Ядовитая кровь

      С той непонятной встречи прошло две недели и каждый день Тэхен продолжал корить себя за то, что никак не решался позвонить на втайне сохранённый номер. Что-то скребло внутри каждый раз, как только Ким входил в свой рабочий кабинет, что-то возвращало его обратно в события двухнедельной давности. Те самые глаза, от которых он не мог оторваться, волшебная фигура и нереально мягкий, бархатный голос. Они виделись лишь единожды, они слышали друг друга совсем немного, курили вместе только один раз, но Тэхен чувствовал, что механизм смазан. Механизм запущен.       -Этот парень, научил тебя плохому. — Чимин размахивал руками, разгоняя клубы дыма вокруг себя.       -Возможно, — протянул Тэхен, выбрасывая окурок в окно.       -Ты какой-то странный последнее время. Что с тобой? — Пак шумно упал на диван, обнимая подушку.       Ким не ответил. Он сам искренне не понимал, что с ним. Ему снились эти глаза каждую ночь. Тэхену казалось, что он сходит с ума, причём быстро. Слишком быстро.       -Эй, алле, — Чимин кинул в него подушку, привлекая внимание, — ты где летаешь? Тебя модели заждались уже за дверью.       Тэ устало потёр пальцами глаза, побил себя по щекам, приводя в чувства и взял в руки камеру.       -Зови сразу всех.       -Ты же терпеть не можешь толпу.       -Завтра будет представлена моя первая коллекция. Мне будут нужны общие снимки. Так что, зови.       Уверенность в голосе была наигранной, но наигранной профессионально. Что ж, игра в неизвестность, с одной производной, которой является заезженный в памяти номер. Давай поиграем, Чон Чонгук.       Юнги уже две недели сидит дома и даже старается не выходить на балкон по наставлению младшего брата. Чонгук решил пока держать в тайне ото всех, что Юнги, каким-то странным образом выжил. Он беспокоился за безопасность брата, даже будучи хорошим детективом. Ему хотелось защитить старшего от всего мира, который в один момент оказался слишком опасным. Они много лет держались друг друга и активно продолжают это делать, потому что семья. Когда их общий отец скончался, Юнги был единственным, кто оберегал, заботился и прятал Чонгука. Ему пришлось. Так было нужно. Иначе, службы забрали бы его в приют, а Мин не смог бы его усыновить, так как сам ещё был довольно мал. По раздельности они бы не выжили. Старший прекрасно понимал это, поэтому они всегда находились в пути. Когда они выросли достаточно и скрываться больше не было смысла, полиция пошла на некие уступки и не закрыла малолетних беглецов. Теперь пришла очередь Чона скрывать своего брата, чтобы защитить, по похожей причине. Просто, так нужно.       Каждый день Чонгук уходил на работу, где активно разгребал несколько дел, одним из которых было то, которое совершенно не касалось их отдела. Случай с исчезнувшим трупом. Приходилось все делать тихо, чтобы не наречь на себя ещё больше проблем и не схватить вечное отстранение.       -Слушайте, это вообще законно, что мы третий день пропускаем обед из-за ебической кипы бумаг?! — взвыл Хосок, с грохотом кидая папку.       -Эй, умник, — из-за стола, заваленной ещё большей кучкой отчётов и прочего хлама, вынырнула голова босса, о котором Хосок, по всей видимости активно забыл. — Если что-то не нравится, давай проведём анкетированием и каждый выскажет свои недовольства.       -Вау, а так можно? — Хосок шустро оживился и активно захлопал в ладоши.       -Ты че совсем ахринел?! Нет, конечно! Собери все бумаги с пола и продолжай делать свою работу, иначе я тебя лично сожгу вместе со всей этой документаций.       -Нужно было открывать частное агентство, — прошипел Хосок, подбирая свалившиеся отчеты.       -Так, пиздуй! — Намджун закипел.       Он и сам понимал, что они занимаются полной чушью, но начальство крепко сжимает их яйца, постоянно подгоняя. Весь этот хлам им подкинул отдел, который попросту разогнали за ненадобностью. Их ожидало тоже самое, если не разберутся со всем этим. Мозг босса больше всех взрывался от всей этой писанины, потому что именно ему влепляли выговоры за медленное продвижение.       -К черту! Пошли обедать.       -Слава Богу. — Хосок шумно захлопнул папку и встал из-за стола. — Никогда не понимал перемены его настроения. Чонгук, ты идёшь?       Детектив молча помотал головой, продолжая что-то активно писать.       -Пошли. Его молодой организм полон сил и энергии. Он наш золотой слиток. Пусть работает.       Хосок с досадой ещё раз посмотрел на напарника и вышел вслед за босом.       Его организм молод, но сил в нем практически не осталось. У него нет выбора, он не может остановиться или сдаться. Головоломка, в которую влез его брат, не имела выхода. Чонгук совершенно запутался и не видит никаких связей, никаких логических объяснений. Уже две недели он бьется головой о стены, потому что попросту не понимает, что произошло. Не понимает, но продолжает прятать Юнги. Чонгук уже не раз трезво оценивал ситуацию и понимал, что на брата напали. Как он оказался в морге? Что произошло на самом деле? Почему патологоанатомы решили, что он мертв? Куплены ли они?       Единственное на что грешил Чон, это клиническая смерть. Но что-то не совпадало. Здоровье Юнги было превосходным, а после подобных «смертей» большая часть впадает в кому, остальные медленно умирают, теряют иммунитет с каждым днем. Это никак не походило на состояние окрепшего брата. Лишь кардинальные перемены его бойкого характера. Юнги стал тихим. Он больше не язвил и не припирался. Это тоже весьма настораживало.       Чонгук больше не может. В голове, как и в расследовании был явный тупик. Он не глупый, поэтому отчетливо наконец понимает, что в одиночку не справится. Этот вариант не нравится ему абсолютно, но обстоятельства складываются куда хуже и это пугает. Его брат в опасности. Его семья в опасности.       В кабинет, без стука, ввалился молодой полицейский. В его руках была ярко оранжевая папка, которой он активно махал над своей головой, пытаясь отдышаться. Бежал. Чонгук откладывает карандаш в сторону, подпирает голову рукой и терпеливо ждёт, пока Кенсу успокоится и объяснит.       -Чонгук, вам передают это дело.       -Какое из ста, которые полицая вновь не в состоянии раскрыть? — детектив устало зевнул и взял пачку сигарет со стола.       -Дело твоего брата. Тело так и не нашли, полиция в тупике и они решили отдать дело вам.       Зажигалка с шумом падает на пол. Чонгук застывает на месте. В его ушах звон, а в голове запертый в квартире Юнги.       -Гук, ты в порядке? — Кенсу пугало это выражение лица, но с места он не сдвинулся. Опасался.       -Да. Да, Кенсу. Спасибо. — Чонгук наконец-то отвис и принял папку из его рук. — Можешь идти.       Полицейский с недоверием и беспокойством ещё раз обернулся на детектива и поймав неуверенную улыбку, всё-таки вышел за дверь. Чонгук сильно сжал довольно тоненькую папку, костяшки пальцев побелели. Он сел назад в кресло и зажмурился. Что теперь делать? Как все обернётся? А собственно в чем вопрос, если он все равно решился рассказать все друзьям-коллегам? Боязно, даже страшно. Парни не осудят, поймут, но заставят Юнги прийти в отдел. Прятать его всю оставшуюся жизнь тоже не вариант, но Чонгук сначала хотел разобраться во всем по порядку. Порядок нарушен. Его придётся нарушить.       Он разлепляет глаза, рвано выдыхает и открывает папку с переданным висяком.       Содержание её было достаточно скудным. Люди, называющие себя полицейскими, умудрились раскопать целое ничего. Авария; следствия аварии; ложные догадки о сбитом лосе; смерть водителя из-за резкого шока. Следующая страница: тело было найдено случайно проезжающим водителем; имя водителя: Бен Бэкхен, 25 лет, опытный хирург (это единственное, что беспокоило); тело доставили в морг; опознание было произведено на следующий день сводным братом Чон Чонгуком, 23 года. Следующая страница и Чонгук начинает нервничать ещё больше. Через пять дней труп бесследно исчез; камеры наблюдения, находившиеся все время в исправном состоянии, исказили изображение, тем самым не позволив рассмотреть, как тело было вывезено из морга. Все. Это была вся информация, которую и без того знала большая часть Сеула по новостям.       -Черт, — выругался Чонгук. — Чем они вообще занимались эти две недели?! — задал он вопрос в пустоту.       -Чонгук-ши, мы принесли тебе перекусить. — Хосок довольно улыбался, держа пакет с едой в руке.       -Эй, что у тебя с лицом? — спросил Намджун, закрывая за собой дверь.       Глубоко вздохнув, Чонгук протянул ту самую папку боссу. Пора.       -Что это? — Хосок аккуратно поставил еду на стол напарника и уже хотел взять документы в руки, как схватил по рукам от начальства.       -Полиция принесла?       -Да.       Намджун открывает папку, все ещё косясь на дёрганного Чонгука.       -О. Так это же дело твоего брата. — Хосок тыкал пальцем то на фотографию в деле, то на Чонгука.       -Да. Парни, мне нужно вам кое-что рассказать. Выслушайте молча.       Младший открыл окно, и закурил. Намджун обычно бесится, но сейчас позволяет. Понимает.       -Юнги жив.       Закончив работу, Тэхен устало потягивается в кресле и выключает ноутбук. На часах уже одиннадцать, но желание идти домой совершенно отсутствует. Завтра, будет представлена его первая коллекция над которой он усердно трудился добрые пол года. Совмещать профессию фотографа, а затем до утра корпеть над эскизами-тяжкий труд. Но для Тэхен это было в радость. Возможно обьяснить это можно было отсутствием семьи или же каких-либо отношений. Он никогда не спешил жить. Ким не законченный трудоголик, он просто принимает своё существование как квест, в котором играет незначительную роль.       Тэхен подходит к окну и впечатывается взглядом в яркие огни ночного города. Эта атмосфера, эта темнота, в которой сверкала жизнь и была вдохновением для создания своей коллекции. Попытаться передать волшебное время суток через стиль. Это кажется нереальным, но Тэхен смог.       Он абсолютно не нервничал из-за завтрашнего показа и презентации. Ему было абсолютно плевать, признают ли его или вышвырнут с потрохами. Тэхен сделал то, что хотел. У него получилось передать смысл задумки. Человек, который чувствует тоже что и он, глядя на ночной Сеул, поймёт смысл и почувствует силу обычного куска ткани.       Решив переночевать на работе, Тэ приоткрывает окно, наполняясь комнату прохладным воздухом и устраивается на диване. Ему по душе холод. Ему, да, а вот его телу, кажется нет.       Чимин, как никто другой ждал первого выпуска одежды друга. Он поддерживал его каждодневно. Ну, ему так казалось. Каждый раз, как только Пак влазил со своими комментариями и советами, в него летело что-нибудь тяжёлое. Дружба с Тэхеном не простая, когда ты любишь потусить по клубам, а он одиночка, больше походящий на психа. Красивого, обаятельного, но психа. У Тэ всегда были поклонники и фанаты, но он ограничивался лишь случайным сексом, дабы «организм требует». Чимин знал это и не лез, потому как был в курсе его последних, далеко не удачных, отношений, о которых узнал случайно, когда Тэхен напился.       Клуб сегодня не входил в планы Пака. Сегодня была пятница сентября, а это значит, что его ждёт мама. Тихий, семейный ужин вдвоём, в честь погибшего отца-шахтера. Тяжело и болезненно, но маме так легче. Проще. Это тот день, когда Чимин позволял себе две сигареты. Первую, перед входом в квартиру, вторую, после выхода. Каждый раз его руки предательски дрожали. Успокаивало лишь то, что с мама больше не плакала, глядя на фото отца, а искренне улыбалась, приговаривая, что смирилась. Но Чимин знал, что это не так. Стоит ему выйти за дверь, как до него доносятся всхлипы. Внутри все сжимается, но назад он не заходит.       Этот день не стал исключением.       В очередной раз, закрывая за собой входную дверь, Пак откидывает голову назад, прижимаясь и слышит приглушённый плач. Кулаки непроизвольно сжимаются, а из груди вырывается уставший, рваный выдох. Тяжело.       -Эй, парень, тебе плохо?       Чимин расслабляет руки и не спеша открывает глаза. Напротив стоит человек в кепке и, съехавшей на подбородок, маской. При данном освещении, черты лица различимы плохо, но голос кажется знакомым.       -Мы знакомы? — вместо ответа на вопрос, Чимин задаёт свой.       Засунув руки в кармы джинс, он делает шаг навстречу. Парень снимает с себя кепку, открывая рыжеватую макушку.       -Думаю, да.       Юнги немного криво ухмыляется и тоже делает шаг на встречу, значительно сокращая расстояние в темном подъезде.       -Ты тот самый парень. Из морга.       Чимин наклоняет голову набок и внимательно осматривает собеседника. Теперь уже спокойно. Тогда он не успел разглядеть его как следует, потому что находился в каком-то паническом шоке. Парень был хорош собой, пусть и не высокого роста. Чимин кстати тоже не отличался этим качеством. Своей худобой, он чём-то напоминал ему Тэхена. Такой же отстранённый и, на вид, немного пафосный. Он не замечает в нем ничего экстраординарного, но чувствует в нем какую-то загадку с неплохим ответом.       -Чимин, кажется?       -А ты, Юнги, да?       Пак и понятия не имел, кто является соседями матери. Надо бы почаще к ней наведываться, случайно роняется мысль в его голове.       -Не хочешь выпить, Юнги?       Чимин не собирался закидываться сегодня, но день был слишком напряжённым, а неожиданно появившийся тайный знакомый только подбавил масла в огонь.       Юнги ничего не отвечает на поставленный вопрос, лишь молча прячет ключи от квартиры обратно в карман и спускается с лестницы. Понимая, что Чонгук вставит пизды за такую самоволку, он отдаёт себе отчёт в том, что пора прекращать ныкаться по четырём углам. В конце концов, он же Мин Юнги. Властный, грубый, пусть и воскресший, но Юнги.       Чонгук рассказал им все. Не тая абсолютно ничего. Как он и ожидал, парни не осудили, но по ушам надавали за то, что тот столько молчал. Пообещав им, что завтра же приведёт Юнги в отдел, он заметно успокоился. В конце концов его брат жив, с остальным они разберутся вместе.       Домой он ехал не спеша. Чонгук долго обдумывал то, как преподнести все своему заносчивому брату. Он вообще в тайне удивлялся его послушанию. Видимо, сам опасался этой неизвестности. Всё-таки кто-то явно охотится за ним и этот кто-то делает это либо чертовски плохо, раз не добил изначально, либо наоборот, очень умело. То, что Юнги в очередной раз во что-то вляпался уже не так сильно удивляло Чонгука. Но на этот раз дело было куда посерьезней предыдущих разборок.       Остановившись на перекрёстке, ведущей к главной площади, он остановился на светофоре и повернул голову к высоткам Инсадона.       -Не будь эта обстановка настолько напряженной, я пригласил бы тебя сначала на фотосессию, потом в кафе.       -Не будь я детективом и братом воскресшего, я бы согласился.       Чонгук невольно вспоминает эти слова и непроизвольно улыбается. Он был безумно благодарен тому парню за его поразительную настойчивость и спокойствие. Его немного поражал тот факт, что Тэхен, как и обещал, не звонил в полицию, не подымал истерик, а просто согласился держать все в секрете. Его голос был твёрд и немного басил, но почему-то внушал какое-то доверие. Интересный персонаж для такой работы. Чонгук любил и уважал стиль, но после «смерти» брата, ему некогда было об этом думать. Сейчас же он определённо точно вспомнил, как привлекательно выглядел Тэхен в тот день. А ещё, скорее всего благодаря навыкам детектива, определено точно замечал, как он смотрит на него. С непониманием, отчуждением и…восхищением?       Машина заворачивает ближе к центру и припарковывается, возле того самого здания. Выйдя из машины, Чонгук поднимает голову наверх, непроизвольно цепляясь взглядом за панорамное окно 8 этажа, в котором все ещё горел свет не смотря на позднее время. Именно из того окна две недели назад вылетали две равномерных струйки дыма. Не зная зачем, но зная почему, он достаёт телефон и открывает меню принятых звонков. Пролистав немного вниз, Чонгук не думает даже секунды и нажимает на кнопку вызова напротив одного единственного, неизвестного номера.       Сон не шёл, поэтому Тэхен снова включил свет и решил немного набросать эскизов, чтобы опустошить немного голову от, скорее всего провального, показа и от тех самых карих, опустошающих глаз, которые ни на шутку въелись в корень его мозговой активности.       Испортив не один лист, Тэхен достал сигареты и подошёл к окну. Вид завораживающий. Когда он подрос в роли фотографа, он сам решил перебраться именно сюда. Из-за этих окон. А ещё потому, что восемь-любимое число. Раньше, Тэхен боялся высоты, но когда отшибленный и бесстрашный Бэк начал каждодневно таскать его на крышу, он влюбился в эти пейзажи. Страх сняло рукой, остались лишь прекрасные, вдохновляющие виды в объятиях нужного человека. При воспоминании своего бывшего молодого человека, внутри Тэхена неприятно жмёт, сменяя душевную теплоту, осенним, злобным ветром.       Из глубоких, тугих, как воск мыслей, его вытаскивает звонок мобильного, валяющегося на столе. Поначалу он не хотел брать трубку, но интерес взял своё. Чимин сегодня не должен шататься в клубе, а значит это не он. Подойдя к столу, он взял девайс в руки и, от увиденного, оперся об стол. Ноги немного подкосились.       -Алл-лё — дрожащий, неуверенный голос выдавал волнение с потрохами.       -Привет. Мне кажется, я должен тебе кофе.       Тэхен всем своим нутром чувствует, что Чонгук улыбается, поэтому и сам не может сдержаться. Его всего распирает и он сам не понимает из-за чего именно. Может из-за того, что детектив сам позвонил, может из-за того, что просто вспомнил про него. Кивая сам себе несколько раз, Тэхен делает глубокий вдох и отходит к окну.       -Мне казалось, это я хотел тебя пригласить.       -Тогда, я не отказываюсь. Ты сейчас свободен?       -Думаю, да.       -Где встретимся? В кафе?       -У меня есть идея получше. — Тэхен оглядел своё рабочее место и закусил нижнюю губу в предвкушении. — Помнишь где я работаю?       -Конечно.       -Приезжай сюда. Я ещё не закончил с парой эскизов. — он покосился на мусорное ведро в котором покоились комки бумаги с недавними набросками.       -Хорошо. Скоро буду.       Рука слегка подрагивала, а внутренний голос убеждал в том, что Тэхен двинулся в край. Но больным же на голову все прощают?       Он наспех сложил все то, что валилось на столе в творческом беспорядке, поправил перекосившуюся ширму, достал две кружки и хотел было переодеться и даже успел расстегнуть рубашку, но дёрнулся от того, что в его дверь постучали.       -Можно?       Он улыбается. Та обстановка была не к месту для радости, поэтому сейчас Тэхен мог сполна насладиться этим. Но по всей видимости, он ниндзя, иначе какого хуя он так быстро пришёл?       -Эм, да, входи конечно. Но… Черт, как ты так шустро добрался?       Чонгук оперся плечом о косяк двери и с оценкой посмотрел на Тэхена. Рубашка, которая была расстегнута, ему безумно шла, особенно завершали образ взъерошенные волосы и слегка подкаченный торс. Детектив показательно облизывает губы, играет, поднимает взгляд с его живота и с ехидной ухмылкой смотрит прямо в глаза.       -Я был неподалёку. А ты, смотрю, меня ждал.       Тэхен понимает, что намёк идёт в сторону той самой расстёгнутой рубашки и не теряясь снимает её совсем.       -Заработался. Вот, она и помялась.       Повернувшись к Чонгуку спиной, он вальяжно берет со спинки дивана любимый пуловер.       -Почему ты решил попить кофе на работе?       Детектив прошёл вглубь просторной комнаты, пытаясь не смотреть на аппетитные бёдра Тэ и принялся разглядывать все вокруг.       -Я обещал ведь не только кофе. Тэхен берет в руки камеру и включает прожектор.       -Я не фотогеничный.       -Будем считать, что я этого не слышал, — он включает фотоаппарат и замечает, что батарея разряжена. — Нужно покормить кормильца.       -Ты давно работаешь фотографом? — спрашивает Чонгук, смотря на распечатанные фотографии для журнала.       -В Сеуле 2 года. А вообще 5 лет.       -Ты не отсюда?       -Нет. Я родился и жил в Тэгу.       -А почему переехал?       Ладони Тэхена немного вспотели, а в горле образовался, мешающий вымолвить хоть слово, ком. Неприятная история и совершенно ненужная, возможно опасная, тем более для госслужащего.       -Перспективы, — он широко, но наигранно улыбается.       Чонгук не дурак, он детектив, поэтому ловит его на лжи моментально, но молчит. Значит это лишняя информация. Скользкая. Не для этой встречи, так сказать.       -Смотрю, они оправдались. Сейчас нет ни одного модного журнала, где не было бы твоих работ.       -Вот, уж не думал, что полицейский участок интересуется модой.       -Работа такая. Везде совать свой нос, — его враньё звучит куда убедительнее.       -Я оставлю тебя на пару минут. Схожу за кофе.       Чонгук кивнул и одарил его милой улыбочкой.       Как только Тэхен вышел за дверь, его сердце рухнуло в пятки. Крышу сносит фатально. Он тяжело дышит и осознаёт, что даже неплохо держится.       -Что со мной блять?!       Вопрос, заданный в пустоту, полон отчаяния и непонимания. Что-то определенно цепляет его, когда он видит Чонгука. Что-то бессовестно загоняется его в рамки неприличия и мешает ровно дышать.       Оставшись в полном одиночестве, Чонгук задумался. Задумался о том, почему он не взял пару баночек пива и не поехал домой, почему он сейчас здесь. К Тэхену влекло, притягивало. Слишком интересный персонаж. Неординарный и со своей изюминкой. А ещё, он плохо врет. Это вторая их встреча, если не считать тот случай, когда Чон случайно увидел его на улице за работой. Ну или тот случай, когда он читал про него статью в журнале. А ещё, видел Тэхена по телевизору и в интернете пару раз. Ким и не подозревает, что Чонгук давно знаком с ним, пусть и заочно.       Поэтому он сейчас здесь, а не дома с Юнги. Поэтому, он сейчас сидит и смиренно ждёт, когда вернётся человек, который привлёк его ещё несколько месяцев назад и случайно пустил корни в сердце детектива.       Это все и есть ответ на всплывший ранее вопрос.       -Судя по тому, как ты пил мой кофе в прошлый раз, ты любишь с сахаром.       -Есть такое, — сказал Чонгук, забирая стаканчик. — Спасибо.       -Как твой брат? С ним все в порядке?       -Можно сказать, что да. Но… — младший запинается и быстро обдумывает поделиться ли с Тэхеном заветной информацией, которая разъяла детективу мозг до основания. — Все ещё никто не знает, что он жив. Сегодня полиция передала дело нам и я понимаю, что обязан вскрыть все карты.       Ким не опешил ни на секунду. Он предполагал, что Чонгук захочет спрятать брата и попытаться раскрыть дело самому. Гребаное чутьё, используемое не по назначению.       -Я подозревал это.       Спокойный голос Тэхена расслаблял и располагал к себе. Чонгук видит, что тот не врет. Вправду ведь думал так, гаденыш.       -Я пообещал завтра привезти его в отдел на допрос. Только не вижу в этом особого смысла. Больше чем мне, он ничего не расскажет. Да и нечего, по сути. Он абсолютно ничего не помнит.       -Поэтому тебе и стоит ввести его в свет и желательно показать толковому врачу.       -С этим тоже есть некоторые сложности…       Чонгук встал с места и закуривая, отошёл к окну. Тэхен терпеливо ждал, когда тот продолжит и молча подошёл к детективу, становясь за его спиной и вновь восхищаясь прекрасной осанкой.       -Юнги-уникум, — на автомате говорит Чон.       Пауза. Мозг активно переваривает услышанное. Неужели в Сеуле есть тот самый один из миллиардов? Тот самый, чья кровь сравнима с эликсиром вечной жизни?       -Уникум, то есть…       -Я знаю кто это, — перебил его Тэ, чиркая зажигалкой.       -Хм. Откуда? Это же прикрытая информация.       -Эм.       До Тэхена доходит, что он взболтнул лишнего. Снова кардинально подставляя себя и, когда-то близкого, человека.       -Слухи ходят даже в индустрии моды.       Ложь. Чонгук чувствует её даже спиной. Он натренировался отличать правду от вымысла на Юнги, когда тот в очередной раз просит вытащить кого-то из тюрьмы, выдавая это за случайный дебош. Как будто детектив не узнает правду. Хотя бы из отчёта, составленного полицией.       Нагло выкинув окурок в окно, Чонгук разворачивается на 180 градусов и натыкается на вполне уверенный взгляд Тэхена. Он делает шаг, разрывая весь внутренний баланс обоих. Младший принял игру и кажется проиграл. Тэ считает точно также, только уже про себя.       Они одновременно облизывают губу и резко подаются вперёд. Внутри одного взрываются фейерверки, внутри другого звучат фанфары.       Поцелуй наполнен изголодавшейся страстью и длится не меньше минуты. Тэхен, отстраняется первым, тяжело дыша. Не теряя жадного времени, Гук жарко проводит языком по тонкой шее, оставляя несколько красных пятен по пути к ключице. Тэ не выдерживает и издаёт страстный, протяжный стон. Его руки по хозяйски забираются под рубашку младшего.       Чонгука обжигает. Он сдавленно рычит и снова ловит его губы. Они оба ждали этого колючего момента, точку отсчета, которая кричала: пора!       Не разрывая поцелуй, Тэ начал пятится назад, таща детектива за собой. Его руки плавно выныривают из-под рубашки. Одна настойчиво сползает к бёдрам, провоцируя Чонгука ещё больше, другая на ходу расстёгивает свои джинсы. Напоровшись на спинку дивана, они совместно обогнули её. Гук с выдохом упал на него, усаживая Тэхёна на свои колени. Медленно стянув с него кофту, он нежно, не спеша целует его в тонкую шею. Дразнит. Тэ тихо захныкал и не скрывая желания, вцепился в пряжку ремня детектива. Чонгук ухмыляется, но прекращать пока не собирается. Он слишком долго ждал этого момента.       -Сколько же можно, а? — взвывает Тэ и шустро расстёгивает его рубашку.       Чонгук совершенно не ожидает такого напора, поэтому попросту решает отдать своё тело на растерзание.       Тэхён стягивает с него брюки, сразу захватывая нижнее бельё. Сползая на пол, он рвано целует его в живот и переключается на самое вкусное. Проведя языком по возбудившемуся члену, смачно берёт в рот. Жарко, глубоко, вмещая практически целиком. Чонгука как будто током прошибает. Схватив Тэ за платиновую шевелюру, на автомате начинает двигаться в такт его рту. Минет Тэхёна тягучий и обволакивающий. Фатальный. Гуку невероятно сносит башню. Ему безумно хорошо. Чонгук больше не может терпеть, хотя это он хотел помучить его подольше. Он хватает Тэ за локти и резко тянет на себя, впиваясь жарким поцелуем. Его губы невероятно мягкие и сладкие, что их можно сравнить с переспелой вишней. Уложив его на лопатки, Чонгук живо стягивает с него боксеры. Нервы, как и желание на пределе, поэтому он входит сразу, не растягивая. Тэхён вскрикивает и вцепляется руками в спинку дивана. Чонгук двигается мягко, даже нежно, обращаясь с предметом своих симпатий аккуратно, бережно, почти сдержанно.       Толчок и Тэхён стонет не стесняясь. Ещё один и его рука отпускает обивку дивана и зарывается в мягкие волосы Чонгука. Поймав под собой ритм, детектив учащает темп, наблюдая за тем, как Тэхён выгибается в спине, как феерически закусывает нижнюю губу и особенно его уносит от этих стонов. Чонгук чувствовал себя поэтом, пока трахал свою музу.       -Быстрее… — стонет Тэ, заставляя принять вызов.       Чонгук подминает его под себя поудобнее, закидывает его ноги себе на плечи и начинает двигаться быстрее. Не теряясь, он вынимает член из пульсирующего колечка мышц и снова входит. Резко, заставляя Тэхёна стонать еще громче.       Мягко прильнув к губам Чонгука, он чувствует приближение оргазма. Взяв член Тэхёна он слегка давит на головку, чувствуя, как тот дрожит и обмякает. По его руке разливается липкое семя. Тэхён издаёт осипший крик, сжимая прядь волос сильнее. Толкнувшись еще раз, Чонгук смело кончает прямо в него.       -Я всегда знал, что в полиции работают такие, — устало промурчал Тэхен, лёжа на ноге Чонгука.       -Какие такие? — он улыбается, а его рука мягко перебирает волосы Кима.       -Снаружи спокойные, а внутри бешеные церберы.       -Хах, Ким Тэхен, ты поразительный. Я заметил это ещё месяцев пять назад, с каждым разом только подтверждая.       Чонгук не случайно это сказал, у него есть внушаемые качества - думать, прежде чем говорить и не жалеть ни о чем. Так, пускай же он наконец узнает, что детектив следил за ним. Пускай боится его и знает, что он всегда рядом. Так нужно. Чонгуку будет так спокойней.       -В каком смысле пять месяцев назад? — Тэхен поднимает голову и удивлённый подползает ближе. -Ты следил за мной?       -Да.       -Но…зачем? Я же, вроде, не переступал закон?       -Переступал.       Ким заметно занервничал, но даже прошлая ступень его жизни не должна была всплыть в Сеуле.       -Вот, как. Тогда, что это за преступление такое, что ты выслеживал меня почти пол года, напоролся на меня, надеюсь совершенно случайно, пока я помогал твоему брату, затем пришёл ко мне на работу и выебал? Это такая тактика что ли?       -Ты зацепил меня. Это слишком серьёзное преступление.       Чонгук переворачивается на бок, оказываясь носом к носу с Тэхеном. Лёгкое прикосновение губ и он прижимается ближе, наслаждаясь полнейшим замешательством того, кому только что признался.       -У тебя ведь сегодня показ? Можно я приду? — убегая от небольшого смущения спросил Чон.       -Да. Конечно. Буду только рад, но…       Тэхен снова не успевает высказать ту горку вопросов, которые быстренько засели в голове после услышанного, потому что Гук снова целует и мило улыбается.       -Спи и пока больше ничего не спрашивай. У тебя сложный день сегодня.       Тэхен слушается, решив, что при следующей встречи, а он сделает все, чтобы она состоялась, он вытрясет всю душу из него.       Чонгук не сомкнул глаз до самого утра. В голове бардак, но такой уютный, что хочется оставить все как есть. Он наконец-то может похвастаться, что, хотя бы на одну ночь, детектив почувствовал себя не детективом. Ему не хочется думать о том, что уже через пару часов ему придётся включить полицейского и допросить брата в присутствии коллег. Хоть этот момент все равно настанет, сейчас к нему прижимается человек, который усыпляет и одновременно дрессирует его «церберов», который, по воле судьбы или долбанного случая, за пару минут сумел поселиться внутри строгого, справедливого, молодого, но опытного детектива.       Тэхен ворочается, причмокивая во сне, словно напоминая о своём присутствии. Чонгук легонько улыбается и поцеловав того в лоб, аккуратно встаёт с дивана. Собрав разбросанную одежду с пола, он не спеша одевается, бросает короткий взгляд на Тэхена, выходит за дверь и сам себе обещает успеть на презентацию его коллекции.       -Юнги блять! Вставай, паршивец! — Чон распахнул шторы и открыл окно, дабы перегар был жуткий. — Сколько ж ты выпил, сволочь?       Мин что-то мычит под нос и скидывает с себя одеяло, тем самым открывая взору своего брата мирно спящую макушку на своей груди.       -Твою же мать.       Чонгук набирает номер Намджуна и пытается популярно обьяснить, что сегодня не получится допросить Юнги, так как тот «приболел». Выслушав трёхэтажный мат от начальства, он ещё раз извиняется и смело просит дать ему отгул на сегодня, убедительно внушая, что это для того, чтобы присмотреть за братом. Через минут сопротивления Намджун даёт добро и вешает трубку.       Осмотрев двух спящих голубков, Чонгук глубоко вздыхает и выходит из комнаты. Признаться честно, он даже рад, что Юнги наконец-то смылся из квартиры и даже снял кого-то, хотя сам ему и запретил это делать. Но отчитать ему его придётся. После случившегося, Чонгук не раз задавался вопросом о том, кто из них вообще старший брат.       Решив, что ему тоже нужно поспать после такой-то ночи, он отправил короткое смс Тэ, завёл будильник на пять вечера и попытался уснуть.       -Эй! Ким Тэхен! Какого лешего?!       От взрывного крика начальства, фотограф неуклюже падает с дивана, просыпаясь уже в полёте. Джин без остановки продолжает лепетать о халатности и наглости Кима, пока тот лениво пытается привести себя в порядок.       -Это вообще твой показ или мой? Я спонсирую твою чёртову идею и терплю каждую выходку. Почему я это делаю? Да, потому что ты сраная золотая жила! — Джин устало сел за стол и уронил голову на руки. — Как же ты бесишь меня.       -Не истери. Все будет в лучшем виде. Модели готовы? — Тэхен застегнул ремень и взял телефон в руки, открывая одно непрочитанное смс. «Я буду в первом ряду».       -Да. Они уже в зале. Э, а ты чего лыбишься?       -А? Я просто рад, что все в боевой готовности, — запихивая телефон в карман и не снимая счастливой улыбки с лица, ответил он.       -Негодник, — в Тэхена летит шариковая ручка, от которой он с ловкостью уворачивается и вприпрыжку направляется к двери. Киму кажется, что этот день ничего не сможет испортить. Но ему только кажется.