Кукла

Андрей Жданов: После того разговора с Катей я много думал о причине её бесплодия, а причина несомненно была, иначе ей незачем говорить, что когда-нибудь она мне "всё расскажет". О чём она расскажет? Вот какой вопрос встал передо мной. Так вот, думал я значит, думал, и забрела ко мне в голову одна мысль... Дело в том, что у Кати слева внизу живота, прямо над выпирающей косточкой, был большой (сантиметров 5-10) шрам, а точнее - след от него. Было видно, что порез был довольно глубокий, но сделан давно, ведь остался только след - кривая полоса, оскверняющая своим видом всё Катино прекрасное тело. Я прежде не придал ему значение, думал, что это пережитки какой-то операции, а вот сейчас задумался: а вдруг это несчастный случай, из-за которого моя Катя больше не может иметь детей? Нет, я, конечно, плохо разбираюсь в анатомии, а точнее не разбираюсь вообще, но всё-таки знаю где у женщин располагается половая система, и судя по местонахождению этого шрама, в момент его получения могли повредится какие-то внутренние органы... Второе мое предположение было более вероятным, но гораздо хуже первого - Катя делала аборт. Я точно знаю, что после абортов у женщины больше может не быть детей совсем. И в чем, собственно, мое предположение: Катя была замужем и, возможно, забеременела, а муж просто не хотел детей и отправил её на аборт (предположить, что аборт - Катина идея, я даже не мог, потому что ну не могла она хотеть смерти собственного ребенка ни при каких условиях). Правда, потом я решил, что она вернее ушла бы от мужа, чем согласилась на детоубийство, поэтому отложил эту версию. Я порылся в интернете, и обнаружил кучу разных причин бесплодия у женщин. Третья моя версия хуже предыдущих двух. Как мой мозг вообще такое придумал? А главное - зачем он это придумал? Итак, возможно Катя не может иметь живых детей. Непонятно? Поясняю: ну, ни для кого не секрет, что у женщин случаются выкидыши. Выкидыш может случиться как у курящей пьяницы-наркоманки, так и у абсолютно здоровой женщины, но после каждого такого случая вероятность повторения выкидыша возрастает, и после трёх уже практически невозможно выносить и родить живого и здорового ребёнка. Так вот, что если Катя просто не способна именно выносить ребёнка? Я поймал себя на мысли, что этот вопрос для меня очень важен, и я на нем зациклился, поэтому решил прервать свои рассуждения и дождаться Катиных объяснений.

***

Автор: Когда следующим утром около семи часов Андрей проснулся, Кати рядом снова не было. Но на этот раз он не паниковал - просто теперь точно знал, что она от него не уйдёт, потому что любит его. И пусть она ещё ни разу этого не сказала, он понял. Сам. Без слов. Понял по поступкам, по взгляду, по голосу. Так люди не ведут себя, если им всё равно, так невозможно притворяться. В хорошем настроении он поднялся с постели и бодречком вышел из спальни. Только шагнул за дверь и замер. Он увидел её, Катю. Она была прекрасна. Катя стояла на белом пушистой ковре в коротких чёрных спортивных шортах и чёрной обтягивающей маечке с глубоким вырезом: и майка и шорты были совсем застиранные, выцветшие и какие-то изношенные, сразу видно - домашние, но как они сидели на ней, как обтягивали всю её ладненькую фигурку, это же просто чудо! Впрочем, поразила Андрея не домашняя одежда. Его поразило занятие Кати. Он точно не знал, что она делает - то ли растягивается, то ли танцует. Когда он только вышел из спальни, она стояла на одной ноге и туловищем прижалась к ней, а вторая нога взметнулась вверх, и образовалась прямая линия, перпендикулярная полу. Вертикальный шпагат. Идеальный вертикальный шпагат. Затем её ладони оперлись о пол, а стоящая нога взметнулась вверх к своей сестрице, потом они разъехались одна вперёд, другая назад - шпагат в стойке на руках. Андрей всё любовался и любовался - её движения были так плавны и красивы, что дух захватывало. Дальше та нога, что ушла назад, встала на пол, за ней вторая, и из мостика Катя снова вышла на свои две прямо лицом к Жданову. Увидев Андрея, она засияла как новогодняя ёлка и улыбнулась в сто раз ослепительнее мужчины из рекламы зубной пасты Lacalut. Быстро оглядела его с ног до головы, и, посмотрев в глаза, снова заулыбалась, но теперь немножко самодовольно. Катя подошла к всё ещё не способному от восхищения двинуться с места и что-то сказать Андрею, положила ладони ему на бедра, коснулась губ еле заметным поцелуем и шепотом, прямо как он вчера в душе, сказала: - Доброе утро, - после этого Андрей наконец очнулся и почувствовал. Он почувствовал свою эрекцию. Чёрт, он что теперь всегда будет так на неё реагировать?! Катя всё ещё довольно улыбалась: ей нравилась такая реакция Андрея, от его вида у неё самой сладко сжалось в низу живота. - Пойдём, - прошептала она, и, взяв его за руку, повела в ванную.

***

Как ни странно, но на работу они не опоздали. Женсовет удивился тому, что шеф пришел вместе со своей секретаршей, но Катя им объяснила, что так как у неё был нервный срыв, Андрей Павлович просто беспокоится за неё, и сказал, что лично будет возить её на работу и домой. Виктории на работе в такую рань как всегда не было, так что перед ней оправдываться не пришлось. А дальше всё стало очень странно для Андрея, потому что было как обычно. Обычный рабочий день, обычное окружение, обычная Катя... Как будто ничего не произошло за последние двое суток. Она вела себя с ним как всегда, и именно это его настораживало. Ещё утром она ласково шептала ему: "Андрей", а сейчас опять сухое: "Андрей Павлович", ещё утром её взгляд был полон нежности, а сейчас в глазах отражаются только вычисления, ещё утром все её мысли были лишь о нём, а сейчас она даже не замечает его, только с документами носится. Всё время до обеденного перерыва Андрей переживал, и только во время перерыва, когда Вика умоталась с Милко в ресторан, а женсовет - в "Ромашку", он поймал куда-то спешившую с очередными документами Катю. - Кать, постой. Она обернулась и многозначительно посмотрела на него из-под очков. - Да. Андрей встал из-за стола и подошел к ней. - Кать, скажи, а что происходит? Вопрос её мягко говоря обескуражил, она удивленно подняла брови и ответила вопросом на вопрос: - А что происходит? - Ты не обращаешь на меня никакого внимания! Как будто между нами ничего нет и не было! Катя рассмеялась, но смеялась не долго, на лице снова загорелась хитрая улыбка, она приблизилась к нему вплотную и сказала где-то возле уха: - Вы слишком самовлюбленный, Андрей Павлович. Почему вы считаете, что раз я провела с вами ночь, то обязана вешаться вам на шею и улыбаться как идиотка, а? - Она отстранилась и вопросительно посмотрела на него, а Андрей потупил глаза в пол: она права, с чего он вообще подумал, что она будет с ним на работе такая же как и дома, ведь здесь она - невзрачная секретарша, а он бабник, к тому же почти женатый. Жданов молчал. Катя смотрела на него несколько секунд, скрестив руки на груди, но потом не выдержала его печально опущенной головы, положила ладони ему на плечо и заговорила: - Андрей, пожалуйста, не сравнивай меня ни с моделями, ни с Кирой. Я - не они. Я не стану ходить за тобой по пятам, не стану липнуть к тебе на людях и кричать о своих чувствах на каждом шагу. Во-первых, потому что я стараюсь не афишировать их, что честно говоря обычно у меня не получается, но тем не менее, и, во-вторых, потому что у тебя невеста. Не обижайся, но вся компания знает о твоих подвигах на стороне, и я не хочу, чтоб меня отнесли к одной из твоих мимолетных интрижек, и ещё больше не хочу, чтоб за твоей спиной обсуждали твои поехавшие от "дуршушки-секретарши" рассудок и чувство прекрасного. Как от ее слов стало больно. Он во всем виноват. Зачем он сделал предложение Кире? Он ведь никогда её не любил! А теперь вот мучается невозможностью быть с любимой девушкой. И ещё стало больно от того, что она так говорит о себе. "Дурнушка-секретарша". Она же знает, что он так не думает. - Кать, не говори так. Ты же знаешь, что ты самая красивая для меня. Прости меня, я не прав. Но мне всё же обидно, что ты ведешь себя со мной как с незнакомцем. Катя заулыбалась: - Мне нечего тебе прощать, и, так уж и быть, я постараюсь думать не только о работе, но и о тебе, договорились? - она обнимала его за шею и легонько гладила по голове, он снова стал для неё маленьким ребёнком, которого надо успокоить, а потом ей в голову вдруг пришла мысль, - А вообще, я проголодалась, мы можем сходить куда-нибудь? Теперь заулыбался и Жданов: - Конечно! Покушать - это ведь святое. Собирайся.