Red collection - Jason

      Тихо вздохнув, Дик открыл один глаз, в надежде, что сейчас глубокая ночь, но нет… это всего лишь чье-то тело загораживало алеющий рассвет за окном. И почему тонкая белая занавеска вдруг напомнила ему подол белого платья на стройной красавице? И где он мог его видеть?       Вздохнув еще раз, уже не сдерживаясь, парень открыл второй глаз, разумом впиваясь в обрывки воспоминаний, которые, как ему показалось, картинками начали скакать по потолку. А еще в ушах зазвенело, когда мимо проплыл фрагмент с физиономией Джейсона. С недовольной, к слову, физиономией. На что злился Тодд, Дик вспомнить не мог, зато прекрасно ощутил ноющую боль в районе подбородка. Должно быть, налетел на кого-нибудь на вечере.       Вечер? Ах да! Ведь вчера они вроде как были на задании, на свадьбе одного известного бизнесмена… как его там? А впрочем не важно, известней Бэтмена в Готэме все равно никого не было.       Дик усмехнулся сам себе, прогоняя отрывки вчерашних отцовских напутствий, и перевернулся на бок, чтобы наконец рассмотреть случайную жертву его сексуальных девиаций: гладкая и крепкая спина определенно принадлежала мужчине, что впрочем ничуть не смущало, потому что Дик уже забыл, когда все это началось и его потянуло куда-то не туда. О нет! Вернее он помнил, но просто утешал сам себя, считая что таким образом сможет позабыть корень всех проблем. А под «всеми проблемами» он отчетливо понимал Джейсона Тодда, человека, который… которому просто иной раз хотелось хорошо так заехать по морде.       Но стоило вернуться к исследованию тела рядом. Пусть и знатно вчера Грейсон перебрал, и сегодня, если доведется свидеться с Джейсоном, он ему не раз в мыслях выскажет недовольство по этому поводу (а ведь повод есть, и ого-го какой!), но секс был просто фантастический, и вот поэтому Дик посчитал, что первым делом он должен узнать о своем ночном госте хоть что-нибудь, что помогло бы восстановить последовательность прошедшего вечера, а потом уже можно даже попросить подкинуть номерок, чтобы не раз и не два скоротать вечерок-другой вместе снова.       Горькая мысль, уколовшая в сердце - но ведь Тодд и правда быть может тупой и не видит очевидных вещей? Может быть Дэмиан прав, и Джейсон просто черствый мужлан, который думает только о себе? Ну вот и к черту его тогда!       Напевая мотив вчерашней песни[1], которую они слушали в машине, перед тем как завалиться в эту квартирку, чтобы пуститься в бурное плавание по волнам безумия, а иначе это никак не назовешь, потому что даже от воспоминаний о том, что вытворял этот незнакомец с ним и что позволял вытворять с собой, сладкой истомой скрутило нутро, Дик потянулся и наконец прикоснулся. Пальцами аккуратно провел от плеча до лопатки, закусив губу, в очередной раз прогоняя мысль о том, что на месте этого человека сейчас мог бы быть Джейсон и легко приобнял, спускаясь рукой на талию, в ожидании реакции.       И она не заставила себя долго ждать: незнакомец немного сменил ритм дыхания, судя по движению плеча, и лениво перевернулся на другой бок, легко дернув уголками губ, но глаз не открывая.       Дик замер, концентрируясь в срочном порядке на том, что его рука все еще лежит на талии парня, и кажется она окаменела, потому как сдвинуть ее он не в состоянии. А через минуту он понимает, что она начинает гореть, а гость продолжает мирно спать, абсолютно никак не реагируя на покушение. Оцепенение, в котором пребывал Грейсон, не могло отпустить его еще несколько минут, сглотнуть слюну чтобы продрать пересохшее горло и то не было возможности, и только благодаря тому, что любовничек снова переместился в другую позу, обнимая подушку и зарываясь в нее лицом, Дик тихо сполз на пол, не забыв при этом поправить простынь так, словно его тут вовсе и не было.       Отойдя от шока и наконец закрыв рот, Грейсон на коленках пополз в сторону гостиной, мысленно молясь, чтобы по пути нашлись хотя бы брюки. Хотя если выпрыгивать в окно, а оно априори не может находиться на первом этаже, потому что хозяин любит забраться повыше, не спасут даже брюки. А еще там очень холодно, но можно рухнуть камнем хотя бы в сугроб и не умереть сразу. Но в сложившейся ситуации мгновенная смерть была бы, наверное, подарком. Или нет?       Сердце ухало в груди, притягивая его к полу, наливаясь тяжестью и смесью страха с ликованием, и казалось, что стук его вот-вот разбудит спящего. Дик набрал в легкие побольше воздуха и протиснулся из спальни в небольшую гостиную комнату, на долю секунды облегченно выдохнув и выцепив взглядом свои брюки.       Итак, Джейсон спит долго после выматывающих ночей, но мог ли считать Дик эту ночь одной из подобных? То есть он предполагал, что Тодд как-то разряжается, были даже жалкие мыслишки о том, что младший спит с Роем, но Харпер догадок не подтвердил, и только странно усмехнулся тогда. Патрули считались выматывающими, пусть Джей и говорил, будто ему все это нравится, но секс…       Щелкнув пряжкой ремня, Дик опустил голову, прорабатывая план побега или хотя бы защиты для начала. Вот пряжка бы подошла отлично, но если Джейсона поранить ею, то будет только хуже. А подливать масла в огонь не хочется, хотя вулкан все же рано или поздно проснется, и от этой мысли у Дика задергался глаз.       Тихо ступая по ковру, пытаясь одновременно слиться с тенями и найти свои вещи, Грейсон сменил локацию и заперся в ванной комнате, усевшись на край ванной.       — Итак, что мы имеем? — тихо начал он говорить сам себе, жестикулируя невидимому эксперту-собеседнику. — Я переспал со своим младшим братом. То есть он же мне не кровный брат, но все же. Поправочка, я переспал с Джейсоном Тоддом, с ебаным Красным линчевателем, и меня ждет смерть. Заебись, Грейсон, просто… фантастика.       Сокрушенно заскулив, Дик поднялся, уставившись на свое жалкое отражение в зеркале. Выхода не было, даже если он и сбежит, рано или поздно Джейсон нашел бы его, а скрываться от него было глупо и бесполезно. К тому же сложностью выступало и поведение перед семьёй.       — Он убьет меня, — запричитал парень, тихо включая воду, — он точно убьет меня. А если не убьет, то будет долго и упорно издеваться. И о чем ты только думал?       Да ни о чем он не думал в тот момент и прекрасно осознавал теперь, что прошедший вечер, по всей видимости, был просто последней каплей терпения. А алкоголь лишь убрал сдерживающий барьер, позволив насладиться запретным плодом, который вот-вот обрушит на его голову кару небесную. И ведь было настолько приятно, что в тот момент Дик не мог определить, настоящий это был Джейсон или очередная попытка представить его на месте очередного «кого-то». А в итоге все оказалось намного проще, и вот именно к этому Дик был не готов сейчас. То есть, не то чтобы он не представлял, как будет заниматься любовью с этим засранцем, но изначально у него все же был план, которого он придерживался и эта пьяная спонтанность резко разрушила все, не дав даже возможности придумать оправдание.       А Джейсон непременно захочет услышать, какого хрена происходит. Ну… перед тем как выкинуть в окно. Или повесить на люстре в гостиной, кстати она очень забавная.       Закончив умываться, Дик уткнулся лицом в мягкое полотенце, захныкав как в детстве, тем самым иногда провоцируя отца или Альфреда помочь решить ему какую-нибудь проблему. Но так как ни отца, ни старика дворецкого рядом не оказалось, ничего другого, как считать оставшиеся драгоценные минуты жизни, ему не оставалось. Ну еще можно было приготовить завтрак. Память как вовремя подсказала ему, что Джейсон имел привычку много есть на завтрак, оставляя весь день для своих дел, будь то потасовки в школе или истребление работорговцев в Ираке. Говорил — времени нет поесть, поэтому добрел только с утра и то не всегда. Стопроцентным успехом пользовался исключительно пудинг Альфреда, так что у Дика было мало шансов задобрить дремлющее божество.       А вот момент, когда Дик начал считать Джейсона божеством, он как-то упустил. Просто в один прекрасный момент все в жизни изменилось, расставив новые приоритеты, и кажется он тогда очень сильно повздорил с отцом. Потому что в отличии от Джейсона, Брюс не умел видеть людей настолько глубоко, как это делал Тодд: словно сканируя потайные уголки комнаты, в которой заперта человеческая душа.       Брюс мог лишь изредка подглядывать в эту комнату через замочную скважину, что и преобразило, как считал Дик, второго Робина, превратив его в подобие феникса, восставшего из пепла и огня, ставшего для него чем-то из ряда вон выходящим. Вместо того, что бы помочь Тодду раскрыться, Брюс навешал десятки чугунных замков, именуемых правилами и запретами, чем и погубил воспитанника.       И как бы они не старались, никто из из семьи так и не смог отпустить прошлого, поэтому Дик присматривался к настоящему и предполагал будущее.       С Джейсоном.       Быть может именно поэтому большая часть его мыслей была занята размышлениями о жизни Тодда: его поведением, его словами и мотивами, его правдой и его болью. Все чаще и чаще сталкиваясь с Джейсоном на улицах Готэма и пытаясь вернуть домой, Дик постепенно начал растворяться в нем, искать поводы для встреч и помощи, придумывая какие-то нелепые отмазки для своих зарождающихся чувств.       Искусав от напряжения губы, Дик окинул взглядом порезанные дольки свежих помидоров. Аккуратно выложив их круговым узоров на тарелке, он поставил произведение искусства на небольшой столик, и отправился на поиски сковороды.       «Лучше бы поискал у себя чуточку инстинкта самосохранения…» — иронично подумал Грейсон.       Иногда некоторые поступки кажутся нелогичными, и сейчас, например, Дик считал, что поступает совершенно нелогично, оставаясь в квартире Джейсона в ожидании… чего? Чуда или наказания? Может быть и не важно. В ожидании Джейсона.       Готовит ему завтрак и перебирает десятки способов, которыми Тодд уничтожит его. Первым вариантом на ум почему-то пришло повешение, что выглядело весьма не впечатляюще. Дик хотел умереть красиво… когда-нибудь, и не глупо, как например сейчас вполне представлялась возможность. Умереть на руках Джейсона было верхом его фантазии, с печальной музыкой и драматичным концом… как в кино. Только страшно. На самом деле, Дик боялся умереть, и именно этот повод стал второй причиной, по которой он полностью переключил свое внимание на Джейсона. На человека, который уже умирал. Ну знаете, по настоящему.       Отпугнув дурные мысли, Дик принялся выкладывать тонкие ломтики хлебцев на сковороду. Сперва все же важнее было бы объясниться, возможно даже придется соврать, что произошедшее было ошибкой, быть может Джейсон поймет и не станет отдаляться? Ведь они оба — взрослые люди. А секс… ну иногда это просто секс. Зато какой!       — Охуенный, — кивнул сам себе парень, облизывая палец с кетчупом.       Хлебцы зашкворчали в золотистом масле, щелкнула кнопка чайника. Размышляя о расправе над собой, Дик вдруг осознал, что настоящая угроза его… жизни - это если Джейсон оставит его? Уйдет, хлопнув дверью, ничего не говоря. Фигурально выражаясь.       Холод облизнул спину и спустился к рукам. Такая перспектива маячила на горизонте более реально, нежели расправа от рук Красного Колпака. И то, к чему привели домыслы, Грейсону совсем не понравилось. Отпускать Джейсона он не хотел, а если вчерашняя выходка заставит младшего действительно покинуть его? Их? Вынудит исчезнуть, потому как пересекаться с Диком после случившегося будет трудно?       Парень сглотнул, переворачивая ломтики вилкой и оглянулся, когда по ногам прошелся легкий холодок.       Что он скажет Брюсу? Мальчишкам? Что переспал с братом, хоть и не кровным, но все же братом, и что тот теперь будет избегать его и всю семью? Не проще ли сразу прыгнуть вниз головой? Нет. Определенно, Дик не продумал последствия всех своих замашек и желаний. Подставлять Джейсона под удар было слишком эгоистично с его стороны, нужно было сперва оговорить этот момент. Но каким образом?       — Хэй, Джей, мне нравится твоя задница, давай трахнемся? — скривился Дик, издеваясь над собой и складывая ломтики хлеба башенкой. — На утро ты можешь меня убить любым из двадцати придуманных мной способов. Например, мы можем одолжить трезубец Аквамена и я вполне готов на него опрокинуться. О! Или можно попросить Кори отпустить меня, когда мы будем на высоте пять тысяч метров над землей. Хотя нет, Кори тогда выходит соучастник… Это неправильно ведь…       Кривлянья Грейсона прерывает нечто холодное и тяжелое, упирающееся прямо в затылок. Щелкнул затвор предохранителя, и Дик закрыл глаза, крепко сжимая в руке маленькое кухонное полотенце.       Ну конечно же, самая очевидная смерть - это пуля. И увернуться ведь не получится, Джейсон в скорости стрельбы и меткости переплюнул весь Бэт-клан, о чем не поспоришь.       — Повернись, — хрипло прозвучал знакомый голос позади.       И Дик повинуется, медленно разворачиваясь и смотря сперва в дуло пистолета, затем в зеленые омуты напротив. Взгляд у Джейсона был осмысленный, не заспанный, слегка уставший, но вполне трезвый. А ведь Дик так и не вспомнил, был Тодд пьян в тот вечер или нет. А впрочем, это уже не важно.       — Эм… привет, Джей, — выдавить из себя улыбку оказалось сложной задачей, хотелось еще помахать рукой, но как-то не задалось...       — Какого хрена, Грейсон?       Джейсон был зол, очевидно. Мелкая дрожь в голосе выдавала его с потрохами, но если Дик все еще дышал, значит зол был не настолько сильно.       — Я задал вопрос — какого хрена, Грейсон?       Дуло пистолета нагло уперлось в мочку носа, задирая ее чуть вверх. Дику это показалось почему-то смешным. А может, он просто уже спятил.       — Ты ничего не помнишь что ли?       — Что за тупой вопрос? — ощетинился Тодд. — В отличии от тебя, я вчера не нажирался до беспамятства.       — Мне… — слова застряли в горле, хотелось просто убрать надоевший пистолет от лица и заключить встрепанного Джейсона в объятия.       — Что? Что ты можешь мне сейчас сказать? Тебе жаль?       — Что? Нет! — воскликнул Дик, дернувшись чуть вперед, но пистолет снова остановил его попытки сблизиться. Да так всегда! Это чертово оружие и возмездие постоянно мешает ему. — То есть да, мне жаль, очень жаль. Я виноват! Но… ты мог бы не отвечать мне.       — Мне кажется, ты сейчас не в том положении, чтобы говорить об этом.       — Послушай, Джей, — Дик снова упирается взглядом в руку Тодда, смещая лицо левее. Металл пугающе скользнул по щеке.       — Горит уже, — спокойно говорит Джейсон и Дик отрешенно зависает, глупо уставившись ему в лицо. — Хлебцы горят, — парень кивает в сторону плиты.       — Черт, прости! — Грейсон тут же подрывается к сковороде, выключая огонь, а когда оборачивается снова, Джейсон уже стоит опустив руку.       Ну хоть не застрелил сразу. Хотя все еще может быть впереди - стоит ему сделать только шаг навстречу младшему, как тот тут же возвращает пистолет в боевую готовность.       — Ты теперь еще и мою жратву спалить решил? Хочешь ускорить процесс перехода в иной мир?       — Джейсон, выслушай меня, — просит Дик, игнорируя опасность перед собой. Альфред сказал бы сейчас, что Дик посеял где-то свой инстинкт самосохранения, но отчего-то яркие чувства, ураганом бушующие в груди, неизменно толкали его сейчас к человеку напротив и плевать, что человек этот может за долю секунды наполнить мир темнотой и кровью.       Пути назад уже не было, оставалось только переходить в наступление.       — У тебя минута.       — Хорошо, — набрав в легкие побольше воздуха, Дик медленно начал сокращать расстояние между ними. — Я не знаю с чего начать, то есть я много раз думал об этом и не в моих правилах поступать вот так необдуманно, но то, что произошло между нами прошлой ночью, это не просто секс. Я хотел этого, по своей воле, и сожалею о том, что поступил эгоистично, не убедившись в том, что мои желания совпадают с твоими. Я пойму и приму любое твое решение, только не уходи от меня, ничего не ответив.       Убедившись, что Джейсон внимательно слушает его, Дик сделал еще один шаг, сгибая руку удерживающую пистолет.       — Сперва я был очень напуган, когда понял, что это ты, затем я решил, что стоит поговорить об этом, но не знал, смогу ли достучаться до тебя.       — И поэтому решил принести в жертву мой хлеб?       — И это тоже. Джей, — прикоснувшись к груди Тодда, Дик заглянул в изумрудные сокровища. — Для меня это дохрена много значит. Мне всегда казалось, что ты не видишь меня, только стремишься… обогнать, забывая о чувствах.       — Я видел твои чувства, — ровно отвечает Джейсон, склоняя голову чуть на бок, что бы удобно было наслаждаться пляской эмоций и испуга на лице предшественника.       — А? — Дик завис на секунду, слегка приоткрыв рот от удивления, и вздрогнул, когда крепкие руки сомкнулись на пояснице. Да еще и этот чертов пистолет так неудобно уперся в карман брюк, на правой ягодице. — Видел и молчал? Ничего не сказал мне? Да ты придурок, понял?       Резкая смена чувств переместилась румянцем к щекам Грейсона. Дик взвинтился и попытался вывернуться из объятий, цедив сквозь зубы какие-то ругательства. Джейсона это потешало судя по выражению лица, он легко посмеивался, пряча настоящий заразительный смех в глубине горла, что превращало его в еще более очаровательный звук.       — Ой, это же выходит, что я воспользовался твоим беспомощным состоянием? Мне светит статья, а… ты же детектив, — все еще продолжал издеваться Тодд.       Дик остановился, хмуря брови. Вот уж чего не ожидал, так это такой подставы. Значит видел все и испытывал? На прочность проверял?       — Это было обоюдно, гадина ты, — теперь настала очередь Дика злиться. Да как он только посмел! — Я тут значит с ума схожу, а ты оказывается все это спланировал изначально?       — Я ничего не планировал, ты сам напился. Мог бы свалить отсюда еще час назад.       — Вот так просто? И ты бы не нашел меня?       — Намеренно искать тебя я бы не стал. Просто рано или поздно нам пришлось бы встретиться, и я бы все равно наслаждался твоими мучениями.       Дик дернулся и укусил Джейсона за шею, на что тот зашипел, но с места не двинулся, еще крепче прижимая к себе злую колючку.       — Какого черта, Джей? Почему ты сразу ничего не сказал?       — Ну мне просто понравилось мучить тебя, потому что ты безмерно бесил своей правильностью, ну а потом мне стало жалко тебя, — мило улыбнулся Тодд, прищурив глаза. — Ты правда думал, что я позволю тебе себя завалить по пьяни?       Не найдя что ответить, стремительно поглощенный эмоциями и оглушенный стуком собственного сердца, Дик снова попытался вырваться из хватки, но вышло… в общем, не вышло. Джейсон держал крепко и безумно приятно, желанно по-собственнически, не оставляя сомнений в том, что вся эта игра с запугиванием всего лишь очередная шутка засранца. Ликование нахлынуло с новой волной, и Дик прильнул к чужим губам с такой жадностью и злостью, будто к воде посреди пустыни, хаотично лапая все, что только попадалось под руки в таком положении. Намеренно вцепился в волосы и сжал в кулак, что бы Джейсону было хоть немного больно.       — Ненавижу тебя, — в перерывах между поцелуями заключил Дик.       — Это взаимно, — Джейсон улыбался, пока Дик сцеловывал эту мягкую улыбку с покрасневших губ, но отвечал мягче и позволял Грейсону терзать себя, пока тот не выпустит весь страх и сомнения. — А еще ты мне должен новый завтрак.