Мамонтёнок

Увы, постоянство теперь не в цене, Увы, не в цене обещанья. Нас ветром разносит по этой земле — Какие уж тут прощанья. Какие уж тут прощанья.

      Чужой взгляд скользит по ставшей чересчур чувствительной коже, чужие пальцы касаются тела, делясь так необходимым мне теплом, хриплый стон вырывается из горла в месте с:       — Мадара, может хватит уже, а? Ты мне так кожу до дыр сотрёшь, что ты вообще там пытаешься найти?       — Шрамы. От каждой новой жизни на коже остаются следы. Печать позволяющая перерождаться сохраняя не только воспоминания, но и принадлежность к одной и той же семье — несовершенна, копятся ошибки. Ты уже нашла решение этого вопроса? — в черных глазах невозможно прочесть ни одной эмоции.       — Я думаю над ним.       — Медленно.       — У нас ты гений, а не я, — недовольно ворчу, но продолжаю покорно подставляться под изучающие прикосновения жестких пальцев.       — Ты Узумаки.       — Я думаю над решением, — рывок и я оказываюсь нос к носу с Мадарой.

Не прощаясь, уходят из жизни сей, Не прощаясь, выходят в люди… Только в детстве мы встретили старых друзей, И новых старых не будет. И новых старых не будет.

      — Если ты не найдёшь решения, то это сделаю я, — вздыхаю, осознавая что в этом случае скорее всего мне придётся распрощаться с печатью созданной для меня семьёй. Да, спустя столько времени и новых рождений, я всё еще Акане Узумаки и становиться Учиха и сверкать шаринганчиками как-то желания нет. А он ведь из принципа подобное устроить может.       — Мне нужно время на изучения Хогьёку, и как можно больше информации о техниках квинси. В условиях того, что на нас из-за моего длинного языка объявил охоту весь мир… это проделать будет довольно проблематично. Но, даже если я совершу все расчеты, без духовного целителя провести нужные изменения будет невозможно. Особенности ян Узумаки, слишком долго воздействовали на мою душу, даже до активации печати перестраивающей тело я обладаю рядом особенностей которые иначе не объяснишь, однако это же делает инь…       — Время и целитель. Я дам их тебе, — ставит перед фактом Мадара прежде чем покинуть сделанное одно из многочисленных убежищ разбросанных по всему земному шару.       Несмотря на то, что в нём и выросло моё нынешнее воплощение сомнений в том, что оно всё еще безопасно, у меня нет. Я до печенок впечатлила Готей 13, так что смываться от них пришлось довольно… специфическим способом, конечно, Мадара при этом всё вспомнил, но сам подобный способ возвращения памяти ему не понравился. Можно подумать мне его спектакль «сделаем сёздё былью» понравился…       Передёргиваюсь и начинаю одеваться — нижнее бельё, школьная форма, многочисленные цепочки и браслеты занимают своё законное место. Приятные ощущения, тело впервые в идеальной форме и не требует никаких дополнительных тренировок для того, чтобы вернуть мне мой прежний уровень как бойца. Печать действительно несовершенна… Забавно, что жизни спустя я смогла понять действия Узузкаге в отношении нашей семьи, а простить — нет.        Шиноби, волшебники, шинигами… как всё-таки мало различаются люди меж собой — страх толкает на безумные поступки. Узукаге он толкнул на то, чтобы избавиться от моей семьи, Воландеморта поднять палочку на младенца, а Готей… сколько детей рождённых со мной в один день было ими убито, а души запечатаны?       Куросаки… благодаря кому началась охота на меня и тот, кто не позволил удушить меня во младенчестве. Тот, кто снова пошел против действия Готей 13 считая их ошибочными. Ичиго… Глупость, благодарность или еще что сподвигло его на это, но я склоняюсь, что парочка десятков печатей моего производства, как и инструкции по их применению, которые помогли избежать войны с квинси, принесли свой плюсик к карме, что в итоге и сработало катализатором для активации благородства рыжего. Конечно, оставляла я их не ему, а его очкастому другу, но тот наверняка не упустил возможность в очередной ткнуть рыжего в несовершенство Готей. Жаль, что новому Императору квинси и временному шинигами из людей, сохранить дружбу оказалось слишком сложно.       Действительно жаль.

Пусть нас оправдают хоть тысячу раз, А мы уж себя — непременно. Но старых друзей все меньше у нас, И новые им не замена. И новые им не замена.

       Система безопасности убежища расползается по швам от слаженных атак толпы шинигами, а в комнату управления заваливается Мадара притаскивая на плечах двух полуголых женщин одна из которых в тюремной робе, а другая опутана верёвками — рыженькую и брюнетку. Смущенная кареглазая блондинка с мозгом в колбе в руках из квинси, робко выглядывающая из-за спины Учиха только добавляет колорита.       — Орихиме, Унохана и…?       — Девушка — Лильтото Лэмпард, мозг — Грэмми Тумо.       — У Вас тут очень сытно находиться, Узумаки-сама, — после едва слышного приветствия выдаёт блондинистое чудо. — Грэмми только очень смущен тем, что не может тут ничего подправить, кроме самого себя, Вы не могли бы убрать этот эффект, чтобы мы могли немного утихомирить шинигами?        — На сколько вас двоих направил ко мне Император? — озадаченно почесывая в затылке спрашиваю я.       — На тот срок который Вы посчитаете нужным.       — Даже, если я решу забрать Вас обоих навсегда?       — Да, Узумаки-сама, — с предвкушающей улыбкой поворачиваюсь к Мадаре.       — У тебя еще остались какие-то дела в этом мире?       — Нет.       — Что ж… всегда мечтала испытать, как эта печать покажет себя в деле.

И как получилось, и кто виноват? Нечистая чья-то игра: Прощались мы тысячу лет назад, И верили, что до утра.

      Вцепляюсь в волосы, из горла вырывается полу вой полу рык, я бьюсь головой об столешницу. Мозги кипят и совершенно отказываются работать. Мадара работает над сознанием Уноханы, квинси после сбора данных и нужных образцов отправлены домой. Орихиме захватила кухню и стала нашим шеф-поваром.       Мне определённо нужно покинуть убежище и немного развеяться иначе я точно чокнусь! ***       — Любопытный барьер, — говорю я проходя мимо типа с замотанной бинтами нижней частью тела, протягиваю руку и она наталкивается на препятствие, а по пальцам змеятся мелкие зелёные молнии. — Вот как?       — Мисс, что Вы… — попытается наладить общение неизвестный перестав таращиться на мой видимо слишком необычный для местных стиль одежды. Серая юбка, белая рубашка с коротким рукавом, бежевая жилетка, серый пиджак, алый галстук-бантик, серые туфельки с белыми гольфиками, в сочетании с моей выдающейся фигурой и якорями для пространственных карманов делающими меня немного похожей на рождественскую ёлку…        Кажется, я слишком засиделась четырёх стенах. Да и… тут простенькая система опознавания «свой» — «чужой» взламывать фактически нечего!       — А если сделаю так? — губы разъезжаются в предвкушающем оскале, на одежде активируется маскировочная фуин — рука больше не встречает сопротивления и я оказываюсь внутри привлёкшего моё внимания барьера.

Пусть день пройдет без забот о былом, И вечером этого дня Мы сядем все за одним столом У одного огня. У одного огня.

      — «Ваша Чистая Сила у меня. Ха-ха-ха», хм… — читаю в слух сообщение оставленное на стене комнаты, где должен был быть генератор барьера. — Источник однако всё еще тут… Полноценное иное измерение или пространственный карман? И… — не удерживаюсь от того, чтобы презрительно сморщить нос, оглядывая написанные кровью буквы. — … Что за дурное ребячество?       — Инь или Ян? Их смесь?.. — пытаюсь определить я, но… у меня ничего не выходит. Энергия разлитая вокруг не даёт нужных ответов, ускользая так же как когда ускользала инь, что оперировали шинигами. — Что-то иное?       Из любопытства достаю из кармана Ключ Короля и он едва заметно глазу мерцает.       — Измерение значит…       Эх… Возможность вспомнить себя в новой жизни изрядно ослабляет инстинкт самосохранения, а он у меня и до этого был не сильно развит…       — Только одним глазком… ***        — Мы наследники супер-человеческих генов Ноя, старейшего в человеческой истории проповедника. Поэтому мы не совсем такие как остальные, мы сильно отличаемся от такого ничтожество вроде вас! — говорит воплощение Мечты семейства Ноя, регенерирует нанесённые самой себе Чистой Силой Алена Уолкера раны, и взлетает медленно отодвигаясь в сторону и собираясь атаковать. Свечи парящие в воздухе в празднично раскрашенных рожках, обращаются острыми концами к экзорцисту. Мгновение и они несутся в его сторону, чтобы…       — Яре-яре, тут оказывается действительно кто-то в куклы не наигрался вот и столь безвкусно стал портить стены. Супер-человеческие гены? Радует что остальное человечество таких дефектов не унаследовало, — высокомерно оглядывая Мечту, кривится красноволосая. — Какое… удручающие зрелище — лоли в окружении монстров. Даже думать не хочу, как ты… играешь с ними пока никто не видит.       — Что ты несёшь, толстуха?!       — Ох, когда человеку нечего возразить, чтобы скрыть свои грешки он переходит на внешность оппонента… — сцеживает в кулак зевок рыжая, чья ядовитая усмешка выводит из себя Мечту.

А наш огонь никогда не гас, И пусть невелик — ничего! Не так уж много на свете нас, Чтоб нам не хватило его. Чтоб нам не хватило его.

      — Кем бы Вы не были, но спасибо Вам за помощь, — улыбается Ален.       — Ну, мне нужно было немного размяться, а то я совсем засиделась у себя в четырёх стенах, так что не стоит… — договорить она не успевает, так как оказывается на вскинутой на плечо сурового вида длинноволосым мужчиной в неполных самурайских доспехах. — Эй! Я разговариваю!       — Ты нашла способ для своего исцеления?       — Больше семи сотен лет над расчетами, это же свихнуться можно! Мне жизненно необходимо было глотнуть свежего воздуха! К тому же ты заметил эти артефакты? Они преобразуют чакру в непонятным образом выводя её на новый уровень! Наблюдать за работой этих механизмов так познавательно! К тому я столкнулась с очень интересной печатью на душе… В общем, если нападёт кто-то темнокожий с рисунком из четырёхлучевых звёздочек идущих по лбу, убивать не рекомендую только — зря время потратишь, как и запечатывать. Эта мелкая зараза мне столько свитков по перепортила! И…       — Даже не думай.       — Но она обозвала всех, кто не носит кровь Ноя ничтожествами! Даже не ангела, а какого-то библейского проповедника! Что б ей лично Шинигами-сама встретить и…       — Вылечись и воюй.       — И это мне говорит тот, кто четыре раза…       — Ака, дорогая моя.       — Ик!.. Ха-ха-ха. Мне тут одна идея в голову пришла пойду проверю! Ха-ха-ха! — красноволосая исчезает с тихим хлопком. Взгляд черных глазах проходится по экзорцистам заставляя их синхронно сглотнуть.       — Не рассчитывайте на помощь. У вас есть тот, в которого вы верите, и требуйте с него, а нас не тревожьте. Использовать… сестру по божественной крови я не позволю, и если потребуется отправлю этот мир в небытие.       На последних словах из центра зрачка в обоих глазах незнакомца распускается причудливым цветком черно-алый рисунок, экзорцисты оказываются в мире освещенном алой луной, прикованные к крестам среди гор трупов, затем вид сменяется на пустыню, и в сознании каждого из них рождается уверенность, что окружающий их песок был не кусками камня, а чьими-то костями. Мгновение и всё это пропадает.       — Я предупредил, — прежде чем исчезнуть произносит это существо.

Я с ними проблемы свои решу, Те, что не решил без них, А после прощения попрошу У старых друзей своих. У старых друзей своих.

      — Ты такой довольный… что же такого ты им соврал? — подозрительно спрашиваю я, глядя на практически засевшего над душой, чтобы не думала куда-то сбегать Мадару.       — Я не лгал.       — Даа-а-ааа? — недоверчиво тяну, смотря в абсолютно непроницаемые глаза Учиха.       — Немного преувеличил.       — Теперь точно тихо из базы никуда не вылезти, — нервно сглотнув, недовольно бормочу я и… эта гордая задница величественно удаляется по своим делам, заставляя меня тоскливо вздохнуть. ______________________________ * Машина Времени — Старые друзья