Неправильное Небо

С приездом Фонга в лечении Тсуны наметились кое-какие подвижки. Нелепые, с точки зрения Реборна, упражнения действительно помогали. Но каких нервов это стоило самому Реборну… Верде с иронией посмотрел на киллера, надвинувшего шляпу на глаза и делавшего вид, что спит. Этот маскарад не обманул бы даже ребёнка! Учёный перевёл взгляд на Тсуну, старательно пытающегося контролировать дыхание, на губах которого играла слабая улыбка – после занятий с Фонгом ему становилось ощутимо лучше. Аркобалено Урагана сидел рядом и что-то размеренно рассказывал, не повышая голоса. – Обычно это Урагану нужно Небо, чтобы уравновесить Пламя. Или Туману, чтобы появилась точка опоры в изменчивом мире иллюзий. А вот как сходит с ума Солнце, я вижу впервые. Интересный опыт. – Пристрелю, – мрачно донеслось из-под шляпы. Верде только насмешливо улыбнулся. – Да, брось, Реборн. Ты должен согласиться, что мальчику это идёт на пользу. – Я с этим и не спорю, хотя методы Фонга всегда считал сомнительными. Смешок. – По крайней мере, он спит в гостевой комнате, а не вместе с Тсуной. Верде несколько мгновений наслаждался скрипом зубов, прежде чем Реборн всё же соизволил ответить на подначку. – Если я только увижу его там… – киллер снял шляпу, задумчиво посмотрел на Тсуну, потом с куда меньшей теплотой смерил взглядом Фонга и вдруг расплылся в насмешливой улыбке. – Кстати говоря, твой «научный метод» тоже не слишком-то помог. Учёный поправил сползшие очки и скучным голосом сказал: – Эффективность восточной медицины, хоть и необъяснима с точки зрения науки, но давно признаётся во всём мире. Кроме того, мы – мафиози и прекрасно знаем, о такой значительной составляющей, как Пламя... – Что не отменяет того, что ты тоже не справился. Кстати, а что сделаешь ты, если Фонг присоединится к нашей тесной компании? – Это невозможно, – сухо заметил Верде. – Площадь кровати Тсуны не позволяет с удобством разместить там четырёх человек, даже если трое из них обладают телами маленьких детей, а четвёртый не слишком плотной комплекции. – А всё-таки? Верде не ответил, повернувшись к занимающимся Фонгу и Тсуне. Очки слишком удачно бликовали на солнце. – Ты молодец, – заметил Аркобалено Урагана, прекрасно чувствующий взгляды своих коллег. Мальчик робко улыбнулся. – Я всё время сбиваюсь. И эти движения… – он замялся, – со стороны кажется, что легко, но после у меня руки трясутся. – Так и должно быть. Можно просто расслабленно размахивать руками, и тогда не будет никакого толка от занятий. А если после занятий ты чувствуешь усталость, значит, ты действительно постарался. Сегодня они вчетвером выбрались за город, и привычные уже упражнения Тсуна выполнял на траве. Удивительно было, что, кроме Фонга, который это предложил, вместе с ними отправился и Реборн, обычно презрительно фыркавший на их занятия и предпочитавший в это время заниматься своими делами, и Верде, которого было сложно оторвать от его экспериментов в специально отведённой под это комнате дома. Впрочем, Аркобалено Грозы и Солнца сейчас развалились на травке в стороне и никак не комментировали процесс. Они вообще удивительно легко разделили «сферы влияния». Реборн подтягивал его по школьным предметам и давал силовые упражнения, Фонг ненавязчиво рассказывал о мире, иногда переходя на китайский или итальянский, прямо во время упражнений на выносливость и гибкость, а Верде принадлежали несколько часов, когда учёный фиксировал прогресс в лечении Тсуны. Аркобалено Грозы было скучно заниматься школьными предметами или рассказывать о том, что давно известно «каждому, у кого есть доступ к СМИ». Но зато от него Савада узнавал тонкости мира мафии, кто что и у кого покупает, кто чем интересуется. Именно Верде учил его не столько предметам, сколько умению учиться: систематизировать информацию, вытаскивать главное из текста. Оглядываясь всего лишь на месяц назад, Тсуна с изумлением понимал, что никогда ещё не получал так много информации о жизни за пределами дома и больничной палаты и столько внимания от кого-то, кроме матери. Он не мог подобрать слов, чтобы выразить свою благодарность им. – Можем ехать домой? – недовольно спросил Реборн, косо поглядывая на Фонга, которого Тсуна взял на руки. Поджав губы, он всё же не стал требовать того же, понимая, что тогда и Верде не захочет быть обделённым, а всех троих Тсуна не сможет унести чисто физически. Судя по понимающей улыбочке Фонга, мысли Аркобалено Солнца он разгадал. – Да, – Тсуна – наивное дитя – этот обмен взглядами пропустил, а потому только улыбнулся вопросу. – Спасибо, это был… один из лучших дней в моей жизни. Аркобалено переглянулись. Такое заявление им польстило, но… На лицах всех троих читалось обещание устроить хорошую жизнь Емитсу и Тимотео. На следующий день в школе произошло ЧП. Кто-то напал на членов Дисциплинарного комитета и избил их. Хибари ходил по школе, напоминая грозовую тучу, и лишний раз попадаться ему на глаза не рекомендовалось. В классах шёпотом обсуждали, какой самоубийца мог покуситься на членов комитета. Всем было известно, что за своих Кёя мстит жестоко, поскольку не любит, когда кто-то избивает тех, кого имеет право избивать только он. Тсуне же казалось, что весь день кто-то сверлит взглядом его спину, но стоило только обернуться, как ощущение пропадало, чтобы вернуться через некоторое время. Это ужасно раздражало и действовало на нервы. Да ещё и Реборн, чья шляпа обнаруживалась в школе во всех неожиданных местах, куда-то пропал. Интуиция, обострившаяся после занятий с Фонгом, шептала, что что-то случится. Ощущение собиравшейся над его головой грозы, понятное дело, не радовало. – Так страшно, – поёжилась Киоко. – Я попросила нии-сана не встревать в драки, но боюсь, что он как всегда слишком легкомысленно отнесётся к этому. Он считает бесчестным отказываться от вызова на поединок. – Не беспокойся об этом, – услышал её слова Мосида, проходивший мимо. – Я всегда готов защитить прекрасную даму! Тот, кто посмеет тебя обидеть, будет иметь дело со мной. – Эм… Спасибо за поддержку, Мосида-кун. – А, может, чтобы это воспринимали действительно всерьёз, пойдёшь со мной на свидание? Киоко широко раскрыла глаза, похлопав ресничками. – Но, Мосида-кун, мы же друзья… И потом, я не хочу, чтобы из-за этого какая-нибудь девушка решила бы, что ты несвободен. Прошу прощения, мне уже пора бежать. Тсуна, наблюдавший эту сцену, нахмурился. Ему почему-то совсем не нравился взгляд, которым президент клуба кендо провожал его одноклассницу. Но привычка не лезть не в свои дела заставила его отвернуться и пойти на урок, иногда передёргивая плечами. Чужой взгляд по-прежнему прожигал дыру в его затылке. Тсуна не знал, что в этот день за ним приглядывал Фонг. Хмурый Реборн объявил, что ему нужно связаться с Девятым: в последнем письме были какие-то намёки, которые киллеру не понравились. И вот Аркобалено Урагана, в отличие от Савады, быстро вычислил, кто следит за его учеником. Впрочем, этот человек быстро понял, что выдал себя и, не желая выглядеть глупо, решил поговорить напрямую. – Почему именно это травоядное? Фонг невозмутимо смотрел в стальные глаза Хибари, но вся безмятежность и спокойствие ушли из его взгляда. Теперь никого бы не обманул его внешний вид: за хрупким телом младенца чувствовалась сила и мудрость, доступные не каждому взрослому. – Мне показалось, ты хотел спросить другое. – Мне не нужны учителя! – вскипел от намёка мальчик. – Я силён и так. – Вот видишь, – обманчиво мягко улыбнулся китаец, – а Тсуна рад учиться. Хибари оскалился. – Мне нужны соперники. – Разве тебе их мало? – Мало, – сощурились серые глаза. – Мне нужно больше, сильнее. Фонг выжидающе посмотрел на него. – Я забью это травоядное до смерти! Вот этого Аркобалено Урагана спустить уже не мог. – В твоём городе, – негромко сказал он, – кто-то отправил в больницу членов твоей организации, людей, за которых ты отвечаешь, как их лидер. И вместо того, чтобы взять на себя ответственность за происходящее, ты ищешь, на ком выместить злость. Сильные люди так не поступают. «Ты слаб», – услышал Кёя. Фонг легко увернулся от удара тонфа, скользнул в сторону, оказываясь за спиной Хибари, на несколько шагов позади, и замер. Мальчик сжимал кулаки крепче, о чём-то задумавшись. – Разберусь с травоядными, посмевшими напасть на меня, а потом займусь вами, – наконец, решил он. Аркобалено только развёл руками, показывая, что будет ждать. …На следующий день школу потрясла новость: Хибари Кёя пропал.