С подведенной бровью, с ружьем и дробью

Он пришел с того света. Человек, который стал самым близким и искренним собеседником. Он вернулся оттуда, откуда не возвращаются. Не представить? А представлять и не нужно, да и не хочется. Боязно…? Да. Страшно. Холодной цепью окольцевали сознание. Люди сочтут ее сумасшедшей, что видит духов. А она верит. Тсуна верит своим глазам, своему осязанию, своим ощущениям. И руки его… Теплые, такие… Родные? Живые. Такие, как у живого человека, у которого бьется в груди горячее сердце. Человек, у которого есть разум, сознание, эмоции, мысли, чувства. Она чувствует все это через теплоту рук околевшими от холода и долгого одиночества плечами. По предплечью пробегается волна тепла, вслед за ладонями, которые скользят по белоснежной коже. Сидеть спокойно не получается. Хочется податься навстречу рукам, что избавили от оледенения, от состояния покинутости. Холодного, словно сталь. А повернуться, обернуться… Тоже не хочется. Потому что снова опасаешься, что это ощущение пропадет, а вся иллюзия, ни с чем несравнимая по реалистичности, рассеется, как дымка, как пелена на глазах, когда часто заморгаешь… Слишком не хочется просыпаться. Слишком мало времени дано, чтобы понять и почувствовать. Длинная прядь каштановых волос аккуратно заправляется за ухо рукой Джотто. Мысль – величайшее оружие. Мысль есть сильнейшее, что вообще может быть. Мысли имеют свойство превращаться в реальность. И его реальность здесь, рядом с ней. Рядом с Тсуной, с которой он вел задушевные беседы, которой помогал в самую трудную минуту. И приходил в те моменты, когда, казалось, надежда исчезла. Он смог коснуться ее. Он сможет ее утешить. Теперь он может быть с ней не временами… Теперь он может быть с ней всегда. Потому что Боссы Вонголы не умирают. Они живут вечно, чтобы в самую трудную минуту, в самой безвыходной ситуации оказаться рядом и помочь. Может, спасти жизнь… Тсуна на миг затаила дыхание, все еще опасаясь, что это – очередная шутка безжалостного тумана… Выдох. — Я ждала…