Кукла

Катя работала в "Зималетто" только чуть больше двух месяцев, но уже успела заработать себе кучу проблем. Во-первых , не все к ней относились хорошо, точнее все относились плохо, кроме Милко, Андрея, Романа и женсовета - сбора секретарей, с которыми Катя довольно хорошо сдружилась. Главными недругами стали Виктория Клочкова и Кира Воропаева. Кира бесилась из-за того, что Катя прикрывает похождения её жениха, Вика из-за того, что любимицей Андрея стала Катя, а не она, и обеих раздражал внешний вид Кати, о чем они никогда не забывали ей напоминать. Александр, брат Киры и по совместительству один из акционеров компании, оказался ужасным хамом: он издевался и хамил всем, не только Кате. Да, впрочем, её невзлюбили все акционеры, кроме Романа и Андрея, хотя и Роман над ней иногда подшучивал, но как-то по-доброму. Но это не главное. Главное - это то, что Катерина вляпалась в кредитную историю "Зималетто" вмести с этими неразумными авантюристами. А вчера она стала фактически владелицей компании, так как Андрей отдал все активы "Зималетто" под залог "Никамоде" - фирме, которую они создали. Честно говоря, выбора у него, конечно, особо не было: либо это, либо разорение, чего он допустить никак не мог. И теперь судьба компании и людей, в ней работающих, зависела исключительно от Екатерины Пушкаревой. С другой стороны резко навалившийся на неё груз ответственности позволял отвлечься от старых проблем. Катя больше не думала ни о Максе, ни о "Makkatarin", только спокойно получала свои отчисления. На удивление ей самой она вообще как-то быстро забыла мужа. Она была очень обижена на него. Ей было, на что злиться: вместо того, чтоб посочувствовать жене, что она пережила весь тот кошмар, он обвинил её во всех грехах. Эта мысль окончательно отравила любовь. Катя даже начала думать, что Макс её никогда и не любил: иначе он бы не сделал такой поспешный вывод из той видеозаписи. Нельзя вот так взять и выгнать человека, которого любишь. Сегодня у Кати радостный день: приезжает её старый друг из Германии - Николай Зорькин. Они с Колей с детства были не разлей вода: учились вместе в школе и в институте, вместе уехали в Германию. Вот и сейчас они будут вместе здесь, в России. Коля несколько месяцев назад открыл магазин фирменной одежды "Makkatarin" в Москве и сейчас собирается лично им управлять, так что они с Катей будут видеться довольно часто, ведь, как бы вкусно не кормили в лучших ресторанах Европы, катины пирожки у Коли всегда на первом месте. Хотя нет, на втором - сразу после пирожков тёти Лены. С этой радостной мыслью о приезде друга она и пошла на работу. Катерина решила пройтись пешком. День был морозный и солнечный. Кругом лежали огромные белые сугробы, дорожки заледенели, так что ходить по ним было непросто, но Катя не придавала этому никакого значения. Она шла и напевала себе песенку из любимого ею мультика. Катя часто пела под настроение. Так и сейчас. Она жадно вдыхала свежий морозный воздух и ей хотелось жить, наслаждаться этой красотой и влюбляться в неё всё больше и больше. На работе она не прекращала улыбаться, порхала из кабинета в кабинет как бабочка, своей неземной походкой, она даже смеялась над шутками Романа. Андрея очень удивило настроение Кати, и Роман нашёл единственное, на его взгляд, логичное объяснение её поведению: - Влюбилась! - Кто? Катя? - не понял Жданов. - Да, мой дорогой друг, Катя. Наша Катенька, Катюша. Всё! Теряем девочку нашу! - Малиновский, ты что несешь? В кого Катя могла влюбиться? - А разве не ясно? - Роман хитро посмотрел на друга. - Ни капельки. - Да в тебя, Жданчик! - В меня? - он поднял бровь и указал на себя пальцем. - Ну, а в кого ещё? Нет, ну ты сам подумай: она таскается с тобой везде, делает для тебя всё, даже моделек твоих скрывает! В конце концов, она тебе липовые отчеты строчит, хотя никогда в своей жизни такого не делала, да и вряд ли бы сделала, если б не...- он выждал паузу и ухмыльнулся, - влюбилась в тебя по уши! - Малина, ну ты совсем какую-то чушь городишь. Прекращай давай этот полет своей бурной фантазии. - Это не полет моей фантазии. Это логичный вывод из всего мной увиденного. - Хорошо, - Андрея уже выбешивал этот разговор, - давай тогда спросим у неё прямо. - А ты думаешь она признается тебе в любви? Не-е-ет, Андрюха, Катя для этого слишком приличная. - он словил недопонимающий взгляд друга. - У тебя же невеста. - А я уверен, что дело не в невесте. Просто твои предположения окажутся ложными. - он резко развернулся на кресле лицом к каморке. - Катя! - Ты что....- хотел было возразить Малиновский, но в кабинет тут же впорхнула Катерина. Жданов мило улыбался: - Катенька, - ласково начал он, - вы сегодня весь день прямо-таки окрыленная! Что с вами, Катя? Откуда такой настрой? Мы что все кредиты погасили? - саркастически спросил Андрей. А Катя продолжала улыбаться своей лучезарной улыбкой: - Нет, Андрей Павлович. Просто у меня сегодня прекрасное настроение, и не все ли равно почему? - Ну нам же интересно, может и мы за вас порадуемся, - настаивал на своем шеф. А у Кати не было ни малейшего желания спорить с кем-либо: - Сегодня приезжает мой очень хороший друг, которого я давно не видела и по которому безумно соскучилась. Такой ответ вас устроит? - нагло, но задорно, поинтересовалась помощница, и, изогнув свою бровки, посмотрев в глаза начальнику. - Ну что ж, я очень рад за вас, Катенька. Вы можете продолжать работать. - Благодарю. - она легко сделала реверанс, развернулась и удалилась к себе. Андрей не скрывал ухмылки победителя: - Ну, а я что тебе говорил? - Нда, Андрюха, ты был прав, она в тебя не влюблена, - от чего-то он говорил очень печально. - Она влюблена в этого своего дружка! - Малина, ну ты уже достал, ей богу! Хватит придумывать несуществующие романы, тем более Катины! - Андрей был крайне возмущен. - Да даже если это и так, то это не наше дело. - А ты подумай, Андрюха, с чего вдруг какой-то парень, в которого по уши влюблена Катя, приезжает в Москву на следующий же день после того, как она фактически становится владелицей нашей компании! - Малиновский сам был в шоке от того, что сейчас сказал. Его просто осенило. - Ты на что намекаешь, Ромка? - Андрей понимал, о чем говорит друг, но совершенно не хотел воспринимать его слова в серьёз. - Да о том, Андрюха, что этот "друг" вполне мог узнать от неё о наших авантюрах и вознамериться сблизиться с Катериной, чтобы поиметь прибыль с этого дела. - Нет, Катя не такая. Она не предаст меня ради какого-то "друга", и мои секреты она никогда бы не разболтала. - Жданыч, тебе ли не знать, что влюбленная женщина на многое способна. Андрей насторожился: - Ну, допустим, это так. И что же ты предлагаешь делать? - Спасать. Спасать нашу Катюху из лап этого её "друга"! - Как спасать-то? - Как, как... Переключить её на кого-то другого... - Ну и на кого же? - начинал беситься Андрей. Малиновский помедлил: - На тебя. - тихо произнес он таким тоном, как будто это совершенно очевидное решение. - На меня?! - шепотом орал Жданов. - Ты, что, совсем. - он покрутил пальцем возле виска. - Так, не ори на меня, - он встал с кресла и начал ретироваться к двери, - просто подумай над моими словами. Роман вышел, оставив Жданова в дальнейшем недоумении. Катя закончила все свои дела и собиралась идти с женсоветом в "Ромашку" на обед, как вдруг зазвонил её мобильный. Она посмотрела на панель телефона, и с её лица тут же соскользнула улыбка. Что-то кольнуло в сердце. Там было написано : "Алла Зайдель" . Катя собралась с мыслями и ответила свекрови. - Алло. - тихо сказала она. - Алло, Катенька, здравствуй. - женщина говорила с трудом и задыхаясь. Она рыдала. - Алла, что случилось? - у Кати бешено забилось в груди. Она вовсе не хотела знать ответ на заданный ею вопрос. - Катя, я... - она не могла произнести в слух то, что должна была. Она просто давилась рыданиями,- я звоню, чтобы сказать тебе, - голос дрожал, - что Макс, - Алла просто выдавила из себя его имя. - Алла, - у Кати бешено стучало сердце, - Алла, что случилось? Что с Максом? Алла! - Он... Умер, - женщина зашлась в рыданиях. - К-к-как, - Катя была в шоке. В голове ничего не укладывалось. - К-как у-умер? - Сегодня, Катенька, у него - она не говорила, она выла от горя, - и-инфаркт. - Женщина снова зашлась плачем. - Катенька, девочка моя, я не понимаю как такое произошло. Почему мой мальчик... Почему он... Катя.... - А-Алла, пожалуйста, - она не могла подобрать подходящих слов. - Я.. Я приеду п-первым же рейсом - она пыталась успокоить свекровь и себя саму и говорила как можно быстрее, последнюю фразу она выкрикнула. - Я приеду! Она резко сбросила трубку. Взяла стационарный и позвонила на ресепшен: - Маша, идите без меня. - сказала она пустым голосом и тут же сбросила. Катя оперлась на стену, но тут же скатилась по ней вниз, задыхаясь. Она хватала ртом воздух как выброшенная на сушу рыба. Внезапно свело живот, она согнулась пополам и уперлась лбом в собственные колени. Осознание слов свекрови никак не хотело приходить. Катю с головой накрыла паника, и она, наконец, зашлась в рыданиях. Она не могла себя успокоить. До ужаса знакомое чувство сдавило грудь. Все, что она могла сейчас, так это изредка простанывать имя мужа и, словно извиняясь перед ним, шептать: - Я не виновата, ни в чем не виновата. Это не я... Господи, - она прикрыла рот рукой, стараясь заглушить собственные всхлипы, потому что слушать их было невыносимо. Ей становилось дурно от своих же слёз. В голове только всплывал образ улыбающегося мужчины с курчавыми лимонными волосами. А потом Катя представляла как он лежит и не дышит, как его кладут в гроб, как плачет мать над его телом, как в земле его прекрасное лицо становится черным. Катя сидела на полу, свернувшись клубочком и плакала, плакала и не могла успокоиться. Она давно потеряла счет времени. В реальность её вернул звук хлопнувшей двери и оживленный разговор двух мужчин: Жданов и Малиновский вернулись с обеда. Дверь в каморку была закрыта. Катя медленно поднялась и осторожно, хватаясь за стены подошла к столу. Она вся тряслась. Катя понимала, что просто не в состоянии оставаться здесь. Она, как могла, быстро собрала сумку, накинула дубленку и выбежала из кабинета. Андрей с Романом ввалились в кабинет президента и продолжали обсуждать тему "подката к Катерине". Андрей категорически отказывался. Во-первых, потому что он не мог так поступить с Катей, а во-вторых, потому что совсем не видел он её как женщину, она не вызывала в нем никаких желаний. Вот так, споря друг с другом, они чуть было не упустили выбежавшую из своей каморки Катерину. - Катя! - окликнул её Жданов. - Я закончила всю работу на сегодня и уже ухожу. До свидания. - не оборачиваясь протараторила она. Она только схватилась за ручку двери, как Андрей снова её позвал, он чувствовал что-то неладное: - Катя! Стойте! - он кричал на неё. - Что происходит, Катя! - она продолжала стоять лицом к выходу, опустив голову. Жданова это раздражало. - Посмотрите на меня! Она резко развернулась, высоко подняв голову. Малиновский открыл рот от удивления и широко распахнул глаза. Они оба застыли на месте и не могли ничего сказать. Они просто смотрели на Катерину. От её утреннего веселого образа не осталось ничего. Всё её лицо было пепельно-серым, глаза опухшими и воспаленно-красными. Катя смотрела с вызовом прямо в лицо Андрею. "Она плакала. Долго. Видимо, весь обеденный перерыв. Неужели, из-за этого "друга". Да я его в землю закопаю! Что он себе позволяет?" - Жданову тяжело было видеть её в таком состоянии. И, когда он отошел от ступора, он подбежал к Кате: - Катенька, - он говорил очень обеспокоенно, - Катенька, что с вами? Вас кто-то обидел? - Андрей схватил её за плечи. Она опустила глаза в пол, ей совершенно не хотелось жаловаться начальству, ей не хотелось, чтоб шеф её жалел. - Катенька, вы только не молчите, - он практически умолял её, - скажите, кто вас обидел? Я ж его на куски порву, Катя! К ним медленно подошел Малиновский: - Катя... - тихо произнес он. Но Катя его перебила: - Все в порядке, не волнуйтесь. Я пойду. Она медленно открыла дверь и вышла, чудом миновав женсовет, вошла в лифт и скатилась по его стенке на пол. Сейчас ей хотелось только бежать куда-нибудь подальше. Андрей и Роман несколько минут смотрели друг на друга, пребывая в абсолютном непонимании произошедшего. Вдруг Жданов схватил пальто и выбежал из кабинета, Роман последовал за ним. В голове Андрея была только одна мысль: "Случилось что-то серьезное. Её нельзя оставлять одну." Катя бежала по заснеженным улицам Москвы. Сейчас главное было - не останавливаться. Она точно знала, куда ей надо: в единственное место, где её никто не увидит. Это место было сразу за небольшим лесочком - Обрыв на окраине ельника, с которого открывался невероятной красоты вид. Она часто приходила сюда в детстве. Людей здесь никогда не было, и она могла побыть сама с собой наедине. Так и сейчас - она просто бежала от людей, не оборачиваясь, и абсолютно не замечая двух мужчин, идущих по её стопам. Андрей и Роман торопились за Катей, но не поспевали за ней. Роман понятия не имел куда она идёт, он просто следовал за другом. А вот Андрею дорога отчего-то казалась смутно знакомой. Катя не помнила, как она добралась до леса, но увидев впереди обрыв, она подбежала к краю и, не в силах больше стоять, упала на колени и с новой силой зашлась в рыданиях. Андрей услышал крик и остановился. Он видел Катю, стоящую на коленях и загибающуюся, будто её изнутри выворачивает. Она упала на бок, затем развернулась, легла на спину, согнула ноги в коленях, схватилась руками за живот и стала плакать, глядя в небо. Андрей ещё никогда не видел, чтоб человека так ломало, он никогда не видел таких страданий. "Что же случилось?" Они с Романом обогнули Катю и встали где-то в двадцати шагах от неё на краю обрыва за деревьями. Решили, что пока лучше не подходить, пусть проплачется. Катя долго лежала на снегу, перед ней чередой проносились воспоминания. Потихоньку она начала успокаиваться, но эмоции всё ещё били мощным потоком в голову, и, непроизвольно себе под нос, всхлипывая, она произносила: - Это я... Я виновата... Всё из-за меня, - она зациклилась, словно проигрывая снова и снова одну и ту же пластинку. Но вдруг она замерла и, как озаренная, произнесла: - Должно быть, я проклята. Она медленно поднялась с земли. Друзья внимательно следили за каждым движением девушки. Вокруг было тихо - слышался каждый шаг, сделанный ею, скрип снега под её ногами, но вот того, что она нашептывала себе под нос, никак не удавалось уловить. Она ходила по кругу и, не моргая, смотрела на снег под своими ногами. Катя чувствовала как проясняется сознание, и когда все мысли рассеялись, она ощутила угнетающую усталость во всем теле. Она, наконец, остановилась, прикрыв на минуту глаза и поморщившись. Она с трудом оставалась на ногах. Ей стало так тяжело терпеть свою бодрость, что в голове мелькнула мысль о том, что любой способ заснуть сейчас был бы весьма кстати. Катя развернулась и медленно пошла прочь от обрыва. Пройдя около пятнадцати метров, она остановилась и огляделась - никого нет. Некоторое время потоптавшись на месте, её стала накрывать новая волна паники. Причину паники распознать не удавалось: мыслей в голове совсем не осталось. Она постанывала и морщилась, сгибала и разгибала пальцы в фалангах, терла лицо и глаза, так неприятно пощипывавшие на морозе. В какой-то момент ей стало невыносимо жарко, она расстегнула дубленку, сняла ее и отбросила в сторону. Сапоги сдавливали ноги, не давали ей двигаться, и она сняла их поочередно и отбросила. "Кажется, наша Катенька рехнулась!" - подумал Малиновский. Андрей не понимал, что она творит. Он хотел броситься, одеть её, укутать потеплее, успокоить, но не мог. Он стоял и не способен был пошевелиться, только смотрел на неё. Катя шла по снегу. Колготки промокли насквозь, юбка собирала сугробы, но девушка не чувствовала холода. Она ощущала лишь сдавливающее грудь отвращение ко всему: всё вокруг и она сама были настолько мерзкими, что хотелось закрыть глаза и сбежать. Она развернулась лицом к обрыву и снова заплакала, сгибаясь пополам в попытке выдавить из себя оставшийся воздух. Дышать становилось все тяжелее и тяжелее. Катя выпрямилась, посмотрела прямо на обрыв, глаза её были полны слез и решимости. Она вдруг вновь затихла и еле слышно проговорила: - Я так устала. Жданов резко отошел от столбняка, рванул с места и побежал так быстро, как только мог. Катя бежала к обрыву, у неё в голове ничего не осталось, только головная боль, бьющая в виски, и она хотела прекратить её. Она прыгнула. Но тут же кто-то сшиб её в сторону. Они упали. Катя кричала и пыталась вырваться, но руки крепко зажали её. - Пустите! Пустите! - кричала она, рыдая, и вырывалась. - Господи, отпустите меня!!! -Катя, Катенька, успокойся, Катя, - убаюкивающе шептал ей на ухо Андрей, только сильнее прижимая её к себе спиной, пока она била его в попытке оттолкнуть. Катя его не слышала. Она не слышала его голос, не понимала, кто это, она вообще ничего не понимала. Подоспел Малиновский. Он присел перед Катей, схватил её за плечи, начал трясти и машинально произносить её имя, как бы пытаясь достучаться до неё, и, когда она наконец открыла глаза и подняла голову, на него уставились два ошарашенных стеклянных глаза. Она перестала биться и дергаться, и Андрей отпустил её. Катя резко развернулась и посмотрела на Андрея. Сказать, что он испугался - не сказать ничего. Она смотрела широко открытыми бешеными глазами, как будто сейчас разорвет его. Он машинально вытянул руки вперед как бы останавливая её. Пока она сверлила его взглядом, Малиновский снял с себя пальто и накинул Кате на плечи. Андрей сидел на самом краю спиной к обрыву. Катя резко придвинулась к Андрею, схватила его за ворот пальто и, не разжимая хватки, толкнула так, что верхняя часть его тела выгнулась назад, а за спиной была только пропасть. Отпусти она его, он тут же полетел бы вниз. Рядом что-то кричал Малиновский, но ни Катя, ни Андрей его не слышали. Они лишь молча смотрели друг другу в глаза. Не моргая. Андрей понимал, что его жизнь сейчас в руках у этой девушки. Почему-то он был уверен, что она не даст ему упасть. Катя долго вглядывалась в его лицо, будто силилась узнать в нем кого-то. [Девочка снова сидела и любовалась видом. Здесь ее никто не трогал. Было спокойно. Он снова пришел сюда. Но на этот раз он был не один. На краю обрыва сидела маленькая девочка, лет двенадцати, и смотрела вдаль. Но делать было нечего, ему сейчас было необходимо здесь находиться. - Привет. Я думал, что кроме меня здесь никого не бывает. На неё смотрел черноволосый юноша и смущенно улыбался. Видимо он пришел сюда за тем же, что и она, и совсем не рассчитывал на компанию. - Привет. Я тоже так думала, до сегодняшнего дня. Присаживайся. Девочка указала на место рядом с ней. И он сел. - Я Андрей. - Катя.] Удивительно. Неужели, это был Жданов? Малиновский стоял на коленях подле Кати и умолял образумиться, но она его не слышала. Он перестал понимать, что происходит. Роман боялся трогать Катю, боялся, что она ослабит хватку. Его друг висел над пропастью, а он ничего не мог поделать, и это наводило на него панику. Наконец, Катя притянула Андрея к себе, продолжая смотреть ему в глаза. Он уперся руками в землю, но взгляд не отвел. - Простите... - еле слышно сказала Катя и отпустила его. Рома, поняв, что ситуация снова под контролем, побежал за Катиными вещами, разбросанными на снегу, ещё он успел вызвать такси. Андрей посильнее укутал Катерину в Ромкино пальто. Она молчала и не сопротивлялась. Потом Рома притащил её сапоги, и Андрей натянул их Кате на ноги. Дубленку надевать не стали, так как она была вся в снегу. Потом он взял её на руки и так нес до такси, она ничего ему не говорила и не смотрела на него. А он не отрывал взгляда от неё. В такси Малиновский залез на переднее сидение. И сказал водителю: - В больницу, пожалуйста. - Нет. - тихо произнесла Катя, потом подняла голову и жалобно посмотрела на Андрея. - Не надо в больницу. Рома посмотрел на друга, и тот кивнул ему, дав понять, что надо делать так, как просит Катя. В итоге, они приехали домой к Роману. Рома дал Кате махровый халат и пуховые носки и настоял на том, чтоб она сняла всю промокшую одежду. Потом её закутали в теплый плед и посадили на кухне. Андрей подал ей кружку горячего чая и сел напротив. - Катя, может вы всё же расскажете, что у вас произошло? - мягко начал он. - Да какая вам разница... - безжизненно отозвалась она. - Катя, вы пытались покончить с собой! - Андрей говорил тихо, но очень серьёзно. - Просто так люди не кончают жизнь самоубийством. Я хочу понять ваши причины. - Причины? - она изогнутая бровь, продолжая гипнотизировать кружку чая в своих руках. - По статистике, большинство случаев суицида происходит из-за любви. - Она внимательно посмотрела ему в глаза. "Неужели Ромка был прав" - пронеслось у Андрея в голове. И хотя он не понимал, о чем, и главное о ком она говорит, но все равно пытался её успокоить: - Катя, я понимаю... - Нет. - перебила она его. - Вы меня не поймёте. Вы никогда и никого не любили. Эти слова заставили его замолкнуть, но Катя объяснила свою позицию: - Я не слепая, Андрей Павлович. Я вижу, как вы относитесь к женщинам, особенно к Кире. Да, вы на ней женитесь, - она сделала паузу, - но вы её не любите. Никогда не любили. Она так просто говорит об этом, для нее это так очевидно. - Так что же у вас произошло? - настаивал Андрей. Катя выдохнула и сказала: - У меня сегодня муж умер. На кухне Романа воцарилась звенящая тишина: сам он застыл в проходе с очередным пледом, который притащил из шкафа, убедив себя, что он теплее и мягче предыдущего отданного Катерине, в то время как его друг, выпрямившись на стуле и выпучив удивленные глаза, уставился на девушку. Они оба не знали, что именно их шокировало: трагическая потеря мужа или сам факт его наличия у Пушкарёвой, - слов не находил никто. Впрочем, Катя не заметила их смятения, ей было совершенно не до того, что происходило вокруг, и она продолжала смотреть на чай в кружке стеклянными глазами. Какое дело может быть человеку до чужих чувств и мыслей, когда даже в своих разобраться невозможно? Молчание затягивалось, Андрей ощущал необходимость морально поддержать девушку, но он боялся сказать что-то неуместное, ведь совершенно не знал ситуации. Даже сам факт того, что Катя была замужем казался абсурдным. Лишь чья-то плохая шутка. Да, верно, что-то не сходилось: он ни разу не слышал, чтобы хоть кто-нибудь упоминал, что видел мужчину рядом с Катей, в её анкете при приёме на работу не было указано, что она состоит в браке, на руке нет обручального кольца, да ведь даже в паспорте штампа не стоит! "Гражданский брак?" - осенило его. Жданов внимательно пригляделся к сидящей напротив девушке: тугие растрепанные косички, опухшие веки под странными и нелепыми очками, бледная кожа без единого следа румянца на впалых щеках, и такие же белёсые потрескавшиеся губы, - в ней определенно нельзя было увидеть хоть сколько-нибудь привлекательную женщину. Насколько впечатляющим умом она обладала, настолько же была некрасива. Откуда у такой женщины как Катя мог быть мужчина? Размышления его прервались, когда затрепетали влажные и тяжелые ресницы и Катерина медленно подняла глаза и посмотрела на Андрея мертвенным взглядом. Её большие и такие пустые глаза заставили его наконец осознать правдивость её слов: Катя действительно потеряла мужа сегодня. - Простите, Катя, - наконец выдавил он из себя, - Примите мои соболезнования. - Да, - очнулся Малиновский за ее спиной, в конце концов зашел на кухню и в растерянности накинул на неё второй плед, - да, соболезную вам, Катя. Простите, не знал, что вы замужем... - Малиновский, - предупреждающее осёк его Жданов. - Вам и не нужно было знать, - отозвалась девушка, - мы уже давно не вместе. Пазл всё ещё не сходился в голове Андрея. - Катя, я понимаю, такая новость ударила под дых, вы испытали сильное потрясение, и это безусловно горе, но я всё же не могу понять ваш поступок. И простите за такой личный вопрос, но… - он затормозил, стараясь подобрать слова, - Зачем же бросаться с обрыва из-за человека, с которым вы расстались? - Андрей Павлович, прошу, не лезьте ко мне в голову. - Катя поставила кружку на стол, так и не сделав ни глотка чая. - Вы не найдете там ничего хорошего. - Катенька, поймите, пожалуйста, я очень дорожу Вами. - он взял свой стул и переставил его ближе к девушке, оказавшись с ней по соседние стороны угла стола. Под столом Жданов нашел её руки и крепко сжал их в своих ладонях, успокаивающе поглаживая большими пальцами. - Не думайте, что я буду спокойно смотреть на подобные вещи, просто потому что не могу себе позволить потерять вас. Девушка внимательно посмотрела на своего шефа. Сейчас слова плохо укладывались в ее голове, она не могла понять их смысл, но всё же его глаза настойчиво требовали разъяснений. Катя тяжело вздохнула: - Я просто не понимала, что делаю, вот и всё. Новость была слишком неожиданной. Да, мы очень обидели друг друга, но всё же я провела с этим человеком много лет и любила его. А сегодня мне позвонила свекровь и сказала, что он умер. Инфаркт. Я... была не в себе... Андрей не мог точно понять, что чувствует сейчас Катя, но точно знал, что сам бы никогда не хотел такое испытать. Он придвинулся ещё ближе и обнял Катю за плечи: - А сейчас? - спросил он, - Сейчас вы осознаёте, что вы делаете? - Жданов испытывающе смотрел на девушку, давая понять, что ему требуется её правдивый ответ. Катя свела брови в жалобной гримасе и зажмурилась, затем запрокинула голову и, открыв глаза, постаралась ответить частно: -Да.. думаю, что да, - затем она снова перевела взгляд на шефа, но он уже не был рассеянным как прежде, - Мне нужно будет уехать, провести похороны. - Конечно. Да, конечно, поезжайте, Катя. Сколько времени вам потребуется? - Думаю, около двух недель. Жданов опешил: - Две недели? - он хотел было спросить, почему так много, но быстро осознал, что ситуация сейчас не та, в которой бы этот вопрос было уместно задавать. Но Катя и по тону его поняла, что срок ему кажется большим, поэтому решила уточнить. - Да. Я в Германии выходила замуж, Андрей Павлович. И похороны там же будут, а после них мне нужно будет уладить много вопросов с документами, поскольку бракоразводный процесс так и не был завершен, и на данный момент я всё ещё являюсь его... - Катя хотела было сказать "супругой", но запнулась, - Его ближайшим родственником. За две недели всё не решить, но хотя бы с основным разобраться. - Хорошо, я понял вас. Катя, вы можете идти в отпуск с завтрашнего дня, я решу вопрос с оформлением, - легонько гладил её по плечам. - Знаете, Катенька, мне сегодня было очень страшно. Да и сейчас неспокойно за вас. Я, конечно, не могу понять, какого вам, но я бы хотел больше никогда не позволять вам плакать, и тем более совершать такие опасные поступки. Пожалуйста, пообещайте мне, что больше не станете вредить себе. Катя ответила быстро, и всё же не сразу - задержка всего в несколько секунд дала Андрею понять, что дать подобное обещание, не обдумав его, она была не способна. Такое простое обещание - быть в безопасности - а она сомневалась, что сможет сдержать его. Жданов насторожился. - Я обещаю, - сказала девушка. - Андрей Павлович... я хочу домой. - Катя, простите, что прерываю, - внезапно ворвался в разговор Малиновский, - но у вас, кажется, телефон звонит. - он протянул девушке сумку. До Катерины никак не мог дозвониться мужчина, с которым на сегодня у неё была назначена встреча.