Луна

      Хината проснулась от боли в горле, будто там горел огонь, и закашляла. Пальцы отчего-то дрожали и не хотели слушаться, перед глазами плыл мир. Она откинулась на подушку, закрывая глаза, чтобы отрешиться от невыносимой боли в области сердца.       В палату вбежала Цунаде, обеспокоенно глядя на куноичи. — Как ты? — Внутри… больно… — Выпей это.       Женщина подсунула Хинате странные таблетки и воду, она выпила их; через час боль прошла и Хинате казалось, что это отнюдь не из-за лекарств. — Это странно, — начала Цунаде, — ты не больна. Это что-то другое. Я пока не знаю почему. — Зоркий взгляд зацепился за шею. Цунаде молча вышла из палаты, оставляя удивлённую Хинату одну. . — Метка Учиха особенная. Она соединяет души двух влюблённых и каждый из них отчётливо чувствует то, что чувствует его партнёр. Это может быть боль, счастье, гнев, возбуждение… — Цунаде остановилась, глядя на Хинату, не верившая её словам. — Это связано больше с тем, что в прошлом Учиха убивали друг друга и были сильно привязаны друг к другу. В твоём случае из метки «растут» узоры, что связывает вас ещё сильнее. — То есть, если умру я, то умрёт и Саске? — Да.       Хината тяжело вздохнула. — Я предупредила Саске, и он уже в пути, — предупредила Цунаде, оставляя Хинату одну.       Друзья были очень обеспокоены состоянием Хинаты и девушка отмазалась лишь тем, что просто переутомилась, ничего более. Она не хотела волновать других.       Саске вернулся через два дня и первым делом направился к Хинате, которая в это время тренировалась. Учиха чувствовал, как горели руки.       В поместье Хьюга слышались глухие удары, и Саске мигом оказался у ворот. Он открыл их и увидел две пары светлых глаз, смотрящих на него. Хината робко взглянула на отца, будто спрашивая разрешения. — Чего ждёшь? Иди, — Хината улыбнулась и побежала, падая в объятия мужчины. Он нежно обнял её, зарываясь носом в волосы. — Я скучал, — прошептал он, почувствовав необыкновенную лёгкость.