Бойся, Билли. Все будет хорошо

Решетка протянулась вдоль всей стены, в тусклом свете фонарика нельзя было разглядеть, есть ли повреждения в прутьях. Билл осторожно ощупывал каждый дюйм в поисках достаточного расстояния для головы. Увы, но мальчик был не в мультфильме, где клетки героев настолько большие, что сбежать не составит труда. Когда его рука с лёгкостью проскользнула в щель, Денбро тут же пролез следом, утягивая за собой рюкзак. — Билл? Это ты? Ты здесь? Я не вижу тебя… — мальчик снова услышал голос своей подруги и стал озираться по сторонам. — Бев! Не молчи! Говори, пожалуйста! — прокричал он, и девушка начала рассказывать действительно важные вещи, но Билл был настолько поглощен поисками, что не слышал ничего. «Знаешь, Пеннивайз сказал, что он поможет всем нам. Он сказал, что ты болен и потерян, и что только я могу тебе помочь, поэтому принёс меня сюда. И издевался… над моим сознанием. Это страшно! И больно… Но Оно убедил меня, что всё это ради твоего блага, понимаешь? Всё ЭТО только ради тебя. Оно слишком на тебе помешалось. Ты заставляешь нас страдать! Это так эгоистично… Но мы любим тебя, поэтому помогаем ему, — под конец фразы её голос стал фальшивить и меняться, выдавая то, что она немного не в себе. — Прости нас, Билли… Мы должны были остаться с тобой». Поскользнувшись пару раз на лужах и не единожды врезавшись в стену, мальчик добрался до камеры и начал осторожно освещать её фонариком. В углу помещения сидела связанная девушка в помятом платье с темными пятнами на коже и кучей синяков и ссадин. — Беверли! Сейчас. Подожди. Я освобожу тебя! — на счастье, дверь была заперта всего лишь на деревянную палочку, которую он незамедлительно вырвал и распахнул дверь. Билл забежал внутрь и рухнул на колени возле девушки, бережно обняв. Спохватившись, мальчик достает нож из рюкзака, осторожно разрезает веревки и отбрасывает их в сторону. Девочка всхлипывает и устало валится на Денбро, закрывая глаза. — Беверли, очнись, нам нельзя здесь оставаться. Необходимо вернуться домой. Но девушка молчала, обессилено лежа на его руках. Собрав остатки сил, юноша уместил её у себя на спине, подхватил под коленями и, сгорбившись, чтобы она не упала, потащил наружу. С Беверли путь оказался длиннее и тяжелее: тело то и дело норовило соскользнуть, так как не держалось за шею или плечи, на лестнице как будто стало больше тины и грязи, всё это размокло и текло по лестнице, как водопад, а крысы будто сошли с ума, выбежав из своих убежищ и неконтролируемой толпой бегая вокруг подростков. Улица встретила их проливным дождём, тогда сразу стало очевидно, почему подземелье так развезло. Дома они оказались спустя лишь час и то, только потому что им приходилось прятаться под крыльцами домов, когда дождь усиливался. Билл, не раздеваясь, прошёл на кухню, которая встретила их сухостью и теплом, усадил юную Марш на стул с мягкой обивкой и закутал в плед. Сам же Денбро захлопотал на кухне, как курица-наседка, чтобы, как только Беверли очнется, накормить её и согреть. Готовил он не очень хорошо, но, замещая опыт старанием, приготовить куриный бульон получилось, а к горячему чаю испечь простые печенюшки. Чтобы еда не остывала, Билл оставил её в духовке, в которой только-только приготовилась выпечка. Запах вкусной еды разнёсся по всему дому, а в кухне стало так душно, что пришлось открыть окно. Шум дождя мягкой музыкой распространился по комнате и разбудил спящего подростка. Беверли медленно открыла глаза и оглядела помещение. Она хотела позвать Денбро, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип, который и привлек его внимание. — Бев, как ты? Я хотел обработать твои ссадины, но не решился, так как это могло тебя разбудить, — он подошел к ней, держа в руках баночку с кремом от ранок, и пару пластырей с бинтом. — Уже лучше, — она поморщилась, когда обрабатываемые царапины и содранную кожу начало щипать, — я… чувствую вкусный запах. Это печенье? — Да, но сначала тебе нужно поесть. Я готов поклясться, что ты не ела несколько дней, — промолвил Билли, обращая своё внимание на впалые щеки и тени под глазами. Беверли ничего не ответила, но ему и не нужно было подтверждение собственных слов. Вместо этого он вытащил кастрюлю из духовки и налил бульон в глубокую тарелку. Мальчик не торопился расспрашивать свою подругу о том, как та оказалась здесь. Скорее всего обманом и давлением, ведь слабые места есть у всех, особенно у детей. Тем более у тех, кто имеет серьёзные психологические травмы. И как бы далеко они не прятали свой страх, однажды он всё равно всплывет наружу, ведь бояться — это нормально. Поедаемое печенье своим треском разрушало повисшую тишину, но не разряжало атмосферу. У Денбро на языке вертелось столько вопросов, которые хотелось задать, но не решался. Бев была как будто не здесь, взгляд был расфокусированным, да и жевать она перестала давно. — Я много думала, пока была в заточении, — девушка нарушила повисшую тишину, — и мне стало интересно, почему из нас пятерых, клоун забрал тебя? Ричи бы тоже прекрасно подошёл. Он до смерти боится клоунов, но Оно выбрал тебя. Тебе не кажется, что это подозрительно? — Что? О чем ты? Я не совсем понимаю…– подросток оказался в замешательстве. — Я считаю, Билл, что Пеннивайз чувствует к тебе нечто большее, чем просто желание съесть, — и вместе со звоном разбившегося от падения стакана, привычное восприятие Денбро раскололось на куски.