Я нарисую тебе счастье

После того вечера с Никитой, мне сильно досталось от родителей и конечно же от Алисы. — Ты, чёрт побери, даже сообщение не удосужилась кинуть. — ругалась на меня Алиса. — Просто исчезла вместе с Ником! Знаешь как долго я успокаивала Ксюшу, у неё там очередной приступ ревности начался! — наподобие этого она кричала мне весь последующий день. А я что? А я не смогла даже себе объяснить, какого хрена я свалила из кафе с двадцатисемилетним парнем и вернулась утром вся мокрая и замёрзшая. И счастливая, как ни странно. Я прокручивала этот вечер в голове раз пятьдесят. И понять не могла. Зачем он вообще тогда взялся меня проводить, если знал, что Ксюша будет психовать? Странный. В следующий раз мы встретились, когда Алиса взяла меня с собой на чью-то вечеринку, я даже не спросила кто там будет. Просто пошла чтобы отвлечься. — Проходите, все уже собрались. — открыл нам дверь какой-то парень, похоже хозяин квартиры. Ему на вид было лет 20, не больше. Квартира была небольшая, но уютная. Из гостиной играла неизвестная мне музыка. Был слышен смех и весёлые голоса, что сразу поднимало настроение. Я зашла в комнату, пока Алиса говорила с тем парнем. Окинула взглядом людей и сразу же увидела Никиту, который сидел на табуретке со стаканом какого-то напитка. Он тоже увидел меня. Взгляд удивлённый такой, что аж неловко стало. Ксюши тут не было. Прямо отлегло, направляясь сюда, я боялась, что застану её тут. Мне было не по себе даже от мысли об этом. Не знаю почему, ничего же не было. Да и быть не могло. — А это что за неформал к нам пожаловал? — нагло спросил парень, с милой девушкой на коленях. В этот момент, к счастью, зашла Алиса. — Это моя сестра. Соне только исполнилось шестнадцать, так что ей не наливать! — весело озвучила она. Весь вечер меня пытался споить тот самый наглый парень. Как оказалось, его звали Денисом, от него меня спасал только Ник. — Никитос, тебе же самому было шестнадцать, что ты мешаешь ребёнку развлекаться? — этот Денис всё не мог успокоится. — Я не пью. ЗОЖ, все дела. — какой раз сказала я ему. Я понимаю смысл в алкоголе, от него ты сразу становишься раскрепощенным, да и вообще это хороший способ повеселиться. Но я просто не переносила его запах. Я вообще привередливый человек по отношению к запахам. Так что с этим всё сложно — Что за дети пошли. — сказал он и направился к той девушке, которая тогда сидела у него на коленях. — Да что ты пристал к девочке? — вот именно, что он ко мне пристал, как будто людей до спаивания мало. Мне становилось порядком скучно, я тут почти никого не знала и поэтому только сидела и пялилась на противоположную стену. Даже блокнот с собой не взяла. Безысходность просто какая-то. Решив, что на кухне будет поинтереснее я отправилась туда. Отыскав стакан на полочках, я налила себе водички и уставилась в окно. За ним шёл мелкий дождик, напоминая, что скоро осень сменит лето. Я любила дождь, периодически даже просто так гуляла под ним без зонта. Алиса в таких случаях называла меня больной. А мне нравилось. Я так задумалась, что не заметила, как на кухню кто-то вошёл. Всё произошло слишком быстро. Испугавшись, я уронила стакан, осколки разметались по всей кухне, а я принялась истерично их собирать. Точно больная. Человеком, который зашёл на кухню оказался Никита. Он наклонился и принялся помогать мне. — Отойди, порежешься. — произнёс он беспокойным тоном. Ой как беспокоится, аж морщинка между бровями появилась. — Не порежусь я. — и да, именно в этот момент, по всем законам подлости я порезала внутреннюю сторону ладони. Кровь капала красными каплями на кафель. — Ой. — ну да, конечно, истекаю тут кровью, а сказать смогла только «ой». Глупая. — Блять. — выругался Никита и потащил меня в ванную комнату. — Ну что ты, как маленький ребёнок, попросил же отойти. — причитал он, рыская в поисках аптечки, пока я сидела на краешке ванной и внимательно рассматривала свою ладонь. От мизинца до большого пальца пролегал тонкий порез. Никита наконец-то нашёл аптечку и сел на корточки передо мной. Он взял мою ладонь в свою и осторожно начал протирать ваткой со спиртом. Щиплет. Я как завороженная смотрела за его плавными движениями. Он будто боялся навредить. Никита почему-то остановился и стал рассматривать мои руки. Затем, чуть касаясь, провёл большим пальцем по старому шраму, пролегающему поперёк запястья. Таких там было много. Меня нельзя винить, это было год назад, я была глупой и мне так было легче. Ибо в моей жизни тогда был не самый приятный период. Ник поднял свои великолепные глаза на меня. И посмотрел так, как умеет только он. Чёрт. Не надо на меня так смотреть, будто понимаешь меня, просто не надо. Я сама себя не понимаю, а ты знаешь меня от силы две недели. Ты просто не можешь меня понимать и не имеешь на это право. Я одернула руку и отвела взгляд на стену. Глупая и веду себя просто глупо. Но что поделать. Он выпрямился, молча подал руку и так же молча помог подняться. На выходе из ванной он вручил мне лейкопластырь и сказал наклеить, а то бактерии попадут и воспаление может начаться. У меня и так уже одно есть. Воспаление головного мозга, так что я подумала, что больше мне не надо и послушно наклеила пластырь. Дальше веселье пошло полным ходом. Все, порядком набулькавшись, решили играть в карты на желание. Кто же из них знал, что меня с детства папа учил всяким карточным уловкам, а каждую пятницу мы с ним играли на спор, кто будет мыть посуду. Ну и вышло так, что победили мы с Никитой в ничью. Ну и как победители нас посадили играть друг с другом. Ну я проиграла, короче. Если папа узнает будет недоволен. А я, как человек с неуравновешенной психикой и не принимающий поражение начала щекотать Никиту. Не подумав, что он сильнее меня раз в пять. И щекотали уже меня, придавив своим весом к дивану. — Никитос, это уже на статью за педофилию смахивает. Ты это, кончай, я не хочу друга терять. — заключил тот, который наглый. Проигнорировал. Мне уже не хватало воздуха. — Всё, сдаюсь я, сдаю-ю-юсь! — пропищала я и меня отпустили. Я села на диване, поправила толстовку и выдохнула. Фух, щекотка — это просто отдельный вид пытки. — Ну так какое желание то? — поинтересовалась я у Никиты. — Потом скажу. — заговорщицки произнёс этот мучитель. Куда я вляпалась? На улице уже было достаточно темно. Домой меня опять провожал он, так как Алиса напилась и решила остаться ночевать там. Уже было заметно приближение осени, и я поёжилась от холода. Тут же мне на плечи легла толстовка. — Не надо, мне не холодно. — попыталась впихнуть ему толстовку обратно. — Не спорь, у тебя губы посинели. — отмахнулся Никита. А сам шёл в одной футболке, ну вот что за человек. Дважды меня просить не надо, поэтому я напялила на себя ещё и его толстовку, сразу стало заметно теплее. Ещё и пахнет им. Великолепно. Ну вот как человек может так пахнуть, скажите мне? Он шёл молча, выдыхая сигаретный дым, а я незаметно наслаждалась запахом его толстовки.