейчас. Возможно, придёт время, и твоя помощь пригодиться мне.       Девушка встала и пошла к двери. — Я могу помочь, Куран, но я не буду слепо выполнять твои прихоти. Я не пешка и никогда не буду ей-Кирию не простит, — не оборачиваясь, сказала она и тихо закрыла дверь.       Спускаясь, она заметила сидящего на полу и стонущего Ханабусу. «И все же, что-то с ним не так.»

***

      Девушка шла по коридору мужского общежития и спешила к двери префекта. Только она потянулась к ручке — двери раскрылись.Охотник, взглянув на нее своими аметистовыми глазами, тут же втянул её в комнату и прижал к стене. — От тебя за версту несет этим выблядком! — тихо прорычал седовласый. — Нужно было уладить пару вопросов… — И? — Что «и»? — она протянула руки к шее парня и положила голову на его грудь. — Я ведь не хочу, чтобы ты был слишком далеко от меня, а значит ты не можешь перейти в ночной класс. — И он согласился? — брови Кирию взлетели вверх. — Ну, я пригрозила, что перейду вместе с тобой, и он испугался. И вообще, что это мы всё о нём и о нём?! Ты как-то говорил, что не против потренировать меня, как насчет сейчас? В лесу? — Пошли Комарик, всё равно уже нечего делать. — Тяжёлый вздох, и Кирию отстранился от Комори, выпуская её из своего ручного «плена». — Что-то случилось? Ты странный какой-то, это из-за ночного класса, да? — Нет, просто... Знаешь: недавно Юки заходила и... Я не знаю, просто мне вдруг дышать так сложно стало, словно воздух отравлен, и перед глазами пелена тёмная. Думал жажда, но как только Юки ушла, сразу легче стало. — Пелена говоришь… А до появления Кросс всё хорошо было? — кивок в ответ. — Ну чтож, поздравляю, Зеро, ты чувствуешь ауры! Думаю это из-за меня. Не думала, что так будет. Магом ты, конечно, не станешь, но маленькие способности вроде этой, вполне будут в твоей власти. — То есть, это тёмная субстанция — аура Юки? Быть не может! Я же как будто задыхался от яда. — Она отдельный случай… С одной стороны — ты должен знать. С другой — я не думаю, что сейчас самое время для этого. Скажи лучше, видишь ли ты что-нибудь рядом со мной, или может чувствуешь? — Вроде ничего такого. Вот только искры от тебя идут, золотые. И ещё будто в лесу стоишь весной. — Это нормально, у всех магов аура золотистая. Если честно, сама не знаю почему. Пошли уже Зорочка, пока не стемнело. — Комори потянула парня к двери.

***

Ночное общежитие.

Вечер.

      Вампиры во главе с чистокровным сидели в главном зале общежития и вели оживленную беседу, пока слуги незаметно готовили двор к празднику. — Вы были как всегда правы Куран-сама. Без понятия, как это у малышки Юки получается постоянно встречать на своем пути неприятности, но она всегда не в том месте и не в то время! — Кажется все гости уже прибыли, Ичиджо. Не пора ли выходить виновнику торжества? — Вампир медленно поднялся с кресла и убрал в сторону книгу.       Вслед за чистокровным все вампиры встали со своих мест и направились к парадным дверям. Куран кинул взгляд на остановившегося в дверях Шики. — Что-то случилось, Сенри? — Ах, Шики просто Комори пригласил, вот и ищет. Не обращайте внимания.       Куран лишь кивнул и прошел дальше. Увидев чистокровного, все вампиры поклонились и сели в глубокий книксен. Вечер шёл спокойно. Аристократия ночного мира вела светские беседы, передавая последние новости и сплетни.       Когда пришла Кросс, Канаме с трудом подавил вздох разочарования и, посадив рядом, принялся объяснять сестренке простые истины вампиров. — В наше же время аристократы и те кто выше считают своей обязанностью разбираться с оставшимися… — А я думал, что истреблять вампиров — работа охотников на вампиров, — прервал его незаметно появившийся Кирию — Тише Зеро! Это не очень вежливо, — ткнула его в бок стоящая рядом Комори.       Куран осмотрел девушку с ног до головы: стройные ножки облегали чёрные спортивные брюки, сверху такая же облегающая майка, которая открывала вампиру вид на её хрупкие плечи. Высокий хвост был растрепан, а щеки полыхали румянцем и глаза искрились живым огнём. Вдруг захотелось убрать этого Кирию подальше от девушки. — Кайла-чан! Я так рад, что ты всё-таки пришла, — подошел к ней Ижиджо. — Прости, Такума. Мы с Зеро были в лесу и совсем забыли о времени. С днём рождения! — Пойдёмте к столу. Я, слышал ты любишь сладкое. Думаю, тебе здесь понравится. — На это девушка лишь лучезарно улыбнулась, из-за чего Кирию и Ичиджо хитро ухмыльнулись.       Канаме не мог отвести глаз от весёлой Комори: она уплетала пирожные, переговаривалась с Кирию, Такумой и Сенри, радостно смеялась и… совершенно не обращала на него никакого внимания.       Чистокровный моментами отвечал на вопросы Юки. Словив взгляд Кирию и приподняв раненую руку Кросс потянулся к ней. Реакция охотника оправдала все его надежды: Зеро моментально перепрыгнул через перила и направил на него дуло своего пистолета. В тот же момент у горла Кирию оказался стальной клинок Сейрен. — Советую тебе немедленно убрать клинок от Кирию.       Все перевели взгляды на подходящую магичку, чьи глаза метали молнии. Зеро так и не опустил пистолета, а меч всё также упирался в горло, но Канаме похоже всё устраивало и он жаждал увидеть, что будет дальше. — Впредь тебе следует прислушиваться к моим советам. — Слабый крик и капли талого серебра известили Комори об удавшемся заклятии. — Жалко меч,: хороший, с рунами... Подарок? Прошу прощение за несдержанность моего паладина, Куран-сама. Думаю, нам уже пора. С чувством полного достоинства Комори с Кирию развернулись. — Ах да, Сейрен! Если ты ещё раз посетишь мои комнаты без разрешения, то следующей будет левая рука. Наверное, будет сложно служить с одной рукой. После их ухода во дворе ночного общежития ещё долго стояла тишина.

***

— Зачем ты так с ней? — спросил Кирию уже у ворот в женское общежитие. — Это был урок ему. Он специально вывел тебя из себя. Ему нужно было позлить меня, вот он и пошёл через тебя. — Мне не стоило срываться. — Именно, Куран чистокровный. Таких, как он, чтут и уважают, любой из тех, кто был там, готов отдать жизнь только скажи он об этом. — Прости, это я должен оберегать тебя, а не наоборот. — У нас ещё много времени впереди, успеем наверстать, — через зевок сказала она. — Ты устала сегодня. Иди спать. Спокойной ночи Комарик. — Спокойной ночи Зоро.

***

      В четыре часа утра громкий крикнарушил тишину Академии. В ночном общежитии истошно кричал золотоволосый вампир. Збившись в угол, парень с ужасом смотрел на других вампиров своми жёлтыми, как золото глазамии, и непроизвольно создал вогруг себя купол, не подпуская к себе никого, даже своего чистокровного короля.       К этому времени к ним уже бежала юная наследница Асакуры. Забежав в общежитие, девушка растолкала шокированных аристократов и встала прямо у купола рядом с Кураном. — Пусти меня, — приподняв руку Комори попыталась пройти, но купол лишь оттолкнул её. — Мальчик мой, всё хорошо — я рядом. Не бойся меня.       Рима хотела отодвинуть Комори, но вдруг купол исчез, и брюнетка, сев на колени ,взяла лицо Айдо в руки. — Всё хорошо, малыш, всё будет хорошо. — Блондин потихоньку начал успокаиваться, позволяя магичке гладить себя по голове и внимательно слушая её бархатный голос.       Кайла тихо запела колыбельную, словно убаюкивая младенца. Чистокровный в который раз поражался этой девушкой, что как вихрь ворвалась в его жизнь и с каждым новым днем открывалась ему с новой стороны. А сейчас, словно и не от мира всего, она спокойно сидит на его территории босая и в одной легкой ночнушке в обнимку с его подчиненным и кружит ему голову своей несомненно дьявольски прекрасной песней. — Такума, Шики перетащите его на диван, если не сложно, — глядя на спящего Айдо, попросила девушка. Парни осторожно уложили друга, с беспокойством глядя на вставшую с пола девушку. — Что ты с ним сделала ведьма?— крикнула взбешенная блондинка. — Я? Успокоила его проснувшуюся магию. Согласна — я виновата: из-за меня его мана очнулась. Он родился магом, сильным магом, не истинным конечно, но все же... Одна сущность подавила другую. А я, конечно же не специально, пробудила её. — В его роду были маги, но это было столь давно. Не думал, что сила древнего предка оставит свой след на Айдо. Так он теперь… — Спокойно, Такума. Он также останется полноценным вампиром. Ему осталось лишь овладеть своей маной, и можно считать Айдо диковинкой. Сейчас мана проходит через каждую клетку его тела, впитываясь и меняя структуру. Всё должно быть хорошо, но я хотела бы остаться с ним ещё немного. Надеюсь ты позволишь, Канаме? — Располагайся. Ты ведь поможешь ему с магией? — Прости, но нет. Каждый маг должен сам овладеть своей маной. Мы с рождения ищем свои потоки, способы воспроизведения маны, индивидуальные заклятья. Он не глупый мальчик, просто дай ему время. — Девушка ещё раз потрепала золотоволосую голову и прилегла в кресло рядом с пробудившимся магом.       Куран отвёл взгляд и жестом указал вампирам расходиться. Напоследок ещё раз посмотрев на засыпающую девушку, вампир ушел к себе в комнаты. «И вечно мы с ней разговариваем не о том: Ханабуса и Кирию — это совсем не то, о чём можно поговорить с Кайлой Комори. И не только поговорить...»