В собственном капкане

Если убедить себя, что все будет хорошо, то однажды «хорошо» обязательно настанет. Коди свято верил в эту истину. Правда, в последнее время он перестал понимать как себя, так и то, что для него представляет это самое пресловутое «хорошо». Казалось бы, еще совсем недавно все было таким простым и понятным. Закончить обучение в школе Искусств, устроиться в какую-нибудь театральную труппу, со временем найти свою пару, родить ребенка. Теперь же все летело в какую-то даже не просто глубокую, а необозримую пропасть. Сколько может длиться «пока не надоешь»? Это ведь такое расплывчатое понятие. Какое количество времени пройдет до того момента, когда альфа вышвырнет Коди на улицу? Это может быть какая-то пара дней, а могут быть долгие годы. И что Коди делать после? Странно, но после всего произошедшего он не чувствовал себя униженным и растрескавшимся на части. Просто было немного обидно, что им вот так грубо воспользовались, не спросив его мнения, вразрез с его желаниями. Хотя о каких желаниях могла идти речь? Не было их у него. Течка ударила так неожиданно и так сильно, что просто начисто снесла с плеч голову, и Коди даже не представлял, что бы с ним было, если бы не этот альфа. Приехали, блять! Да разве могло бы с ним произойти что-то более страшное? Отымел бы кто-нибудь? Так его и так отымели по самое не могу! Избил бы? Шею до сих пор саднит от зажима сильных жестких рук. Убил бы? Так Коди не уверен, что после удовлетворения всех своих потребностей, этот альфа оставит его в живых. Хотя отчего-то, его слова, сказанные таким уверенным тоном, подспудно вызывали доверие. Коди провел пальцем по стеклу, подышал на него и написал: «Мне плохо здесь». Легче не стало, но какое-то смутное удовлетворение все же поселилось внутри, разгоняя апатию. Слова быстро исчезли со стекла. И Коди, резко развернувшись, пошел в сторону кухни. Может быть, чашка кофе поможет ему успокоиться в ожидании своей участи. Странно, но он еще надеялся на что-то хорошее. Как есть псих. - Опустошаешь мои запасы? – резкий вопрос заставил Коди захлебнуться очередным глотком и надрывно закашляться. Да сколько же можно его пугать?! Неожиданно пара коротких осторожных ударов по спине помогла выбить из легких остатки воды. Коди обернулся к подошедшему альфе и смерил его неодобрительным взглядом. - Куда уж мне до вас? – практически неслышно прошипел он, сильно надеясь, что его не услышат. Просто отчего-то держать свой язык за зубами, где ему самое что ни на есть место, он элементарно не мог. Альфа ожидаемо услышал, но отреагировал как-то нетипично. Громко хмыкнул и открыто улыбнулся: - Да уж, такой цыпленок, как ты, мне не ровня. Слушай, сваргань и мне чашечку, а то во рту пересохло. До Коди донесся сильный запах алкоголя, и разом стало понятно все. И поведение альфы, и его нетипичная веселость, и спокойная реакция на слова, которые раньше вызвали бы в нем лишь ярость. Он был пьян. Сильно пьян. И еще от него исходил очень странный сладковатый запах, вызывающий в Коди приступ тошноты. - Пить нужно меньше. Алкоголь, между прочим, вреден для здоровья. – Он поднялся и направился к плите. Кофе сварить все же следовало. - Говоришь, как примерная женушка или как какой-то гребаный врач, – констатировал альфа, устраиваясь за столом. – Успокойся и не мельтеши. Я сам знаю, что для меня вредно, а что - нет. Коди покачал головой, но ничего не ответил. Альфа впервые пребывал в таком благодушном настроении, и злить его было бы верхом идиотизма, а Коди, хоть и отличался вспыльчивостью, но идиотом никогда не был. Когда исходящая паром чашка появилась перед альфой, тот мгновенно сгреб ее и отхлебнул почти обжигающую жидкость. Видно, не врал про «пересохло во рту». А кто-то завтра будет мучиться не только похмельем, но и обожженной гортанью. Коди сам подивился этой мстительной мысли. Вроде и не было в нем этого никогда, а вот гляди ж ты, начали откуда-то выползать мелкая пакостливость и редкая злопамятность. Видимо, это альфа на него так влияет. - Значит так, - тот тем временем уже выхлебал свой кофе и теперь смотрел на Коди немного расфокусированным взглядом. – Сегодня знакомства с родителями не будет, не могу же я предстать перед тестями в таком виде. Если хочешь, можем поехать проветриться, а заодно приодеть тебя. Коди покачал головой: - Я никуда с вами не поеду, пока вы не протрезвеете. – Отчего-то сейчас он не боялся говорить то, что думает, как будто знал, что альфа не станет его наказывать за своеволие. - Ну и придурок, я, между прочим, сюда как-то добрался, и вообще машину вожу, как Бог! В любом состоянии. Ну и хер с тобой! – немного пошатываясь, альфа приподнялся на ноги и направился в сторону выхода из кухни. Уже в дверях он обернулся, неловко махнул рукой: - Прибери здесь все, и можешь заниматься, чем хочешь. Я немного посплю, – с этими словами он вышел, оставив Коди удивленно смотреть ему вслед. Странно это все, очень странно. Ополоснув чашку под струей воды и запихнув ее в сушилку, Коди окинул помещение последним придирчивым взглядом. Все было в полном порядке. Он удовлетворенно кивнул себе и вышел. Бродить по дому не хотелось, он и без того посвятил этому занятию без малого три часа, которые альфа отсутствовал. Ноги сами понесли Коди на второй этаж. Он честно пытался себя остановить, ругая последними словами и мысленно через шаг хватаясь за голову. Не вышло. Осторожно приоткрыв дверь в спальню, он тихо шагнул внутрь. Альфа развалился на кровати прямо в одежде и негромко сопел, слегка приоткрыв рот. Странно, но эта картина не вызвала в Коди брезгливости. Вообще-то, он терпеть не мог пьяных, и не было ни одного раза, когда бы в нем не поднялась волна возмущения при виде качающегося от передоза алкоголя в крови тела. Этот альфа был исключением. И, причем, не только в этом. Коди окинул его еще одним взглядом. Наверное, это неудобно, спать вот так, в одежде? Он неуверенно приблизился, все еще не веря, что действительно собирается это сделать. Брюки стащить было достаточно просто, хотя пуговица упрямо не хотела вытаскиваться из петли, у Коди даже пальцы от напряжения дрожать начали. Когда в конце концов он стащил коварную тряпку, обнажив длинные, покрытые темной порослью ноги, то даже вздохнул с облегчением. А вот со странной, перевитой какими-то жгутами толстовкой пришлось повозиться. Он и так, и так подступался к ней, но тяжелый, практически неподъемный альфа лишал возможности просто приподнять его и стянуть адскую вещь. Коди пыхтел и сопел, но почти не преуспел в своем занятии. - Может, тебе помочь? – внезапно раздался хрипловатый, но практически не сонный голос, заставивший Коди буквально слететь с кровати и уже с пола испуганно таращиться на проснувшегося альфу. – Ну что же ты? – с ухмылкой продолжил тот. – Так старался, не дело это, бросать что-то на полпути. Слегка приподнявшись на кровати, он приглашающе вскинул руки, безмолвно предлагая Коди закончить начатое. Страх снова толкнулся внутри упругой волной. Если бы у Коди был выбор, он бы уже давно засверкал пятками в направлении двери, вот только… он прекрасно понимал, что значит эта полупросьба-полуприказ. И знал, что ему не отвертеться. На негнущихся ногах, он забрался на кровать, и трясущимися руками подцепил край толстовки, стараясь не касаться загорелой кожи на животе альфы. Осторожно потянув ткань вверх, Коди заворожено следил за тем, как постепенно обнажается красивое мускулистое тело. Коди такое и после десятка лет тренировок не светило. - Ну вот видишь, это не столь страшно, – ворвался в его размышления голос со смешливыми нотками. А после этого толстовку из рук Коди вырвали и отшвырнули куда-то в сторону, а самого его альфа подмял под себя и со смаком поцеловал в губы. Кажется, это уже начинало входить у них в привычку. Не просто трахаться, а вот так вот целоваться. Хотя скорее не у них, а у альфы. Коди-то ничего не решал. Он только и мог, что подставляться и постанывать. Вне зависимости от того, нравились ему действия альфы или нет. - Сладкая шлюшка, какая же сладкая. И только моя. – Альфа оторвался от него и теперь смотрел горячим шалым взглядом. Коди вдруг стало страшно. Если грубость он еще мог как-то пережить и не сломаться, то если вдруг альфе придет в голову проявить хоть немного других чувств… Это может сказаться весьма губительно на целостности психики Коди. - Вы же хотели проветриться, так вот я не против, – зачастил он, пытаясь отсрочить неизбежное. Альфа в ответ лишь понимающе усмехнулся: - А ты отказался. Я ничего не предлагаю дважды, Коди, – и он снова залепил Коди рот поцелуем, не давая возможности ответить. Жаркие губы, острые укусы, шарящие по коже руки и горячее тело, навалившее сверху. Всего этого было слишком много для одного Коди. Он заерзал под альфой и жалобно застонал, прямо в очередной поцелуй. Между ягодиц уже давно было тепло и влажно, а член прижимался к животу. - Потерпи немного – тут же отозвался альфа, распахивая на груди Коди халат и спускаясь вниз кусачими, но очень приятными поцелуями. Пояс развязался, словно сам собой, темный мохер соскользнул с плеч и осел на полу бесформенной кучей. Альфа снова оказался сверху, яростно потираясь об тело Коди своим. Когда между ягодиц оказалась твердая головка, Коди сам подался ей навстречу. Насадился сразу почти на всю длину и застонал от сносящего крышу ощущения наполненности и целостности. - Да, вот так, двигайся, – бешено прошептали ему в ухо и прикусили заполыхавшую мочку. И прямо следом за этим, член внутри двинулся, задевая что-то, отозвавшееся во всем теле блаженной дрожью. Коди застонал и вскинул бедра вверх. Принимая альфу в себя полностью, так что по влажным ягодицам щекоткой прошлось ощущение от волосков на мошонке альфы. Все смазалось и завертелось, словно в калейдоскопе. Сильные толчки вглубь, когда твое тело будто подбрасывает от удовольствия. И жар, и бешеная дрожь во всех членах. Коди никогда такого не испытывал, все же раньше, как бы его ни возбуждали прикосновения, что-то внутри противилось им, а сейчас он сам хотел. Сам жаждал ощутить все это. Он даже начал вскидывать вверх бедра, встречая каждый толчок на середине пути. Внутри все сжималось от непередаваемых сладких ощущений: член потирался о плоский живот с рельефными кубиками, о задницу то и дело с пошлым звуком шлепали яйца альфы, шеи и ключиц касались твердые губы, а соски поглаживали чуткие пальцы. Когда первая щекотная волна прошла по позвоночнику, Коди не сдержался и застонал. От этого альфа над ним, кажется, пришел в неистовство, сбился с ровного ритма, резко задвигал бедрами, вбиваясь в задницу Коди настолько стремительно, что тот перестал поспевать. Просто замер и растекся по простыням, позволяя альфе самому довести все до конца. За первой волной последовала вторая, а затем еще и еще. Анус Коди запульсировал, крепко сжимая член альфы. Он тоже не сдержался, зарычал, в последний раз мощно двинул бедрами и застыл, изливая свою сперму внутрь Коди. Тот не протестовал. Чувствуя, как его изнутри распирает узел, он лишь завозился, устраиваясь поудобнее – в прошлый раз ублюдок отлежал ему руку. Альфа усмехнулся его действиям, и внезапно перекатился на спину, устраивая Коди сверху своего тела и натягивая на них покрывало. - Сейчас спим, а потом поедем к твоим родителям, – донеслось до Коди сквозь дурман, заволокший сознание. Странно, после секса он всегда вырубался. Неимоверно хотелось спать, независимо от того, выспался он до этого или нет. Коди зевнул куда-то в обширную грудную клетку, даже не собираясь отвечать – хотя кому тут требовался его ответ – когда его догнали еще несколько слов. – И зови меня Чейзом, думаю, так будет лучше.