Кукла

Работалось Кате в "Зималетто" очень даже хорошо. Она быстро нашла общий язык с начальником, даже помогала в личной жизни: прикрывала его перед невестой, хоть ей и неприятно было врать. С одной стороны Пушкарёвой было безумно жаль Киру: та очень любила Андрея и прекрасно видела его измены, хоть и не имела никаких доказательств. Ею пользовались, как практичным инструментом, а она закрывала глаза и всё это позволяла. Но с другой стороны, Катерина никак не могла сдать своего шефа, притом сама не особо то и понимала, почему. Она не была ему особенно предана, как сама думала, не считала его каким-то исключительным человеком, которому было бы позволительно поступать настолько нечестно по отношению к собственной невесте, и тем более не одобряла подобных его действий - и всё же спасала каждый раз. С чего бы? Она сама не понимала. Жданов казался ей не наигравшимся ребёнком, а детям многое спускают с рук - вот и Катя "спускала", выгораживала, принимала удар на себя. А потом, после того как разъяренная Кира за собой захлопывала дверь кабинета, Андрей поворачивался к ней и с таким благодарным лицом говорил: "Катя, Катенька, вы моя спасительница", - и улыбался ей, совершенно очаровательно, как нашкодивший мальчишка, а в глазах не отражалось ни стыда, ни совести. Катя ухмылялась сама себе и каждый раз повторяла одно и то же: чтобы он был осторожнее. Но и в следующий раз ничего не менялось, а она всегда его спасала. "Пусть наиграется, пока можно, - думала она, - рано или поздно рассудок все равно возьмет своё." Андрей тоже видел в Кате настоящего товарища и даже, наверное, друга. Он давно понял, что может доверять ей безоговорочно, и доверял. Она просто не давала повода усомниться в себе. Она работала за троих: за себя, за него, да ещё и за бездельницу Клочкову, - и все успевала. Так что он мог только дивиться её способностям. Да, он безмерно уважал Катю, но вместе с тем совершенно её не замечал. Он не видел, как сильно она устает на работе, впрочем, и она старалась не обращать на это внимания, а вот Роман Дмитриевич обратил: - Жданов, ты что с Катей сделал? - заявил как-то Малиновский. - С Катей? А что с ней не так? - удивленно уставился на него Андрей. - Она уже неделю ходит как в воду опущенная: не улыбается, глаза потерянные, косички дыбом поднимаются. Да с неё юбка спадает! Исхудала совсем. Жданов, ты секретаршу до обморока довести хочешь? Андрей был искренне удивлен: - Я не замечал... - А ты никогда ничего не замечаешь, Жданчик. Катерина работает за весь "Зималетто", а ты ей сколько платишь? Больше, чем уборщице? - Черт, Ромка, а ты прав. У неё ж зарплата мизерная. Да и большая часть того, что она делает в обязанности секретаря не входит... Так Катя стала личным помощником президента компании и получила бонус в виде нескольких оплачиваемых выходных. Также Жданов включил в ее трудовой договор возможность брать один оплачиваемый выходной в месяц при необходимости - так называемый day off. Всё бы хорошо, да только в компании наступил кризис: непроверенные поставщики, провальная коллекция... Компания увязла в долгах. Президент и вице-президент видели только один выход спасения "Зималетто" от кредиторов: открыть другую фирму, которая в критический момент могла бы стать некой стеной между компанией и кредиторами. И владелицей этой фирмы было решено сделать Екатерину Пушкареву. Андрей и Роман уговорили Катю стать участницей этой махинации, хотя она долго не соглашалась, но проведя некоторые расчеты, поняла, что это вполне разумное решение. Встал вопрос о начальном капитале, ведь денег не было. Катя долго не решалась, боясь, что её могут раскрыть, но потом, придумав достаточно логичное объяснение наличию у неё некой суммы, сказала: - Я могу вложить собственные средства. В кабинете повисла тишина, Роман с Андреем уставились на Катю, прочитав в их глазах вопрос, она тут же поспешила на него ответить: - У меня есть некоторые накопления, и я могла бы вложить их в эту фирму, - она сделала паузу, перевела дыхание и продолжила, - но при условии, что, когда долги будут погашены, деньги мне вернут. - Она перевела взгляд с Андрея на Романа и обратно. - Разумеется, ни о каких процентах речи не идет, я прекрасно понимаю положение компании. Она замолчала. Начальство смотрело на неё , раскрыв рты от удивления. Никто не мог и подумать, что у Кати есть средства для начального капитала целой фирмы. Да откуда они возьмутся, такие деньги? Друзья переглянулись и снова посмотрели на помощницу. Какая разница, откуда деньги? Главное они у неё есть, и она готова помочь. Первым из оцепенения вышел Жданов: - Катенька, вы в который раз нас спасаете, но вы уверены, что ваших накоплений хва... - У меня есть 100 тысяч, - перебила она, - евро. Для начального капитала вполне хватит. Они промолчали ещё некоторое время, и тут отошел от шока Малиновский: - Катя... - начал он тихо, - да вы просто святая. Она невольно улыбнулась. Теперь это был их секрет: Кати, Андрея и Романа. Никто кроме них не знал ни о фирме, ни о проблемах компании. Работать становилось все труднее, долгов становилось все больше, Андрей становился все угрюмее и серьёзнее. Как-то раз Катя принесла ему на подпись очередную расписку по кредиту, он бросил её на журнальный столик и плюхнулся в кресло подле него. Он поник головой и запустил руки в волосы. Ему вдруг захотелось излить кому-нибудь душу, всё, что его тревожит, рассказать о своих проблемах. - Катенька... - жалобно простонал он сквозь сжатые зубы, - что же мне делать, Катенька? Я уже и спать не могу. От меня люди зависят, а я не могу им выплатить зарплату. Я боюсь потерять компанию. Мне в глаза родителям смотреть стыдно. Да мне даже вам в глаза стыдно смотреть, Катя! - Он ещё сильнее вцепился в свои волосы. Катя уважала своего начальника, не смотря ни на что. Она считала его человеком, способным справиться с ответственностью за целую компанию. И прекрасно понимая, что даже у сильных людей бывают моменты слабости, она села на корточках подле него и успокаивающе обняла за плечи: - Андрей Павлович, не переживайте, всё ещё наладится. - она говорила тихо, убаюкивающе, и улыбалась. - Вы ведь не один: у вас есть Роман Дмитриевич, - сделала паузу, - у вас есть я. - он поднял голову и посмотрел Кате в глаза. - Я всегда готова Вам помочь. Она ему нежно улыбалась, пытаясь придать уверенности. - Катенька, - начал Андрей тихо и серьёзно, - вы же знаете обо мне всё: вы знаете, что я изменяю своей невесте, знаете, что я из-за своей самоуверенности практически разрушил собственную компанию. Вы видите, как я отношусь к людям... как я к вам отношусь, Катя! Я же изверг, я завалил вас работой, продыха вам не даю, но вы продолжаете идти за мной и верить в меня. Скажите, Катя, вы, что, мазохистка? Катя искренне засмеялась. Андрею нравился её смех, какой-то детский, настоящий, он даже улыбнулся. - Нет, ну что вы, Андрей Павлович, - подхихикивая говорила она, - Я вовсе не мазохистка. - Тогда почему вы меня терпите, Катенька? - А я вас и не терплю. Я просто за вами ухаживаю. Знаете, большинство взрослых ничем не отличаются от детей: им нужны внимание и забота. Так вот, Андрей Павлович, вы похожи на ребёнка больше, чем кто-либо, кого я знаю. Теперь уже хихикал Андрей: - Так вы считаете меня несмышлёным ребёнком? - он был удивлен, но в то же время его это забавляло. - Отчего же несмышленым? Нет, даже наоборот. Просто о-очень капризным. - она продолжала ему улыбаться, а он не понимал, откуда в этом мире появился такой добрый, искренний, чистый человек как Катя? Она его просто поражала. По мере работы в «Зималетто» Катерина убедилась в своей неспособности устоять перед этим котярой не только в вопросах его личной жизни, а вообще в любых вопросах. Стоило ему промурлыкать её имя и бросить один умоляющий взгляд, и она таяла как сахарная вата, соглашаясь с любыми просьбами или решениями. Даже с теми, соглашаться с которыми объективно не стоило. - Я прошу вас, Катенька, перестаньте беспокоиться. Ткани прекрасного качества, мы нигде больше не получим такой материал по такой цене. А более высокую стоимость мы не можем себе позволить. - Андрей Павлович, бесплатный сыр бывает только в мышеловке, - настаивала помощница, пока Жданов усаживал ее в президентское кресло, - Не может ткань высокого качества иметь такую низкую стоимость - это просто невыгодно поставщику. У меня большие сомнения относительно этого поставщика. - Катя! Ну, в конце концов выбросьте из головы ваши сомнения! Я сам лично поеду в Узбекистан и проверю и ткани, и документы. - Он присел возле неё на корточки, глядя в лицо девушке, - И я обещаю, нет, я клянусь вам, Катя: если будет хоть малейший намек на недобросовестность поставщика, сделки не будет. - Андрей сложил руки на столе, как школьник за партой, положил на них голову и из-под своих смольных ресниц снова посмотрел на помощницу, - Ну, вы мне верите, Кать? Девушка смотрела на него некоторое время, затем, тяжело вздохнув, опустила взгляд на свои сплетенные пальцы. Эта идея с непроверенным поставщиком была очень плохой, слишком рискованной для их текущего положения, и всё же она не находила слов, чтобы вразумить шефа. - Делайте как хотите, - она встала с кресла и направилась в свою каморку, но, взявшись за дверную ручку, обернулась. - Но знайте, что я против. - Катя зашла и закрыла за собой дверь. Ткани оказались контрабандными и вся партия была конфискована. И хотя Жданов ни разу даже не думал обвинить её в этой неудаче, Пушкарёву долго мучила совесть за то, что она сдалась и не настояла на смене поставщика в тот день.