Save me if you can

      Ох, как башка-то трещит… Стоп, где я? Как я здесь оказался? Что было вчера ночью? Такс начнем по порядку, сейчас я в незнакомой мне комнате, комнате с белыми стенами, лежу на кровати, укрытый темным, мягким одеялом. Вся комната была, выглядит солнечной и яркой. Яркой, наверно, из-за того, что в этой небольшой комнате есть три больших окна, покрытые прозрачными шторками с белыми цветочками. Справа от меня стояла небольшая тумбочка, на которой стоял ночник. Кровать, кажется, была деревянной, а на ней был большой матрас, под моей головой покоилось две подушки, две черных и две белых. Спереди стоял большой шкаф, на дверцах которого было зеркало, а в углу комнаты стояла большая тумбочка, где лежали разного рода крема, духи и еще какие-то тюбики. Привстав с кровати, я увидел еще и картину, в желтых тонах на которой изображена девушка и еще какая-то птица, она висела надо мной, и, по-моему, очень подходила сюда. Решив окончательно встать с кровати, я почувствовал неприятный холодок по коже и понял почему — я гол, почти как младенец (трусы были). И тут я услышал, как в дверь постучали, и я быстро запрыгнув под одеяло, услышав как дверь открылась. — Ты уже проснулся? Я завтрак принес, и название ему антипохмельный супчик. Ты наверняка чувствуешь себя ужасно, так что я принес еще и кофе. — Это, если мне не изменяет воспаленный алкоголем мозг, Дарк или Зарк? Может Марк? — Кофе в постель? Да ладно… Я тебе че, девушка? — Своим сарказмом попытался скрыть охреневание, от всей этой ситуации, наверное, получилось не очень… — Конечно же, нет! Девушки не способны вытворять то, что делал ты ночью. — И тут он коварно мне подмигнул, а я как последний кретин, подавился картошкой в супе, попытался встать, опрокинул суп на ногу, заорал на весь дом, все еще не откашлявшись, и тогда ко мне подошел Зарк, и к-а-а-а-а-а-к грохнул меня по спине! В тот момент я увидел звездочки, парящие над головой, хотя нет, по звуку удара я бы сказал, что это куски от моего позвоночника. Зато я понял, что этого парня лучше не злить, руки у него были просто огромные! Он мог с легкостью положить меня на одну ладошку, а второй прихлопнуть. В итоге вся комната была в вермешельку, пахло бульоном, а еще я заметил, как красиво он умеет нарезать морковку, у меня так никогда не получалось… — Вот твои вещи, собирайся. — Сказал он бесцветным голосом, после чего достал из шкафа мои вещи и ушел.       Если бы я был на его месте, я бы себя еще и побил. Он мне суп, кофе в постель, а я его супом облил и всю комнату в невесть, что превратил. Надо будет извиниться и возместить ущерб. Кажется, он там, что-то еще про незабываемую ночь говорил, да еще и подмигнул так пафосно… Он же не… Да нее, вроде нормальный мужик, ни сережек и волосы вроде не крашены, да и следов на теле у меня никаких нет. С чего я вообще решил, что он педик? А вдруг… Вот блин, ничего не помню, ладно, надо будет его как-нибудь спросить. Только как? «Ох, какой сегодня денек солнечный. Слушай, а ты случайно не педик? А то мне неймется. » Ладно, спрошу про вчерашнюю ночь, он же вроде помнит… — Эмм, я тут это, извиниться хотел. — Сказал я, когда вошел, кажется в его спальню.       Его спальня, в отличие от комнаты, в которой спал я, была в темных и серых тонах. Мебель, ковер были черными, а пол был белым. Сам он стоял возле шкафа в одних джинсах и что-то искал, наверное, кофту, потому что вверх у него был обнажен, и его кубики, освещаемые солнечным светом, казались мне вполне внушительными. Сразу видно, что человек любит спорт, в отличие от меня. Не то чтобы мое пузо прям, свисало, наоборот, в 25 лет я выглядел убого. Нет, ну, правда, никаких мышц, мускулов или хотя бы намеков на лишний вес. Все постоянно думали, что я не доедаю, и подкармливали меня разнообразной жирной пищей и сладостями, но на зависть девушкам это мало отражалось на моей фигуре. Спорт я никогда не любил, а в школах постоянно искал повод прогулять физкультуру. Когда мы бегали вокруг школы или просто бросали мяч в кольцо, было еще неплохо, но когда учитель сказал, что мы сегодня будем играть в баскетбол, я сначала подумал, что будет весело но… У вас когда-нибудь было чувство, что на вас несется стадо баранов готовых смести вас с ног если вы не отдадите мяч? У меня было. Это я еще молчу про выбивного! Однажды мне не здоровилось, и я попросился сесть на лавочку, в то время как наш класс, в спортзале играл в выбивного. Не знаю как, но, мяч от рукажопого человека, полетел мне прямо в голову, я ударился головой об стенку и отключился. После этой истории у меня начинался нервный тик, всякий раз как я видел мяч. Грустная история… — Оу, ты уже собрался, не против, если мы сходим в кафе и пообедаем там? Дома ведь у нас не очень получилось. Заодно расскажу про вчерашнюю ночь, ты ведь наверняка ничего не помнишь. — Сказал он это со своей фирменной улыбкой, от чего мне стало неловко. Пауза слишком затянулась, и когда я решил выйти из комнаты, дверь шкафчика захлопнулась, и мой затылок ощутил чей-то пристальный взгляд, и поскольку в комнате никого, кроме Зарка не было думать, долго не пришлось. Но я списал все на мое богатое воображение.       Вот мы уже идем вместе по асфальту, в кафе. Солнышко светит, птички поют и я иду с парнем поесть. «Честно, меня все устраивает, ничего не волнует, а че волноваться-то?» Говорит мой мозг, взволнованному мне. Меня пугает этот человек. Все в нем меня, ну не знаю, волнует? И эта удушающая тишина мне совсем не нравиться, но заговорить, про что не знаю… — Ты какой-то напряженный сегодня, не волнуйся, я не кусаюсь. Хотя, тебе наверняка неуютно с человеком, которого ты не знаешь. Что ж давай я немного расскажу о себе. Мне 27 лет. У меня есть родители и младший брат, которому семь лет. Однажды я был замужем, но мы с моей женой, эм, как бы это сказать? Не сошлись характером. Я работаю врачом в местной поликлинике, и очень люблю свою работу. У меня есть собака, которую зовут Командор, породы *Акита-ину. Его не было у меня дома, поскольку он приболел и сейчас находится в больнице, а так всегда спит со мной на одной кровати. Хочешь что-нибудь еще спросить? — Его ослепительная улыбка сбивает меня с ног. — Нет, мне этого достаточно. — Я чуть осмелел. — Если хочешь, я тоже могу рассказать про себя. Правда, я скучно живу, так что, особо рассказывать нечего. — Не-а, вчера ночью ты все подробно рассказал, так что не утруждай себя. — Он взял меня за рукав и потянул в сторону кафе. Мы уже более- менее разговаривали на разные темы, шутили и смеялись. Зайдя в кафе, мы сели за крайний столик. — Ахаха, ну так все-таки, что было вчера ночью? Нихрена не помню. — Аааааа ну да. Хорошо, слушай внимательно, вчера ты был, просто не подражаем! Напился т-а-а-а-к, что даже стоять нормально не мог, вот я и вызвался проводить тебя до дома, но ты домой не спешил. Взяв еще один, явно лишний бокал со спиртным, ты выпил его до дна, и тебя понесло не в ту степь. Ты начал приставать к девушкам, а когда они тебе отказывали, то ты говорил, что они обдолбаны или просто слепы. — Ну, теперь понятно, почему у меня щека болит. — Н-у-у-у пока ничего интересного. Он смотрит на меня и улыбается, не продолжая дальше ничего говорить, и я саркастически смотрю на него. — Ладно, ладно сдаюсь. Ну, так вот, после нескольких неудачных попыток ты решил, что они не достойны твоего царского внимания и пошел на улицу, прихватив с собой какого-то туриста, кажется, его звали Петрович… — Звали? А сейчас… Э-э-э… с ним все в порядке? — Ой, да ты не кипишуй, он почти цел и невредим. В общем, Петрович тоже уже был веселенький. Вы пошли на улицу, и пока я расплачивался за бутылки, которые вы разбили «жонглируя», ты уже успел покалечить несчастную кошку. С криками «Пикачу я выбираю тебя» ты швырял кота об стенку, и когда это занятие тебе надоело, ты пошел на встречу к новым приключениям, пока мы с Петровичем проводили минуту молчания в честь покойного кота. И вот, когда мы нашли тебя, ты выплясывал на дорогущей тачке и пел песни Киркорова. Во время твоего выступления ты несколько раз топтал стекло, и оно трещало, не способное выстоять против такого сильного певца, как ты. И когда ты, своим мастерством ломать чужие вещи, ну и пением, конечно, разбил стекло, я услышал, как сзади что-то упало, это был Петрович, и как по волшебству, ты перестал делать то, чем занимался ранее, а точнее драться с водителем этой машины, и как истинный друг пошел спасать Петровича. Сделав ему искусственное дыхание рот в рот, ты все-таки разбудил спящую красавицу. Насмеявшись всласть, я отправил натерпевшегося Петровича домой, и хотел так же поступить и с тобой, но ты, как истинный солдат не сознавался, а твой телефон был разряжен, и позвонить было некому. Не звонить же твоей сестре в брачную ночь? Вот я повел тебя к себе домой. Видимо, ты спишь без одежды, раз она тебе так мешала. — Ну, вообще я сплю в одежде. А что? — Ну, значит ползать по полу, как гусеница, в попытках снять штаны это твое хобби. — И тут он задорно рассмеявшись посмотрел на меня вытирая слезы. Я тоже посмотрел на него и тепло улыбнулся на встречу. — О, Зарк привет! — Сказал небольшой мальчик, лет десяти. — Привет, Джек. Сейчас я тебя кое с кем познакомлю. Кхм, Арон это мой брат Джек. Джек это мой друг Арон. — Приятно познакомиться. — Тяну я ему руку, и он жмет ее в ответ. — Ладно, присаживайся, а я сейчас принесу твое любимое мороженое, Арон, тебе принести что-нибудь? — Поворачиваясь ко мне говорит Зарк. — А не, ничего не надо, спасибо. — Зарк уходит, и я с пучеглазиком остаюсь наедине. Я так назвал этого малого, поскольку ростом он был мелковат, прическа «я упала с самосвала, тормозила головой», а глаза, в размере с его маленьким, милым личиком казались очень большими. Не зная, как начать разговор, и разрушить неловкую тишину между нами, я спросил: — Как дела в школе? С чтением все в порядке? — Почему чтение? — Спросите вы. Растерялся немного — отвечу я. — Д-а-а-а с чтением у меня все хорошо. Хотите, могу даже стихотворение прочитать! — Хорошо, что наш разговор налаживается. — Конечно, хочу. Давно не читал никаких произведений. — Ну, тогда слушайте. Автор сего произведения Анкорд. — Х-м-м, Анкорд? Не припоминаю такого автора… На кладбище ветер свищет 40 градусов мороз. На могиле нищий дрыщет- На него напал понос. Вдруг покойник вылезает, Весь обосранный мертвец, «Как ты мог в таку пору Навалять такую гору, Что ни в сказке сказать, Ни бульдозером убрать?!» Нищий долго извинялся, Жопу пальцем затыкал, Но понос не унывал Через уши вылезал, А бесстыдница Луна Освещала серуна. Я сказочный кретин! Ну что? Что я сделал не так? — Эмм, неплохое стихотворение, хорошо звучит. — А что мне еще надо было сказать? Люди на нас и так начали коситься. — Правда? Я могу еще что-нибудь рассказать! — Нет, не надо! Хотел выкрикнуть я, но, о Боже Зарк спас меня! Он заткнул этого мальца мороженым и даже мне принес со вкусом клубники. — Прости, не знал какое выбрать, так что тыкнул наугад. Надеюсь, тебе понравится. — А себе принес пива, гад. Не то чтобы я имел, что-то против клубничного мороженого, ну да ладно. Оно тоже очень вкусное.       Джека мы вернули маме, который получил люлей за то, что ослушался и пошел в кафе сам. А с Зарком мы еще чуть погуляли по улицам, разговаривая ни о чем, а в конце обменялись номерами телефонов и, постоянно оглядываясь назад, разбежались в разные стороны.       И все-таки, это был хороший день наполненный кучей позитивных эмоций, и новых друзей?