Red collection - Jason

      Сегодня он слишком устал.       Тяжесть в голове немного отпустила, Брюс отошел от приборной панели и окинул пещеру взглядом: после вчерашнего патруля в ней царил полный погром. Задание едва не провалилось, и Брюс все еще готовит подходящие слова, чтобы поблагодарить и в то же время отчитать Джейсона за все, что тот успел натворить.       Конечно, спасение Дика и Тима стояло выше в приоритете диалога Брюса, но закрыть глаза на искалеченные тела врагов он никак не мог. Но если признаваться самому себе, то большая часть претензий Уйэна состояла только в "Джейсон ты должен думать о своей безопасности!", потому что воспитанник выступал в роли некоего хрупкого существа, которое могло уничтожить что угодно и где угодно.       В самом восприятии Брюса.       Он переживал за всех своих детей, несомненно, но почему-то уверенности в Джейсоне он так и не нашел. В отличии от Тодда, трое других соблюдали правила, хоть и делали вид, будто идут на поводу бунтарского духа. Брюс знал, что они выживут, знал, что они отнесутся к своей жизни рассудительно, и предпочтут сохранить ее, в то время как Джейсон откровенно плевал на все это... особенно на себя. И это заставляло Брюса впадать в паранойю, особенно когда Колпак исчезал на несколько недель, не выходя на связь.       Однажды пришлось выловить Харпера, и то благодаря соучастию Оливера, чтобы узнать, по каким причинам Джейсон старается игнорировать сообщения Бэтмена и какого черта в целом происходит с ним. Рой замялся в тот злополучный вечер, по нему было видно, что он желал куда-нибудь сбежать, потому что семейные разборки напарника его совсем не радовали, и подводить Джейсона он категорически не хотел, но под напором Темного Рыцаря все же обмолвился о том, что Тодд не считает нужным "терзать старика, потому что для него это не имеет значения".       Такое заявление не то что оскорбило тогда Уэйна, оно просто прожгло ему грудную клетку, и огонь гнева горит до сих пор. Джейсон поначалу частенько подшучивал над своей судьбой и смертью, что однажды достало Брюса и тот поспешил сообщить ему об этом, правда не совсем в корректной форме. Но кто же мог предположить, что брошенная в тот день фраза заставит Джейсона отдалиться настолько быстро и настолько ощутимо? Обиды Джейсона, как правило, не утихали, а лишь перерастали в план действия, и дай Бог, если этот план не должен был заканчиваться чьей-то смертью. Одним из таких способов переосмысления своей обиды стал Красный колпак, надетый на голову, и оружие, пущенное не в то русло.       Брюс смотрит на потемневшие кровавые следы на койке, которые в тусклом свете кажутся черными дырами, затем замечает блеск металла на столике рядом. Для операционных инструментов предмет, приковавший внимание, был слишком массивным, но не менее пугающим. Кажется, Джейсон сбросил свое оружие не задумываясь, помогал Альфреду усадить раненного Дика и так же оставил его здесь, исчезнув на всю ночь из поместья. Бэтмен лелеял надежду, что воспитанник не ввяжется в очередную катастрофу.       Пистолет тревожной тяжестью лег в руку.       Пальцы неуверенно сжали рукоять.       Брюс прикусил губу, поглаживая рябь узора под кожей, повернул оружие, рассматривая рисунок на стволе и свое искаженное отражение.       Оттуда, сквозь серебро металла, на него смотрел совершенно некто иной, чужеродный и опасный. Тот, кого он держит на цепи всю свою жизнь. Тот, кто появлялся все чаще и чаще рядом с Джейсоном, тот, кого даже в отсутствии Джейсона смогло вызвать лишь одно прикосновение к оружию и тот, кто так навязчиво нашептывает ему, что еще есть шанс искупить свою вину и ...       ...Брюс резко выставил руку перед собой, целясь в пустоту пещеры.       Шумят лампы и компьютер позади, где-то эхом отдается щебет летучих мышей, притихших над головой. Наверху, в поместье, царит тишина, возможно Дику удалось уснуть, а Тим снова увяз в своем компьютере. Альфред и Дэмиан в городе, остался лишь он один, наедине с тишиной и чужой силой.       Силой, которую он так неуверенно держал сейчас в своих руках, боясь в то же время отпустить и отвернуться. На этот раз у него не получилось бы, и он осознает это, когда дуло пистолета уже направлено в сторону стеклянной витрины, за которой по прежнему висит костюм второго Робина.       И рука начинает крупно дрожать.       Крепко зажмурившись, Брюс подавляет раздражение в глазах, делает глубокий вздох и снова смотрит на оружие - Джейсон прав, он не сможет остановить его, если наступит тот момент, о котором Брюс не хочет думать. Джейсон слишком ... Джейсон. В памяти все еще нерадивый мальчишка, с огромным потенциалом и добрым сердцем.       Ощущение, будто он держит что-то... чужое, то что совсем не принадлежит ему, но является таким важным и в то же время знакомым, терзает его изнутри.       Пугающее любопытство всколыхнуло его изнутри, заставив крепче сжать рукоять. Крепко ли держит его Джейсон, спуская курок? И как сильна отдача при выстреле? О чем думает воспитанник в тот момент, когда делает последний выстрел? И осознает ли он все возможности своей власти?       Вопросы возникали сами собой, Брюс даже не особо задумывался о порядке, просто внезапно они стали так много значить для него, не смотря на то, что ответов он никогда не узнает.       Рядом повеяло холодом. Мужчина оглянулся и замер, если в его положении можно было окаменеть еще больше.       Джейсон стоял и молча смотрел на него, держа руки в карманах джинс. Кажется, что-то жевал и тихо сопел, заинтересованный спектаклем одного актера. Брюс не мог понять, какие чувства испытывал на данный момент его сын, но спокойствие слишком напрягало своей неправдоподобность.       Хотелось что-то сказать, но стоило только Брюсу сделать одно движение, как Джейсон сделал шаг навстречу. Затем еще один и еще.       И вот он уже стоит совсем рядом, так же молча разглядывая наставника. Тянется к нему, аккуратно проводя пальцами по стволу пистолета, спускаясь к чужой руке. Проходится подушечками пальцев по коже, задевает манжет рубашки и легонько давит, заставляя руку опуститься.       Джейсон обходит его медленно, исчезает из поля зрения, двигается будто призрак, пока Брюс старается запомнить каждое движение и звук. Немного страшно.       Легкий смешок сзади вызывает мурашки по спине. Он знает, что Джейсон не станет учить его или давать советы по эксплуатации огнестрельного. Он просто продолжает медленно шагать вокруг наставника до тех пор, пока не становится прямо перед ним.       Сердце Уэйна заходится, в тусклом свете лицо младшего кажется бледнее обычного, будто и правда призрак? На долю секунды, на крохотный момент ему вдруг кажется будто он сошел с ума, с Джейсоном и правда что-то случилось и теперь его дух преследует его? Нет-нет! Брюс бы не допустил этого.       И Джейсон не исчезает, лишь мягко улыбается, прекращая жевать. Подходит и медленно изымает оружие из руки Бэтмена. Он ничего не говорит, просто смотрит из под отросшей челки так, что и слов никаких не нужно. А глаза такие виноватые, что Брюс теряется, тянется к воспитаннику и ...       ...просто обнимает. Сперва осторожно, будто пробует на ощупь, не фантомный ли, затем крепче и еще крепче, вырывая тихий стон, видимо причинив все же неудобство. Но отпускать не желает, зарываясь пальцами в густые вихры, а Тодд просто молча терпит, уткнувшись носом в плечо ментора.       Брюс понимает, где личные грани, где грани чужие: эта судьба не его, и орудие возмездия не его, методы не для него, все это - принадлежит только Джейсону и только он может выдержать этот груз. И со своей стороны, Брюсу нужно просто принять это, помочь ему, потому что изменить судьбу погибшего Робина может только время, повернутое вспять. А такой возможности у них нет.       Есть просто первый шаг, который они должны сделать вместе и есть Альфред, тихо наблюдающий немую сцену, впервые за долгое время испытавший облегчение, когда два таких сложных человека наконец попытались понять друг друга, не угробив при этом себя и окружающих.       Как оказалось, проще договориться... без слов.