Песнь без слов

– Это ты виноват, – мрачно сообщил Чуя, лицо которого казалось темнее тучи. – Это еще почему?! – недоумение Дазая даже не выглядело наигранным. – Драку начал именно ты. – Серьезно? – съязвил Чуя, настроенный совершенно недоброжелательно. – Хочешь сказать, не ты меня провоцировал, а, Дазай? И прекрати уже звать меня по имени! Само собой, эту простую просьбу дорогой напарник пропустил мимо ушей. – Умнее надо быть и не вестись на провокации, – с крайне мудрым лицом произнес он, чтобы секунду спустя начать улепетывать от разъяренного Чуи, который в последнее время был вспыльчив как никогда. И как их вообще угораздило? Драки, конечно, не являлись редким явлением, когда речь заходила о Дазае и Чуе. Если раньше Мори и Кое ещё как-то пытались повлиять на своих подопечных, то в конечном итоге поняли, насколько это бесполезно – пытаться вразумить подростков. Обычно они закрывали глаза на подобные стычки или обходились долгой беседой о дисциплине. Но сегодняшний случай перешёл все границы. Дазай и Чуя предпочли умолчать о том, с чего все началось, однако результат был воистину впечатляющим: разрушенный зал тренировок, угроза обвала в коридоре, сломанное оружие... В любом случае, изменить исход уже не удавалось: взрослые в Мафии были слишком заняты сегодня и не собирались возиться с детьми, которые никак не могли найти общий язык (но, говоря откровенно, им просто сказочно повезло, что никто, кроме Кое и Хироцу, этого не увидел). Почему же в результате их отправили «охлаждаться» именно на каток, Двойная Головная Боль Мафии понимала очень смутно. Но ничего не поделать, ведь приказы не обсуждаются: Кое просто велела им "уйти" из штаба на максимальное количество времени. После того, как они все убрали за собой, конечно же. Плотно зашнуровывая коньки, Чуя не мог избавиться от беспокойства. Обувь, к которой он еще ни разу в жизни не прикасался, вызывала вполне закономерные опасения, а вот Дазай совсем не выглядел взволнованным. Он вел себя так, будто посещал каток ежедневно в обязательном порядке. А может, так оно и было? Чуя с подозрением уставился на напарника: они, конечно, практически все время были вместе, но ведь никто не мог предсказать, что ждать от Дазая в следующую минуту и какой очередной талант скрывался в нем. – Ну что, ты готов? – довольно бодро поинтересовался он, повернувшись к Накахаре. Сделав всего один шаг в коньках, Дазай споткнулся и элегантно распластался на полу. «Нет, все-таки мы в равных условиях». – Чу-у-у-я, – жалобно позвал Дазай, тем временем успев подняться на четвереньки. – Сам вставай. – Рыжее чудовище... – Что ты сказал?! *** На лед Чуя ступал крайне осторожно. Не то чтобы он боялся упасть – Смутная печаль могла уберечь его от этого – но неизвестность все равно подсознательно пугала. Чуя не то что на коньках никогда не стоял, он в принципе никогда слишком близко не приближался ко льду. Да и в Йокогаме никогда не выпадало столько снега, чтобы задуматься о каких-либо зимних видах спорта. Умудрившись навернуться уже второй раз, Дазай тщетно пытался подняться на ноги, держась рядом с бортиком, и Чуя решил последовать его тактике (без учета падений, конечно же), не отходя слишком далеко. Он все-таки шагнул на лед, надеясь, что его колени трясутся не слишком явно (позволить Дазаю увидеть подобное? Одна только мысль об этом невыносима!), после чего осторожно оттолкнулся и… К своему ужасу Чуя обнаружил, что явно не рассчитал силу. Его едва ли не унесло в самый центр катка, ноги немилосердно пытались разъехаться в разные стороны, а с другими людьми он не столкнулся лишь благодаря невероятному везению. Рефлекторно Чуя зажмурился, ожидая падения, но этого так и не произошло: в какой-то момент он осознал, что просто стоит на месте, и осторожно приоткрыл глаза. Люди старательно объезжали его, а Дазай все еще страдал у бортика, однако добился некоторых успехов: сдвинулся на целых три метра вправо. Что же, на него рассчитывать не приходилось: он явно не тот, кто сумел бы вытянуть Чую из центра катка, ведь в таком случае пришлось бы отклеиться от ограждения. Но и вечно стоять на месте – не вариант. Мысленно попрощавшись с сестрицей Кое, Боссом, даже с идиотом Дазаем, Чуя глубоко вздохнул и, чуть наклонившись и согнув ноги в коленях и, все же скользнул вперед, делая совсем маленькие шажки… И с удивлением понял, что это легче, чем кажется. Пока что Чуя не решался двигаться слишком быстро. Он едва не упал, попытавшись оттолкнуться носком конька, но сместившийся благодаря Смутной печали центр тяжести помог ему устоять. "Значит, нужно попробовать ребром..." Теперь уже оттолкнувшись правильно, Чуя начал плавно скользить дальше, все еще медленно, но зато более уверенно. Теперь он не рисковал и не отходил от бортика слишком далеко, не пытался набрать скорость, но для начала ему с лихвой хватило и этого: на лице невольно появилась искренняя улыбка, как только Чуя начал получать от катания настоящее удовольствие. И он собирался вернуться сюда снова – именно об этом он думал до тех пор, пока за спиной снова не раздался звук падения, а следом за ним и сдавленный стон. *** – Мне придется спросить, что у вас произошло, – после полноценной минуты молчания Кое первая нарушила тишину, в легком шоке переводя взгляд с Дазая на Чую и наоборот. – Этот кретин не умеет кататься. – А ты жульничал, – пробурчал Дазай, но в следующую секунду ему пришлось отчаянно хвататься руками за Чую, чтобы тот не сбросил его на пол. – Это все твоя способность, поэтому у тебя так хорошо получилось с первого раза! – Но я же не виноват, что ты умудрился повредить ногу, так и не отойдя от бортика!..