Прости меня, моя любовь...

      Капитан второго ранга Тарасов нетерпеливо покосился на часы. Борис Андреевич предвкушал сегодня приятный вечер, — который, судя по всему, решили не портить даже всяческие террористы, — но стрелки часов двигались издевательски медленно.       Когда их добровольно-принудительно перевели в Северный КТЦ, Бизон искренне думал, что ничего хорошего в этом чёртовом Мурманске с ним уже не произойдёт. Стылым, промёрзшим был не только мир окружающий, но и внутренний мир. Были рядом Батя и Багира, перевели сюда, наконец, Кота, но не спасало даже это. Чувства, эмоции, отношения их покрылись прочной ледяной коркой. Север охладил души. И Тарасов был уверен, что теперь это навсегда.       Но потом в его жизни появилась Она…       Она была не первой в его жизни. Далеко не первой, Борис Андреевич был уже не мальчиком. Кое-кто — не будем показывать пальцем — даже утверждал, что они менялись в жизни Тарасова чаще, чем этот самый кое-кто раздавал материнские подзатыльники накосячившему Коту. Это была, конечно, не вполне правда. Нет, Бизон никогда не считал себя закоренелым однолюбом, но какие-то привязанности в его жизни случались, и очень даже крепкие. Но Она…       Она была не такая, как все другие. Тонкая, нежная, как-то сразу и быстро ставшая нужной и даже какой-то… родной. Уникальная. Невероятная. Великолепная. Бизон вздохнул украдкой и снова покосился на часы. Он ужасно соскучился.       Сорвался с места Тарасов сразу же, как только от проходной показался первый офицер дежурной смены. На бегу похлопал по плечу Опера, остающегося на ночное дежурство, бросил обескураженной Кошкиной «Всё, Русалка, я умчался! Сигнальте, если что!» и был таков. На шокированные лица сослуживцев было наплевать. Его дома ждала Она, его самая лучшая на свете…       В служебную квартиру Бизон уже буквально влетел. Нельзя заставлять её ждать. И себя. Сам он точно больше не мог находиться в этом муторном ожидании долгожданной встречи. Он скучал. Он мучался. Всё его существо тянулось к Ней… — Ждала меня?       Тарасов скинул куртку и, ведомый страстью, вломился на собственную маленькую кухоньку. Конечно, ждала. Его весь сегодняшний день трепетно дожидалась Она — рыбная колбаса «Мурманская» с палтусом. Уникальная. Невероятная. Великолепная. Любимая.