Триггер

      Как узнал Эдди, выступление мальчишек запланировано на субботу в честь дня рождения Виктора. Об этом узнал весь университет буквально за пару дней, так что вокруг себя Каспбрэк слышал только имена участников группы. «Ричи просто невероятный!», «Хочется услышать новые песни, обожаю Бэна!», «Майкл такой интересный!», «Скорее бы суббота, хочу поздравить Вика!». Эдди уже тошнило от этого всего. А ещё больше тошнило от Ричи, который ежедневно мельтешил перед глазами, как надоедливая муха. Осталось прибить его тяжелой тапкой. И парень ощущал, что уже на грани того, чтобы совершить это. Но Эд с горечью признавал, что самочувствие его и успеваемость буквально полетели вверх. Беверли беспрестанно намекает на то, что соулмейт положительно влияет на человека, но Каспбрэк предпочитал думать, что это его личные достижения. Ещё не хватало все успехи приписывать присутствию балабола в его жизни. — Чего задумался, крошка? — раздался голос над самым ухом, и брюнет вздрогнул, закрыв шею ладонью. От горячего обжигающего дыхания левые рука и нога покрылись мурашками, а поясницу свело. Отпрянув, юноша уставился в огромные глаза, увеличиваемые очками. На кой-хрен он согласился вообще провести вечер с этим полоумным? Ах, точно, он и не соглашался. Чёртов Тозиер удачно подловил его и воспользовался сосредоточенностью на домашнем задании, пригласив. Эдди слишком задумался и согласился, лишь бы рыжий пошёл прочь отсюда. А сейчас ему приходится сидеть не на своей постели, слушая классическую музыку под размеренное мычание Ричи. Он даже не успел сообразить, как балабол так быстро оказался рядом с ним. — О тебе мечтаю, — язвительно и с явным отвращением в голосе ответил Эдди. Ричи просиял, радостно хлопнув в ладоши. — Я так и думал! — Тозиер был слишком близко, поэтому Каспбрэк нервно отодвинулся, закатывая глаза. Последнее время это вошло в привычку. — Напомни мне, на кой-хер я тут сижу-то? — Просто так, — пожал плечами Ричи, уползая на пол к исписанному нотами листу. — Для моего спокойствия. — С какой стати я должен беспокоиться о тебе и твоём грёбанном спокойствии? — Эдди вспыхнул от ярости, ведь попусту тратит полезное для чтения время. — Я догадывался, что ты уже тупым родился, но рецидива, кажется, не ожидал. Я пойду к себе. Надеюсь, завтра не увидимся. — Сеньорита, ты куда?! — вскочил Ричи, поднимая очки на макушку и догоняя брюнета. Тяжелая рука ударила по приоткрывшейся двери, закрывая её. — Бросишь меня в одиночестве, пока Хэйстэк занят с рыжей? — На что ты намекаешь, ишак паршивый?! — Эдди уже напрягся, внутри него закипала ярость. Ричи сначала не понял, к чему было это сказано, но вдруг ахнул и засмеялся. — Эдс! Я даже и не подразумевал этого! Ах ты грязный шалунишка! — Тозиер расплылся в хитрой улыбке, а Эдди готов был провалиться сквозь землю. А, желательно, через пол прямо в свою чёртову комнату, чтобы не видеть эту улыбку и бледное веснушчатое лицо. Отшвырнув Ричи, он распахнул дверь и почти бегом помчался к лестнице, чтобы вернуться на свой этаж. Вслед ему долетели слова: «Найду тебе ВИП-карту на завтрашнее выступление!»       Ричи привык слышать оскорбления в свой адрес, но из уст Каспбрэка они звучали как-то безвинно и даже забавно. А смех Тозиера только сильнее распалял Эдди, что приводило к целым спектаклям (Вик сразу же бросал все дела ради этого). Последние дни он находился рядом с Эдди постоянно, так как именно с ним ощущал себя полным вдохновения. Даже успел продумать пару новых идей для песен, но пока не планировал их воплотить в жизнь. Когда рыжий смотрел в его глаза, то успокаивался, сам того не понимая, а лёгкий запах мятного шампуня Эда ему нравился. Он порой удивлялся, что такие продаются.       На репетиции день назад им удалось прекрасно отрепетировать шесть песен. Виктор сам выбрал количество, опираясь на своё любимое число. По его словам, шесть — самая счастливая для него цифра. Сами песни выбирали они уже вместе. В субботнее утро Виктор проснулся довольный, так как его сосед по комнате в то же мгновение входил в комнату с парой упаковок подарков. — О, Питер, доброе утро, — улыбчиво произнёс Виктор, потягиваясь. Сосед поставил новые подарки рядом с остальными возле кровати. Этого юношу звали Питер Гордон. Милый, спокойный мальчишка, сынуля богатой семейки. — Заходили Энн Бродерик с математического, Мира Дуглас с химического… И Салли Мюллер, — последнее Гордон добавил как-то хитро, улыбаясь. Виктор вдруг подскочил, осматривая принесённые подарки. — Правда? Она приходила?! А она… — Нет, как всегда с недовольным лицом. Подарка не принесла, — пожал парень плечами, а блондин грустно осмотрел небольшую гору с подарками. Вроде бы, что нужно для счастья? Больше половины университета тебя обожает, а ты, идиота кусок, влюблён в зануду с факультета исследования мозга. Виктор ещё с середины первого курса бесповоротно влюбился в эту девчонку в очках и с вечно упрекающим взглядом. Может, в детстве она была другой, однако сейчас это серьёзная и умная девушка, которая стремится к обучению. И Вик ничего с собой поделать не может, но никому не рискует рассказать о своей влюблённости. Только Питеру известно. — Ну, пора бы мне уже привыкнуть, что ей я не интересен, — вздохнул парень с улыбкой на устах. Не показывать же Гордону свою слабость, так? Конечно так! К тому же, сегодня очень ответственный день. Поднявшись с постели, он отправился в ванную, умылся и стал собираться на контрольную репетицию.       В актовом зале уже были все: Бэн улыбчиво переписывался с кем-то, Рич настраивал гитару, а Майк постукивал палочками по полу, читая учебник. Как же он любит этих троих идиотов! Улыбка расцвела на его лице, он закричал: — А где мои поздравления, засранцы?       Мальчишки оторвались от своих занятий и стали поздравлять друга, вручая подарки блондину. Крисс радостно поправил гитару за спиной и встал на своё привычное место, мальчишки точно так же, приступая к репетиции главных песен.       Вечером ребята уже переодевались в более праздничные наряды. Выделялся среди них, безусловно, Виктор, надев чёрные джинсы и того же цвета рубашку, закатав рукава до локтя. На руках его были перчатки без пальцев, вокруг шеи серебряная цепочка. Выглядел он, между прочим, очень соблазнительно, если удачно состроит глазки. Бэн надел чёрную майку, показывая всем свои мышцы, на тёмно-синих джинсах висела пара цепочек, высокие сапоги создавали иллюзию, что он ещё выше. Ричи же вовсе выделился, в первую очередь, красной повязкой на лбу. Чёрная с зелёным принтом футболка плотно обтягивала его стройное тело, на бёдрах повязана клетчатая рубашка тёмно-зелёного в серебряную полосу цвета, а красные вставки на чёрных джинсах гармонировали с повязкой. Выглядел он, безусловно, отлично.       К восьми часам концертный зал был переполнен студентами, которые выкрикивали поздравления Виктору, пока тот сосредоточенно настраивал гитару. Ричи внимательно осматривал всех присутствующих, надев мельком очки. Ему было как-то всё равно на чужое мнение относительно этих нелепых очков, но линзы ему просто не нравятся. В толпе он различил Беверли, которая разговаривала со Стэном и легко улыбалась. Рядом с ними Билл и Одра, тоже разговаривали, а в их компании Эдди, явно недовольный. На сцену тот даже не смотрел. Улыбка тронула губы Ричи, он ощутил прилив уверенности, потому мельком проверил готовность гитары. — Добрый вечер! — заговорил в микрофон Бэн, и зал залился оглушительным воем. — Сегодня мы решили вас порадовать шестью новыми песнями, три из которых написал не я. Их автором является Ричи, но не огорчайтесь, если они окажутся плохими. Он сам по себе не очень-то талантлив.       Зал залился смехом, а Тозиер швырнул медиатор в голову другу, недовольно надувая губы. Пока Бэн продолжал свою речь про Виктора и его день рождения, Ричи ползал по сцене в поисках утерянного медиатора, чем веселил зрителей, хотя и не осознанно. Эдди было ужасно стыдно за своего соулмейта, он даже не смотрел на него.       Виктор всем лучезарно улыбался, слыша поздравительные возгласы, как вдруг заметил движение возле входа в помещение. Вошли три девчонки, и последняя не отличалась особой радостью во взгляде. Метнув тяжелый взгляд на сцену, она тут же отвернулась, по-королевски проходя дальше. Тут-то Крисс понял, что очень волнуется. И надо было прийти ей тогда, когда Виктор ждал меньше всего! — Ну что, начинаем? Ричи, давай!       Ричи заиграл на гитару под громкие вопли, потому заулыбался. К нему подключились Майк с Виктором, и вскоре Бэн запел*. Виктор старался не смотреть в зал, сосредотачиваясь на игре. Салли, которая пришла с подругами, тем временем внимательно изучала каждого юношу на сцене, задержавшись в итоге на Викторе. Сузив глаза, она внимательно следила за каждым движением этого парня, сложив руки возле груди. Неделю назад он хотел заговорить с ней, но кроме «Привет. У тебя сегодня классные пальцы» ничего сказать не смог. Очень странный парень, который от волнения вообще говорит околесицу. Салли тогда сразу убрала руки, хмурясь, ведь вся её ладонь — метка соулмейта. Это, между прочим, достаточно частая метка, ведь касания порой бывают непосредственно рукой.       Песня закончилась, и Бэн нагнулся за бутылкой воды, отпивая немного. — А сейчас будет мрак! Авторство Ричи Тозиера! — Не заставляй меня снова швыряться медиатором, — отдалённо послышался недовольный вопль Ричи. — Шучу-шучу. Песни у него, на самом деле, отличные. Итак, «Комната страха!»**       Эдди не мог оторвать взгляда от сцены. Парень внимательно осматривал своего соулмейта. Как же он так спокойно ведёт себя при толпе? И вообще не волнуется! Это же надо, какая выдержка. Ричи так свободно себя чувствует при чужих взглядах, подпевает к песне (отличным, между прочим, голосом) и успевает кривляться. Может, самую малость Эдди и гордится тем, что его соулмейт не какой-нибудь скучный с физического, а вот такой не закомплексованный музыкант. Феноменальное везение. — Добро пожаловать в комнату страха! — допел последнюю строчку Бэн, и песня закончилась. Зал залился аплодисментами, и мальчики заулыбались. Ричи театрально поклонился, касаясь гитарой пола, и вдруг выпрямился, подмигивая Эдди. Тот закатил глаза, складывая руки на груди. Восхищение прошло.       Парни исполнили ещё три песни, и Виктор уже постепенно расслаблялся, ощущая себя спокойнее, даже привычно гримасничал, то ухмыляясь, то беззвучно подпевая, чем очаровывал поклонниц. Последнюю песню они долго выбирали, остановив свой выбор на «Дешевле пить в одиночку»*** Виктор мельком взглянул в ярко-зелёные глаза за стёклами очков и легко улыбнулся. Он также помнил свой провал неделю назад, потому чувствовал себя немного неуютно. Заиграла музыка, Виктор подключился в нужный момент и на припеве начал петь вместе с Бэном и Ричи, так как с Тозиером они отвечали за бэк-вокал.       Эдди изумился, когда Ричи исполнил тяжелое соло с блеском, без единой ошибочки. Талантливый парень, не иначе. И Каспбрэку нравился этот талант. Прекрасная работа руками, как бы двусмысленно это ни звучало.       После выступления сцену завалили подарками, и Виктор обнимался с некоторыми девушками, хотя взгляд его часто останавливался на Салли, которая и не планировала даже смотреть в его сторону. Точнее, так считал сам Вик. Когда толпа рассосалась, а в концертном зале остались только четверо участников группы и их компания, Крисс заметил, что Мюллер уходит самая последняя. Добежав до неё, парень легко коснулся её рубашки, заставляя обернуться. Вишнёвый запах её духов донёсся до блондина, он застыл на месте под укоризненным взглядом девушки. — Привет, Салли, — он неловко почесал затылок. — Как тебе наше выступление? — Как всегда, Крисс. Я хожу сюда только ради Энн и Миры, которые от тебя без ума, — голос её, однако, был очень тонкий и мягкий, что трудно представить, глядя на неё. Виктора он просто сводил с катушек. — А, — отозвался он. — Я думал… Ну, ладно, спасибо, что пришла хоть.       Виктор обернулся и вдруг ощутил крепкую хватку к предплечью, потому дёрнулся от резкого покалывания. Салли убрала руку от него и вылупилась на ладонь где пропала её метка. Крисс вновь встал лицом к ней, заглядывая в глаза. Кажется, он счёл за покалывание то, что Мюллер просто задела его ногтями. — Что-то случилось? — он чуть нагнулся к её лицу, вдыхая аромат вишни. — Вот, — она сунула ему в руку брелок, быстро разворачиваясь и уходя прочь. В эту минуту Виктор считал себя самым счастливым человеком на Земле, надевая кофту с длинным рукавом поверх рубашки. Он так и не заметил никаких изменений, поглощённый впечатлениями от подарка своей возлюбленной.