Проклятье роз

      Темнота. Пустующая, она обволакивала все пространство вокруг, не давая никакой возможности даже маленькому лучу света пробиться сквозь черную сферу сознания. Темнота являлась настолько сильной, что терялось понятие открытых или закрытых глаз - все было одинаково.       По всему телу разлилась свинцовая тяжесть, сковывая любую возможность пошевелиться. Сил не хватало на простое движение пальцами, руки и ноги не слушались. Не присутствовало никакого чувства осязания.       Человека, как мешок с картошкой, грубо куда-то волокли, не давая послаблений даже на лестничных спусках. Тело безжизненно перекатывалось с одного пролета на другой, издавая глухие звуки ударов о каменную кладку ступенек. Если безжизненная масса тормозилась, то несколько провожающих людей в черных балахонах добавляли импульса для движения мощными пинками, сталкивая тело дальше по пролету, сопровождая всю эту процессию злорадным смехом, эхом разносившимся под сводами подвала.       Наконец они достигли дна. Лестничные пролеты кончились, и туловище в неестественной позе устаканилось около последних ступенек. Один из надзирателей презренно цокнул языком, выказывая недовольство тому, что больше нет падения.       По сигналу несколько человек под руки подхватили тело и оттащили в сторону, где уже было под потолком закреплено несколько тяжелых крепких цепей с мощными зажимами для рук и ног: в них поместили пленника. Еще двое других приступили к написанию круга печати в том месте, где располагались цепи. Закончив, личности в балахонах удалились.       В сознании что-то начало пробуждаться. Со стороны как будто издалека доносилось много приглушенных голосов, частое топанье и шарканье ногами, звон какой-то посуды и потрескивание огня у свечей. В теле все еще невыносимая тяжесть, невозможность пошевелить даже пальцем. Что-то его сдерживает. Глаза слегка приоткрыты, но зрение еще не вернулось.       Слова, эхом отскакивающие от стен, стали четче, перед глазами начала проявляться картинка происходящего. Размыто, но уже улавливались отдельные силуэты. Раздался грохот железной цепи, и тело пронзила жгучая боль от рывка - его подняли повыше. Теперь он понял: его заковали в цепи раскинув руки и ноги в стороны и закрепив мощными зажимами, чтобы наверняка.       К пленнику окончательно вернулось зрение, и теперь он смог разглядеть черные балахоны, снующие с какими-то приготовлениями вокруг него. Он находился выше, и смог наблюдать свысока на этих щепетильных людей. Как по щелчку все резко остановились и уставились на него. Люди знали - он в сознании.       "-Пора приступать!" - скомандовал сильный голос, как громом раздавшийся в тишине. Движение снова возобновилось, но хаотичность его была недолгой. Люди выстроились в круг вокруг него. Позади возглавлявшего этот круг разожгли костер, от чего полуобнаженное тело пленника обдало ощутимым теплом.       "-Leseuos luk'e sander'yous vangfdas..." - хором заговорила толпа. Возглавлявший круг раскинул руки в стороны и повернулся всем телом к костру. Обернувшись, держал в руках раскаленное докрасна клеймо. Повторяя молитву за всеми, он медленно приближался к пленнику. Увидев, что именно в руках у приближавшегося надзирателя, человек дернулся, но цепи крепко его держали. Из пересохшего горла раздался приглушенный хриплый крик. Кожа на груди уже чувствовала жар от приближающегося раскаленного железа.       -Нет! Не надо! - громко закричал он. ***       Он ощутил приятную успокаивающую прохладу. Чьи-то руки нежно гладили его по лицу и волосам. Прикосновение дарили покой, а минувшие ощущения казались очень далекими и нереальными, но чувство ожога на теле никуда не делось. Саднило где-то в области плеча.       Парень резко раскрыл глаза и уставился перед собой. Он резко и сбивчиво дышал, слегка с хрипотой. Тут же сообразил, что голова его лежит на коленях девушки, а ее прохладные руки дарят ему успокоение.       Кир несколько раз глубоко вдохнул, крепко зажмурился. Ощущение жжения поубавились, он окончательно приходил в себя. Поймав руку девушки крепко сжал ее, как будто из страха, что вот вернется обратно в подвал, если отпустит. Взглядом он вперился в бледно-серые глаза девушки. На миг ему показалось, что он увидел в них сострадание, чувство тревоги и облегчения. Но это длилось лишь секунду, затем снова вернулась холодность. Парень начал сомневаться в увиденном.       Из внешнего зала послышался шум, тяжесть шагов и скрежет металла. Реакция Джессики не заставила себя долго ждать: резко поднявшись на ноги она застала Кира врасплох - его голова знатно ударилась о каменный пол, что он завопил:       -Нельзя было предупредить, что встаешь? - недовольно пробубнил брюнет, сердито глядя в спину девушки, надеясь услышать хоть каплю извинения, но безнадежно. Она даже не посмотрела на него, поспешила в гостиную. Парень поднялся и медленно поплелся следом.       Увиденное повергло его в легкий шок. С задания вернулись Кин и Сэм. Вид у них был слегка потрепанный. На лице у Сэма красовалось несколько кровоточащих порезов, а правая рука Кина наспех перемотана, но бинты уже успели пропитаться кровью, только не ясно чьей.       Парни сбросили мечи и кинжалы, что те с грохотом коснулись каменного пола. Сами упали на диван и кресло, широко раскинув руки и ноги. Одежда местами была разорвана, где-то выдраны целые клочья.       Из лазарета к ним уже спешил Рик с каталкой бинтов, антисептиков и других медикаментов, а Джес кинулась набирать в емкость воды, чтоб легче промывать и обрабатывать раны. Кин стоял, как вкопанный, способный лишь наблюдать за этой нерадостной картиной. От обильно заполнявшего комнату металлического запаха его начало мутить, десны болезненно ныть, а во рту пересохло. Глянув на него Кир ухмыльнулся.       -Кажется, пора провести урок кормежки, а то кое-кто уже слюнями изошел, - он дерзко смотрел на Кира, пока Джесс медленно снимала бинт с его правой руки. Картина маслом: хищный кровожадный взгляд красных глаз хаотично метался от одного сгустка крови к другому, кадык то и дело ходил вверх - вниз, заглатывая слюну. Из-под верхней губы выглядывали кончики удлинившихся клыков. Вены на лбу и шее проступили от напряжения. Ситуация забавляла лидера. Все перевели взгляд на новенького.