Вдохновение

***       Сидя за первой партой рядом с Сашей, который играл с Валеркой в морской бой, я тихо ругалась. Ведь мы сыграли в камень-ножницы-бумага, и тот неудачник, что проиграет, будет записывать лекцию Горыныча (Валентин Павлович), и конечно же, проиграла я! — В 4. — Раздался грубый голос над мои ухом. — Ранил. — Кивнул Казаков. — В 5. — Убил. Закатив глаза, я принялась записывать то, что диктовал Валентин Павлович, стоя недалеко от нас. Он хотел сделать замечание двум идиотам, что сидели около меня, но повернулся и замолчал, смотря на Романа Сергеевича, моего наставника. И тут я начала вспоминать все свои косяки за последнюю неделю, ведь если Викторович приходит посреди пары, то скоро я помру в кабинете ректора. Но проблема состояла в том, что в последнее время я не могла косячить, я даже поесть иногда нормально не могла, ведь была то в универе, то на тренировке Юры. — Простите, Валентин Павлович, могу я забрать Никифорову? — Можно я вскроюсь… — Тихо заныла я, цепляясь за Валерку. — Одолжи циркуль. Парень улыбнулся и помахал головой, сказав: «Ну уж нет, тогда меня самого убьют!». — Да, конечно, Роман Викторович. — Кивает мужчина. — Никифорова, можешь идти. — Пока, ребят! Не скучайте без меня! Собрав в рюкзак свои вещи, я потрепала парней по голове и поспешила к наставнику, что терпеливо ждал меня.       Выйдя из аудитории, я смотрела на высокого мужчину с ярко-рыжими короткими волосами, большими чёрными глазами, прямым носом и веснушками. Одет он был, как и обычно, в темные штаны и белую рубашку, расстегнутую на две пуговицы, из-за чего первокурсницы были готовы его боготворить. — Итак, Женя… — Протянула он, смотря на меня. — Что бы не случилось, это не я! — Господи, Женя, прекрати! — Воскликнул Роман Викторович, эмоционально взмахнув руками. — Нам сейчас вообще не до этого! Через две недели мы полетим в Канаду, а я ещё не уверен, что ты готова! А нам нужно первое место! Успокоившись, я улыбнулась и сжала лямку рюкзака, чувствуя, как мне стало легче. — Я всё выучила, не беспокойтесь. — Всё равно, пошли, покажешь! Мы направились на второй этаж, где находился рояль.       Открыв дверь, я смотрела на чёрный рояль, стоявший посередине сцены, на котором мы практиковались перед важными конкурсами, в остальное время он был недоступен. — Твоё участие вызвало общественный резонанс. — Быстро сказал наставник, когда я села за рояль. — Вы, Никифоровы, приковываете к себе внимание. Я пожала плечами и улыбнулась, а затем положила свои руки на черно-белые клавиши. — Талант не пропьёшь. — Так, всё, начинаем! ***       После шести часов проведённых за роялем я была выжата как лимон, часы показывали полчетвёртого, а я вздрогнула, вспомнив, что в четыре у Плисецкого тренировка, на которой, как и на любой другой, я обязана присутствовать. — Черт, Ром, я убегаю! — Схватив рюкзак, я быстро набрала такси. — Стоп, куда? — Я иду на тренировку к Плисецкому, мне нужно написать ему произведение, под которое будет танцевать короткую программу. — Завтра будешь заниматься. — Сказал Роман Викторович, оперившись плечом на стену. — Приходишь на первые две пары, а потом идёшь сюда. — Хорошо! Пока-пока! Послав воздушный поцелуй и помахав рукой, я побежала вниз по ступенькам.       Когда машина остановилась перед катком, я нетерпеливо поёрзала на заднем сидении, мужчина повернулся ко мне и улыбнулся. — Приехали. Улыбнувшись таксисту, я протянула деньги за проезд и вышла из машины. Холодный ветер ударил в лицо, я продрогла и вспомнила про расстёгнутое пальто, а затем внимательно рассмотрела не ледовый дворец перед собой.       А когда сдала верхнюю одежду, быстро купила кофе в автомате и пошла на каток. Безумно хотелось спать, я стояла около бортика и чувствовала, как обмякла, положив руки и голову на него. — Эй, что ты делаешь? Подняв голову, я увидела перед собой Плисецкого и попыталась улыбнуться. — Тебя жду, как видишь. Хмыкнув, парень сделал несколько шагов от меня, а я поднялась и достала нотную тетрадь. — Последние штрихи. Завтра уже постараюсь записать на диск. — Хорошо. — Быстро кивнул парень, и посмотрел на меня. — Итак, моя короткая программа будет лучшей в своём роде? — Конечно. Музыка идеально дополняет твои движения. Взъерошив свои распущенные волосы, я вздохнула и внимательно осмотрела нотную тетрадь, а затем посмотрела на Юрия, который плавно двигался по льду. И снова я не могла оторвать взгляда от него, настолько он был идеальный, что когда он прыгал, у меня перехватывало дыхание. В следующие мгновения я почувствовала ужасную слабость и села на стул, закрывая глаза. — Эй, проснись. Глупая, проснись! Открыв глаза, я увидела перед своим лицом лицо Плисецкого. Я долго смотрела в его сине-зелёные глаза, и чуть нахмурилась, когда его мягкие светлые волосы коснулись моей кожи. — Черт, ты проспала всю тренировку! Сейчас восемь, остался час! — Прости, я просто немного устала… — Вздохнув, я потёрла глаза и подпёрла рукой подбородок, наблюдая за ним. — Можешь ещё раз откатать программу? Очень хочу посмотреть… — Хорошо, сейчас. Парень отъехал от меня и встал посередине катка, а я внимательно следила за ним. За каждым его уверенным движением, из-за которого я готова была визжать от восторга и переполняющих меня эмоций. — Хорош… Безумно хорош… — Прошептала я. А когда Юрий закончил и остановился около меня, прожигая высокомерным взглядом, я захлопала в ладоши и улыбнулась. — Превосходно! Мне очень понравилось! — А я даже не напрягался… — Протянул он, смотря на меня. — Первое место Ростелекома уже у тебя в кармане? — Я не участвую в Ростелекоме, гран-при Канады, вот где я возьму золото. Насколько мне известно, гран-при Канады проходит с 27 до 29 октября… То есть наши выступления не совпадают, прекрасно! — Отлично, значит я посмотрю на твоё выступление в живую! — Что ты забыла в Канаде? — Поднял брови блондин. — Конкурс. Не хочешь сходить? — Улыбнулась я. — Достану билеты. — Потратить несколько часов моей жизни на людей, что будут играть на фортепиано?.. И будут играть весьма уныло?.. — Ну я же потрачу несколько часов своей жизни на гран-при, так что, обмен? Я поиграла бровями и сложила руки на груди, чуть ухмыляясь уголками губ. И терпеливо ждала ответа на моё предложение, которое показалось мне весьма заманчивым. — Ну-с? Согласен? — Ладно, почему бы и нет?.. Да и к тому же, ты ведь от меня не отстанешь? — Спросил Плисецкий, смотря на меня. — Конечно, нет. — Улыбнулась я. — Тебе понравится! И да, раз уж ты придёшь, то подари мне игрушку в конце, цветы немного задолбали. — В конце? — Ну да, когда я выиграю. Увидев, как Юрий ухмыльнулся, я подпёрла подбородок рукой, наслаждаясь открывающим видом, черт, почему-то я не удивлена, что Он — моё вдохновение. — Посмотрим. ***       Как только дверь захлопнулась, я быстро сняла ботинки и пальто, а затем громко плюхнулась на диван, чувствуя, как в любую секунду готова провалиться в сон. — Нет, нет… Нельзя. — Тихо прошептала я, вставая с дивана и снимая с себя одежду. Сейчас мне следует достать всё, что нужно, чтобы не думать об этом завтра, мне нужно установить синтезатор и проверить его звучание, настроить некоторое оборудование и выпить несколько стаканов крепкого кофе, иначе я не продержусь и завалюсь спать. Натянув на мокрое тело огромную голубую футболку с медведем, на несколько секунд я увидела своё отражение и воскликнула, растрепанные светлые волосы лежали на плечах, а красные глаза, с полопавшимися капиллярами и огромными мешками под глазами, будто меня ударили, смотрели на меня, кожа была белее листа бумаги. Пухлые губы были искусаны и ужасно болели, а я провела подушечками пальцев по сухой коже. — Боже… Услышав свист чайника, я будто проснулась и сорвалась с места, направляясь на кухню и выключила плиту, а также налила кипяток в чашку с кофе. Телефон, лежавший на столе, завибрировал и оповещал меня о новом сообщении. Отпив божественного напитка, я быстро прочитала сообщение от Вити, в котором он просил, нет, требовал, чтобы я вышла на связь, а написав ответ, я направилась к компьютеру, что стоял рядом с подоконником.       Включив его, я сразу же увидела уведомление в скайпе от Вити, что так настойчиво пытался мне дозвониться. А когда я кликнула на зелёную трубку, то на весь экран вылез мой брат со своим учеником, что в этом году будет участвовать в гран-при. — Эй, Женька! Привет, чем занимаешься?.. Стоп, что это с тобой? Вспомнив о своём внешнем виде, я залилась краской и ещё немного отхлебнула кофе. — Всё хорошо, Вить. Я сейчас буду ставить аппаратуру, но также и внимательно тебя слушать. — Улыбнулась я. Кацуки что-то шепнул на ухо тренеру и обеспокоенно посмотрел на меня. — Привет, Юри! Как продвигаются тренировки? — Хорошо… Нормально… — Сказал парень на ломанном русском, вызвав у меня умилительную улыбку. — Итак, давайте рассказывайте, что у вас там, а я пока достану синтезатор.       После того как я еле как достала синтезатор и чуть не упала под удивлённые взгляды фигуристов, я настраивала инструмент и увлечённо рассказывала о протекающей работе, слушала рассказы о проходящих тренировках, слушала рассказ Юри о том, как мой брат напился и вытворял всякую ересь. Допивая уже четвёртую кружку кофе, я чувствовала, как мои глаза слипаются и ужасно хочется спать. А посмотрев на часы, я взъерошила ещё сырые волосы и закрыла глаза, на часах было пять утра, в два часа ночи я попрощалась с фигуристами и «пошла спать». Зато всё уже было настроено и готово к работе, что не могло меня не радовать.       Когда вся техника была выключена, я плюхнулась на кровать, проваливаясь в беспокойный сон.