Кукла

На душе у Кати стало спокойнее после разговора. Удивительно! Она так не хотела поднимать эту тему, так боялась, что Жданов... А чего она боялась? Того, что он будет стыдится её? Уволит? Или того, что он даже и не помнит о вчерашнем? Она сама и не знает чего, но точно не признания в симпатии. Поверила ли она словам Жданова? Да, конечно, нет! Как можно поверить словам конченого бабника? Сама Катя лично не раз становилась свидетельницей очередного его "признания" какой-нибудь глупенькой модельке, которую он хотел затащить в постель. И то была модель! А тут что? Катя Пушкарева! Да такую, какая она сейчас, она б сама не то, что в постель затащить, даже поцеловать бы не осмелилась! А вы говорите про Андрея Жданова! Ну это уже совсем из мира фантастики. Поэтому сначала Катя подумала, что Жданов опять под градусом, но потом его фраза про спортзал поставила все на свои места. "Да, должно быть всё это обычная похоть," - подумала она. Понравилась ему фигурка подкаченная, а то костлявая Кирюша да модели поднадоели. Катя худой никогда не была, она была именно фигуристой, но ей этого было мало. Она - девушка целеустремленная, как что-нибудь взбредет в эту гениальную головушку, так хоть об асфальт челом бей - не выбьешь. Так вот, как пошла она в свои пятнадцать лет в спортзал, так оттуда больше и не выходила. Держала себя в форме. Бодибилдера она из себя сделать, естественно, не желала, просто пресс подкачала, ноги, попу, убрала все лишнее, прибрала все нужное, кожу не на кости с жирочком, а на мышцы натянула. Собственно говоря, есть на что посмотреть. И Жданов посмотрел. Да, видать и разглядел очень внимательно. Раз при таком облике, все равно что-то в нем дрогнуло. Да только обойдётесь, Андрей Павлович! Катя - не ваша очередная пассия, по звоночку лететь к вам в койку не будет, Катя, как ни как, а четверть века уже в этом мире крутится, много натерпелась. Было время - бросалась в постель к каждому красивому мальчику, вызывавшему желание. Было. Но прошло. Просто желание её давно уже не устраивало. Ей нужны были чувства. Любовь нужна. А Жданов не мог ей этого дать. К тому же у него невеста - значит плод запретный. Пусть ищет другую дурочку. Так что Катины страхи как-то улетучились. Она со спокойной совестью и чистым разумом засыпала сегодня. Прошла мантра под названием "Андрей Жданов". Прошла, да, как оказалось, вернулась. Недолго длилось спокойствие. Той ночью ей снова снился начальник. Тот же сон: толпа людей... Макс... Светлая маленькая комната... Рубашка на пол... Полуобнаженный шеф... Стол... Приближающиеся губы... И всё. Опять обрывается на том же месте. Катя проснулась в холодном поту. Мокрая. Везде. Андрей той ночью совсем не спал, вспоминал каждое её слово, пытаясь найти хоть какую-то подсказку к ответу на вопрос "Что мне теперь делать?". Но безуспешно. Единственное, что он понял - она ему не верит. Не верит, что нравится ему. Впрочем, он и сам себе не верил. На работе никто из них виду не подавал, но каждый боялся оставаться наедине. Катя боялась того, что хочет своего начальника, а Андрей - он просто был отвергнут, и ему было тяжело с Катей один на один. Он все ещё улавливал каждый её шаг, шуршание юбки при ходьбе, чувствовал запах волос, смотрел на то как она приоткрывает рот, когда слушает, или покусывает губу, когда задумывается над чем-то. Теперь он ещё наблюдал за руками: они отдавали ему папки, документы, бумаги, а он рассматривал её ногти, фаланги пальцев, кисти, кожу на руках, выделяющиеся вены. Он думал о том, как хотел бы ненароком коснуться этих рук, поднести к губам, поцеловать. Андрей знал, что по лицу Катя прекрасно читает все его мысли, поэтому старался не оставаться с ней, чтоб даже не допускать их в голову, правда они все равно лезли. Он вообще теперь мог размышлять только на две темы: работа и Катя. И поскольку вторую он сам для себя сделал запретной, то уходил в первую полностью. Собственно, как и его верная помощница. Это отвлекало их обоих, но не спасало ни того, ни другого. Через несколько дней после разговора с Катей Жданову в голову пришла очень хорошая мысль. Катя тогда ушла на обед с женсоветом, а он пошел в "Ришелье" с Малиновским. Роман что-то очень экспрессивно рассказывал, наверное про ночь с очередной одноразовой подружкой, а Андрей ковырялся вилкой в тарелке и, как всегда, перебирал в мыслях все их разговоры с Катей, и вдруг серьезно задумался над фразой, сказанной ею в ресторане: "Всё, что вам, как начальнику, нужно знать, написано в моем резюме, а о личной жизни я предпочитаю не распространяться. Впрочем, и о ней вы знаете больше, чем положено." Всё, что нужно в резюме... Резюме... Придя на работу, он забрал у Урядова личное дело Пушкаревой. Андрей вчитывался в каждую строку, внимательно изучал каждую букву. Он не знал, что ищет, поэтому искал все сразу. Первое, на что он обратил внимание, это прописка. Катя была прописана не в доме Пушкаревых, куда Андрей её несколько раз подвозил, а совсем в другой районе. Сначала он зациклился на мысли, что Катя не хотела, чтоб он знал, где она живёт, поэтому и назвала адрес родительского дома, а потом он и не спрашивал - просто вез её туда. Тогда он пошел к Роману и спросил его почему Катя скрывает своё место жительства, на что Малиновский ответил тем взглядом, каким смотрят на окончательно свихнувшихся людей и сказал: - Андрюх, ты чего докопался-то до своей Пушкаревой? Подумаешь, отшила. Это не повод искать в ней врага народа. Прекращай изображать из себя Шерлока, тем более, что у тебя хреново получается. Полстраны живёт не по прописке, и это нормально, в этом нет ничего сверхъестественного. Ромка его успокоил, но ненадолго. Андрей продолжил детально изучать всё, что было известно о Екатерине Пушкаревой. И вдруг его взгляд остановился на дате рождения: 30.12. Он стал рассматривать эти числа, будто зашифрованный код, который нужно разгадать. Он несколько минут тупо смотрел на них, пока до него не дошло. Следующая неделя! На следующей неделе у Кати день рождения! На следующей неделе ей исполняется 26! И тут Жданову в голову пришла прекрасная мысль, как сблизиться со своей помощницей. Шла вторая неделя после разговора - Пушкарева боялась ложиться в постель. Каждую ночь ей снится один и тот же сон. Каждый день эта комната, каждый день Жданов, каждый день все обрывалось на одном и том же месте. Это была паранойя. Он везде: на работе, дома, во сне. Везде. И не спрятаться. Некуда прятаться. Катя медленно сходила с ума. Катя желала этого мужчину, и с каждым днем видеть его, находиться с ним рядом становилось всё невыносимее и невыносимее. Утром 30 декабря в кабинет президента вбежал его верный друг и товарищ - Роман Малиновский. - Андрюха! - воскликнул он задыхаясь. - Ты в курсе, что у Пушкаревой день рождения? Там на неё с порога весь женсовет с поздравлениями набросился! Андрей с улыбкой чеширского кота посмотрел в ошалевшие глаза друга, который пытался отдышаться. - Да, Малина, я в курсе. - А я нет! - Очень громко возмутился он. - Вот ты не мог меня предупредить? Её ж поздравить надо! Катюха пашет на нас сутками, а мы даже с праздником её не поздравили! - Малина, ты не обобщай-ка. - Жданов хитро посмотрел на него. - Это ты не поздравил, а у меня уже все готово. Рома несколько секунд стоял в непонимании, потом не отрывая взгляда от друга подошёл к каморке. Посмотрел на дверь - снова на Андрея - снова на дверь, открыл её, на секунду завис, резко закрыл и повернулся к Жданову: - Ну ты и сволочь, Жданов, - с обидой отозвался Рома, - сам приготовился, а меня решил последним засранцем выставить. - Он развернулся лицом к двери и взялся за ручку. - Пойду хоть ЦВЕТОВ ей куплю. - Андрей хихикнул. Тут в приемной послышались шаги. Рома отпрыгнул от двери и рванул в конференц-зал. Жданов не смог сдержать смеха. Дверь отворилась и на пороге появилась веселая и улыбающаяся во все свои 32 ровных и красивых зуба Катя. - Доброе утро, Андрей Павлович! Её встретил в своем кресле такой же сияющий начальник. - Доброе, Катенька! Вы сегодня просто сияете! - прикинулся "ничего не знающим и ни о чем не подозревающим" Жданов. - Я сегодня удивительно хорошо спала! - не соврала Катерина. Сегодня ей первый раз после ресторана ничего не снилось, и она провела чудесную ночь без сновидений. Спала без задних ног. Она направилась к своей каморке. - Но у Вас настроение не хуже моего. - подойдя к двери, она оглянулась и задорно посмотрела на него. Андрей с нетерпением и любопытством наблюдал за каждым её движением. Катя, все ещё смотря на Жданова, открыла дверь, нащупала выключатель и включила свет. Повернулась, и застыла на месте. Весь кабинет уставлен корзинами и вазами с цветами. Её серая комнатка пестрила всеми цветами радуги. Все в цветах: компьютер, шкафы, оба стула, весь пол. Только узенькая дорожка, ведущая к столу, была чиста. На столе лежала большая голубая открытая коробочка в виде сердечка, в ней были всякие вкусности. Рядом лежала маленькая коробочка, обитая красным бархатом, из которой бриллиантами поблёскивал тонкий элегантный браслет. Пока Катя стояла, потеряв способность двигаться, Андрей тихонько достал из-под своего стола огромный букет из двадцати семи белых роз (к слову, среди цветов в каморке роз не было) и куклу, удивительно похожую на его помощницу и подошёл к ней сзади. - Кать... - тихо и ласково сказал он. Она обернулась и прикрыла рот рукой. Из глаз катились слёзы. Она сначала посмотрела на его руки, в которых были розы и кукла, а потом подняла взгляд на его лицо. Андрей улыбался своей самой счастливой улыбкой. - С Днём Рождения! Тут Катя не выдержала, кинулись ему на шею, уткнулась головой в плечо и совсем разревелась, только и смогла, что протараторить ему куда-то в подмышку: - Спасибо, спасибо, спасибо.... Спасибо, спасибо большое. Андрей был в восторге от такой реакции на его сюрприз. Находясь в Катиных объятьях, он каким-то образом смог взять оба подарка в одну руку и второй за талию прижал Катю к себе. Наконец-то! Она так близко, и он ощущает её всем своим существом. Непередаваемое чувство. Она одновременно и плакала, и счастливо смеялась, отчего ее плечи подрагивали. Андрей гладил её по спине. Он не знал сколько они так уже стоят, но начал чувствовать себя смущенным. - Кать... - он обнял её за плечи, - Кать, ну, хватит... - голос его был тихим и заботливым. Катя отстранилась, сняла очки и протерла их о рубаху, вытерла ладонями слезы с глаз. Андрей передал ей в руки букет и куклу, Катя снова заулыбалась. - Спасибо. Она чудесная. - Так же, как и вы. - Она подняла на него глаза. - Катя, я хотел бы пригласить вас сегодня на ужин, - он потупил глаза в пол, - если вы не против, конечно. - Я не против, только... - Андрей посмотрел на Катю печальными глазами, - боюсь, я уже пообещала девочкам вечером праздновать. - она помедлила. - Если хотите, присоединяйтесь к нам. - Я бы с удовольствием. Это, конечно, не то, что он хотел, но тоже неплохо. - Мы собираемся после работы у меня дома. Дверь в кабинет практически вынесла Кира. - Андрюша! - она остановилась и сначала с недоумением, а потом со злостью смотрела на Пушкареву и своего жениха. Катя решила, что лучше ей сейчас уйти. - Здравствуйте, Кира Юрьевна. Андрей Павлович, - снова обратилась она к президенту, - ещё раз спасибо. Я пойду работать. Жданов не скрывал своей счастливой улыбки, хоть и понимал, что сейчас за неё ему влетит от невестушки: - Идите, Катенька. И только дверь в каморку закрылась, как на Андрея наехала Кира: - Что здесь происходит?! С каких это пор ты задариваешь Пушкареву цветами и игрушками?! Почему-то Андрея только ещё больше веселила злость Киры. - А что, я не могу просто поблагодарить свою помощницу за хорошую работу? - он поднял брови вверх и сделал абсолютно непонимающее лицо. - Почему-то Вику ты так не благодаришь!- Кира уже просто багровела. - Кирочка, родная моя, - нарочно приторным голосом начал Андрей, - ну, во-первых, я же сказал "за хорошую работу", а Вика не работает в принципе, значит благодарить мне её не за что. А, во-вторых, у Кати сегодня день рождения. Кира усмирила свой пыл, но только внешне, внутри у нее все ещё бурлило от негодования. Хорошо, что она не видела, что творится в Катиной каморке, иначе Жданов уже был бы мёртв. - Я пришла спросить: может сходим сегодня куда-нибудь поужинать? - Нет, Кирюш, прости. Сегодня не могу. Я иду к Кате на день рождения. - Значит ты меня на неё променял? - с вызовом спросила она. - Ни на кого я тебя не менял, - нагло соврал он, а затем подошёл и положил ладони ей на плечи, - Просто я уже пообещал. - Хорошо. Кире не нравилось то, что Андрей поедет к Пушкаревой, но это все же лучше, чем если б он поехал развлекаться с моделями, так что она смирилась. Вечером у Кати собрался весь женсовет, Милко, Фёдор, Сергей Сергеевич и, кто бы мог подумать, Андрей Жданов. Сначала гости насторожились приходу президента, да и самому Андрею было неловко, но после пары рюмок папиной наливочки и нескольких бокалов сногсшибательного, в прямом смысле этого слова, коктейля от Тропинкиной Жданов уже в обнимку с Потапкиным и Пончевой пели Би-2 "Полковник", Ольга Вячеславовна наперебой с Еленой Александровной делились рецептами, Валерий Сергеевич говорил, что лучше Ленкиных оладьев в жизни ничего не ел, Маша, Амура, Света, Шура и Милко обсуждали мужиков, а Федор отчаянно защищал перед ними свою мужитскую расу. Андрей заметил, что Катерина куда-то пропала, уже даже порывался пойти её искать, да только Сергей Сергеевич не собирался его отпускать, но Татьяна его успокоила, сказав, что Катя, наверное, пошла подрезать какой-нибудь салатик и скоро придёт. Катя вернулась через несколько минут с гитарой в руках. - О, Катрин сЕйчас будЕт петь! - Милко был в восторге, радовался как ребёнок. - Катрин, спой мОю лЮбимую! Катя засмеялась, глядя на его ребячество. - Как пожелаешь, дорогой. Андрей никогда прежде не слышал, чтобы Катя пела. Для него такой поворот событий был весьма удивителен. Она проверила аккорд, осмотрела всех вокруг, и её пальцы ударили по струнам гитары и Катя запела. Это была что-то из американской попсы, вполне во вкусе Милко. Андрей почему-то сейчас плохо понимал слова, хотя английским он владел чуть ли не в совершенстве, поэтому он просто слушал голос и только дивился ему. От её голоса на душе становилось спокойно и ему хотелось улыбаться. Не только он, абсолютно все в комнате сидели затаив дыхание и слушали, а, когда песня закончилась, Маша, не открывая глаз, жалобно сказала: - Кать, ты только не останавливайся, а... На что Катя только улыбнулась и снова запела. Это был Эд Ширан "Photograph". Потом они перешли на "Границы ключ переломлен пополам" и "Ну, что ж ты страшная такая?", дальше были и Руки вверх, и Би-2, и Сплин, всё было, и подпевали уже всем дружным коллективом, вскоре гитару оставили, включили колонки и пустились впляс. Никто и не заметил, как наступило два часа ночи. Пора расходиться по домам, но все дамы решили непременно помочь с уборкой. Елена Александровна с трудом выдворила гостей, сказав, что уж посуду она помоет сама. Уходя, Андрей краем уха услышал, как мама говорила Кате, чтоб она вызвала такси. [Значит, она едет к себе...] Он было подумал предложить довезти её, но как только сделал шаг, пошатнулся, и понял, что его самого довезти надо. Но выйдя на улицу, Андрей всё же решил подождать Катю и лично посадить её в такси. Все разъехались, а Жданов взял снега в руку и размазал его себе по лицу, чтоб хоть чуточку протрезветь - сработало, и встал возле подъезда. Так стоял он около десяти минут. Вдруг дверь резко открылась, из подъезда выбежала Катя и чуть не упала от неожиданности, увидев начальника, благо, удержалась за ручку двери. - Андрей Павлович, а вы что здесь делаете? - Вас жду. - невозмутимо ответил он. - А вы, куда так торопитесь? - Домой. - она попыталась уйти. - До свидания. - Катя, стойте! Машина ещё... - Тише, - она снова подбежала к нему и прикрыла ему рот рукой, - пожалуйста, тише. Я не вызвала машину. Я хочу прогуляться. - Но вы живете черт знает где! - шепотом возмущался Жданов. - Уже поздно. Мало ли кто по улицам ходит. - Андрей Па... - Я вас провожу. Возражения не принимаются! Одну я вас никуда не отпущу и точка. Катя смирилась. - Хорошо. Пойдёмте. До катиного дома и в правду было совсем не близко, они шли не менее трёх часов, но оно действительно стоило того. Ночная Москва - диво дивное. Сугробы блестят в свете фонарей, деревья, как статуи, стоят в ледяном одеянии, на безоблачном небе ярко сияют звёзды. И полное безветрие. Красота. Они шли, разговаривали, смеялись, бурно о чем-то спорили. Катя читала Бродского и Есенина, а Андрей молча слушал, затаив дыхание, и любовался ею. Кажется, он мог бы всю жизнь слушать, как она поет или читает наизусть стихи. Столько в этом было... сердца и души, что невозможно было отвлечься на что-то ещё. Когда они остановились у какой-то высотки, было уже почти шесть часа утра. - Вот мы и пришли, - констатировала Катя, - Спасибо большое, что проводили. Она смущенно опустила глаза. - Вам спасибо, Катя. - он говорил искренне. - Я давно так хорошо не проводил время. Она посмотрела на него и благодарно улыбнулась. - До свидания, Андрей Павлович. - До свидания, Катя. Она пошла к подъезду. Андрей смотрел ей вслед, и вдруг к нему пришло осознание того, что завтра ему лететь к родителям в Лондон и он не увидит Катю ещё целую неделю. Он не понял, всё произошло как-то само собой. Жданов кинулся за ней. - Катя! Она обернулась, и они чуть не столкнулись лбами. Секунду он смотрел ей в глаза, а потом, не спрашивал разрешения, поцеловал. Мгновение Катя не осознавала, что происходит, но потом ответила. Андрей прижал её к себе за талию, а она притянула его за ворот пальто. Так они стояли несколько минут на морозе, просто не способные оторваться друг от друга. Первой в сознание пришла Катя. Она отпрянула, отпустила его воротник и уперлась руками в его грудь в попытке оттолкнуть от себя. Андрей опустил руки, и Катя тут же отпрыгнула от него. Она подняла взгляд - Жданов улыбался. - До свидания, - бросила она, пока бежала к двери и доставала ключи. Катя быстро зашла в дом, вскочила в лифт и нажала на девятый этаж. Жданов же остался стоять, смотреть на дверь подъезда и улыбаться. Он не помнил, как добрался домой, да и как он мог помнить, когда полностью был погружен в ту эйфорию, охватившую его? Утром Катя вновь проснулась в холодном поту. Опять этот сон. Только теперь он продолжился. Поцелуем.