Код "W". Монстр

      Чанёль без стука влетел в кабинет Бэкхёна.       - Что за жуть происходит у нас в приёмной? Кто все эти люди? – с любопытством спросил он, плюхаясь на кожаный офисный диван и тут же вальяжно на нём разваливаясь. С завтрашнего дня он официально уходил в отпуск, собственно говоря, как и Бэкхён, поэтому сегодня позволял себе определённые вольности.       Бизнесмен бросил строгий взгляд на своего помощника поверх ноутбука. До того, как Чанёль ворвался в его рабочую обитель, Бён явно был увлечён каким-то важным делом, но Чанёль нарочно это проигнорировал, ведь непривычный ажиотаж в приёмной вызывал у него гораздо больший интерес, чем занятость возлюбленного.       - Я нанял команду организаторов. Они ждут, когда я их приму, - коротко пояснил Бэкхён и снова вернулся к работе.       Но Чанёля такой расплывчатый ответ не удовлетворил. Он резво вскочил с дивана, не успев на нём толком поваляться, подошёл к столу и, расставив руки по бокам от директорского ноутбука, непозволительно близко наклонился к Бёну.             Бэкхён озадаченно вскинул брови.       - Что твоя команда будет организовывать? – поинтересовался Чанёль, в то же время пытаясь разглядеть на экране то, над чем так усердно трудится его бизнесмен.       - Нашу свадьбу. – Снова коротко и лаконично.       - А-а-а, - протянул шатен, настойчиво пытаясь вверх ногами прочесть увиденный им текст презентации. Но тут до него дошло, и он резко вскинул голову. – Что, прости?! – опешил он. - Нашу свадьбу?!       Бэкхён мысленно посмеялся с такой детской и милой реакции.       - Ну да. Я понял, что нам стоит сильно поторопиться, если мы хотим, чтобы на ней присутствовали Джунмён и Кай.       Чанёль присвистнул и в недоумении потёр лоб. События в последнее время развивались слишком быстро, и он определённо за ними не поспевал.       - Ты против? – с некоторым беспокойством удивился в свою очередь Бэкхён. Он отложил работу и всё своё внимание сосредоточил на о чём-то всерьёз задумавшемся Чанёле.       Тот неуверенно покачал головой.       - Я не против. Просто устраивать свадьбу сразу после смерти твоего двоюродного брата это как-то… - бывший вервольф не знал, как лучше выразиться. – Понимаешь, те, кто не в курсе, что произошло, могут решить, что это ты подстроил смерть Ёнгиля. Нарочно.       - П-ф-ф! – Бэкхён махнул рукой. – Пусть думают, что хотят. Мне плевать.       - Прошу, не будь таким беспечным. Несмотря на совершенное отсутствие мозгов, твой брат имел подле себя достаточно приспешников. Что меня, кстати, всегда удивляло, - вздохнув, заметил Чанёль. Он обошёл вокруг стола и, остановившись позади Бэкхёна, принялся разминать ему плечи. Теперь он прекрасно видел открытую презентацию на экране ноутбука с различными вариантами свадебного приглашения. – Бэкки, я не хочу, чтоб из-за смерти Ёнгиля кто-то оскорблял тебя, злословил за твоей спиной и пускал в корпорации неоправданные слухи. Или ещё чего хуже – пытался тебе угрожать. Давай подождём, пока не закончится расследование по делу Ли. Так мы успокоим Совет директоров.       Бэкхён плотно сжал губы, размышляя над словами любимого. Конечно, он понимал беспокойство Чанёля и в какой-то степени даже считал его оправданным, но ему надоело всё время играть по чьим-то правилам. Почему он должен был волноваться о том, что подумают другие? Почему снова нужно было ждать, когда пройдёт какое-то там время? Сколько ему ещё ждать? Ведь время только уходило. Это была его жизнь, его счастье, которое и так досталось ему огромной ценой. Бэкхён больше не хотел мириться с глупыми условностями.       - Я всё понимаю, Чанёль. Правда, - хмуро отозвался он, чувствуя, что Чанёль ждёт от него ответа. – Но и ты меня пойми. Я устал каждый раз под кого-то подстраиваться. Я хочу, чтоб на нашей свадьбе присутствовали те, кого я люблю. А так как Кай и Джунмён входят в число таких людей, мы должны провести свадьбу в конце этой недели, пока они не уехали. – Он развернулся в кресле, оказываясь лицом к лицу с Чанёлем, и крепко взял его за руку. - Ты и мои близкие – вот что действительно важно. А не какие-то необоснованные слухи.       Чанёль присел на одно колено и, взяв обе руки Бёна в свои, обхватил своё лицо его маленькими ладонями, глядя на любимого щенячьим взглядом.       Бэкхён улыбнулся:       - Я знаю, что ты переживаешь.       - Я просто не хочу, чтоб нашу свадьбу могло что-либо омрачить.       - Этого не будет. Я обещаю. – Бэкхён наклонился и мягко поцеловал кончик носа жениха. – Тем более, что там за стенкой уже ждёт команда профессионалов, которая непременно приложит к этому все свои силы.       Чанёль усмехнулся. Нежась в тёплых ладонях, он даже забыл о том, что Бэк был занят.       - Думаю, их нужно пустить. Они долго ждут, - сказал Бэкхён, убирая ладони с любимого лица.       Однако Чанёль расплылся в хитрой загадочной улыбке и не дал Бэкхёну развернуться обратно к рабочему столу.       - Как думаешь, много они там уже себе навыдумывали, зная, что оба жениха в кабинете сейчас одни? – его правая рука легла Бёну на колено и многозначительно переместилась выше.       Бэкхён вцепился в подлокотники кресла. В кровь ударил адреналин, говоривший о жгучем желании поддаться соблазну.       - Хочешь подтвердить их догадки? – слегка севшим голосом прошептал бизнесмен и, поддавшись секундному влечению, раздвинул ноги.       Чанёль понимающе ухмыльнулся.       Его рука уверенно продолжила движение.

***

      Тишина убаюкивала. Сильные руки, обнимавшие за плечи, успокаивали. Хоть присутствие Кая на похоронах сына и стало предметом их утреннего спора, всё же Мён был рад, что любимый с ним рядом. Ведь сейчас он ему был как никогда нужен.       Кай молчал. Иногда только вместо утешительных слов тихонько сжимал или гладил плечо Джунмёна, выражая понимание и сочувствие их общему горю. Возможно он всего лишь скрывал так своё неудовлетворительное состояние здоровья, стараясь не привлекать к себе внимания Джунмёна, но тот всё равно знал, что Каю плохо. Обращение не прошло без последствий. Сказались нанесённые Марком раны.       Молодые люди стояли под кронами раскидистых сосен в умиротворении и тишине, немного вдали от основной территории кладбища. Солнце едва-едва пробивалось к ним сквозь густые ветви, освещая небольшой зелёный холмик с надгробной плитой и приставленной к ней чёрно-белой фотографией мальчика, а прохладный ветер словно вообще обходил это место стороной – таким пустым и отрешённым оно казалось в своей неприступности. Джунмёну здесь сразу понравилось. Думая о том, как Марку всегда было неуютно в обществе людей, он и после смерти сына решил обезопасить его от лишнего человеческого присутствия. Конечно, без сложностей не обошлось. Местная администрация никак не хотела выделять этот странный одинокий пригорок под захоронение, но учёному неожиданно помог Главнокомандующий, задействовав свои тайные вездесущие связи. Заблаговременно явившись на похороны, седовласый мужчина, несмотря на многие разногласия между ним и семьёй Ким, помог всё устроить так, как того хотел Джунмён. Учёный впервые в жизни даже подумал о том, что возможно, главком был не так уж плох и не всё делал ради своей выгоды.       - Тихо здесь. Хорошо, - подал голос долгое время молчавший Кай. – Никто не будет тревожить его вечный сон.       - Да, согласен. – Джунмён прислонил голову к его надёжному плечу и закрыл глаза, вслушиваясь в окружающие звуки. - Тишина здесь приятная, не угнетающая. Только птицы поют да листья чуть слышно шелестят.       - Чуть слышно… - Кай тоже прислушался, явно предпринимая какое-то к этому усилие, и следом горько вздохнул. – И правда, чуть.       Джунмёна вновь кольнуло чувство вины. И это чувство было настолько ощутимо болезненным, что мужчина горестно застонал и крепко сжал руку бывшего вервольфа.       - Прости, Кай. У меня, правда, не было другого выхода, - проговорил он, не смея поднять глаза на любимого. – Ты умирал на моих руках… Я не мог иначе.       - Мённи! – неожиданно схватив учёного за плечи, Кай резко повернул его к себе лицом. - Зачем ты всё время просишь прощения? Разве ты в чём-то виноват? Разве ты сделал что-то неправильно? Ты спас мне жизнь, и я не знаю, как должен отблагодарить тебя. Я ведь теперь… совсем бесполезный. Я ничем тебе не смогу помочь, ничего для тебя сделать… - он с трудом сглотнул тугой ком, подступивший к горлу. Человеческие эмоции накрывали гораздо сильнее волчьих и их сложней было контролировать. – Джунмён, я правда не знаю, в чём теперь могу быть пригоден для тебя. Перестав быть вервольфом, я потерял часть своей сущности. Я как бегун, который вдруг лишился ног. Живой, но ещё не освоившийся в новых жизненных условиях. – Кай настойчиво посмотрел на печального учёного, глаза которого блестели от застывших в них слёз, и нежно коснулся ладонью его щеки. - Просто дай мне время привыкнуть. Не вини себя. К тому же… - он невесело усмехнулся и бросил взгляд на фотографию Марка, - если бы не ты, сейчас здесь было бы две могилы.       Представив на секунду этот кошмар, Джунмён вздрогнул в руках Кая, и тот поспешил его крепко обнять.       - Родной мой, я слишком высоко ценю нашу любовь, чтобы на тебя сердиться или считать твой выбор неправильным. Мне очень жаль, что я какими-либо действиями или словами заставил тебя чувствовать себя виноватым. Я этого не хотел, - искренне заверил Кай. – К тому же сейчас, благодаря нашему сыну, я по-настоящему научился ценить жизнь. Какой бы трудной она ни была. Поэтому вместо чувства вины лучше просто пойми и поддержи меня.       Джунмён слабо кивнул, соглашаясь. На душе, наконец, немного полегчало.       - Этот ребёнок нас изменил, Кай. Обоих, - тихо добавил он.       Не сговариваясь, они повернулись к одинокой фотографии приёмного сына и взялись за руки, скорбя и чувствуя, что настал тот самый грустный и тягостный момент прощания. Они обязаны были преодолеть этот рубеж, чтобы жить дальше. Прямо сейчас.       Внезапно слух Джунмёна привлёк звук чужих голосов. Удивившись, он оторвал голову от плеча Кая и недовольно повернулся в сторону доносящегося разговора.       - Я же просил никого не приезжать, - расстроенно вздохнул он, видя, как к ним кто-то приближается. – Кого там принесло?       Буквально через секунду нарушителей их уединения можно было разглядеть, и Джунмён узнал в нежданных гостях двух своих друзей – Криса и Исина, причём второй шагал чуть медленнее и выглядел на редкость болезненно и удручённо.       - Крис? Исин? – удивился Кай. – Давно не виделись! Что вы тут делаете?       Друзья единодушно кивнули в знак приветствия, затем подошли и молча сложили на холм два букета белых гвоздик. После того, как дань уважения покойному была отдана, они, наконец, смогли начать разговор.       - Я понимал, что нам не стоит сюда ехать, но Син настоял на приезде, - ответил Крис, поддерживая разведчика под руку. – Его здоровье из-за внезапной простуды пока оставляет желать лучшего, но разве ж переубедишь этого упрямца?       Услышав упрёк в свой адрес, Исин недовольно сверкнул глазами в сторону врача, но тот лишь пожал плечами.       Джунмён понимающе улыбнулся.       - Знакомая история.       - Эй, ты на меня что ли намекаешь? – наигранно возмутился Кай.       Друзья тихонько засмеялись.       - И всё-таки зачем вы здесь? – снова поинтересовался бывший вервольф. - Честно говоря, мы не ждали гостей.       - Кроме главкома, конечно, - закатив глаза, добавил Мён.       Его фраза вызвала новый приступ смеха и сочувствующих улыбок, правда в этот раз только у Кая и Криса. Исин же на иронию учёного никак не отреагировал, оставшись безучастным. Наоборот, после того, как Кай снова повторил свой вопрос о причине их появления, руки разведчика внезапно судорожно сжались, и он с плохо скрываемым беспокойством покосился на Криса, словно ища у того поддержки. Блондин тут же перестал улыбаться. Он молча взял любимого за руку и легонько сжал его ладонь в своей, всё понимая без слов. Их мимолётный и безмолвный разговор хоть и был практически не заметен, однако всё же не ускользнул от опытного взгляда Кая, и бывший вервольф выжидающе и внимательно уставился на Исина, пристально подмечая каждую изменившуюся черту, каждый дрогнувший нерв на его бледном осунувшемся лице. Что-то в поведении командира было не так.       Исин шумно прочистил горло.       - Джунмён, - позвал он и голос его всё-таки предательски дрогнул, - я хотел с тобой поговорить, точнее… мне нужно рассказать тебе кое-что очень важное.       - Да, конечно. Я тебя слушаю, - чуть удивившись, откликнулся тот.       Исин снова бросил короткий взгляд на Криса, и увидев его лёгкий кивок, продолжил, набрав в грудь побольше воздуха:       - Главнокомандующий мне говорил, что ты думаешь, это он отправил военный отряд к вам домой.       Джунмён инстинктивно нахмурился. Такое направление разговора ему не понравилось.       - Ну, - осторожно подтвердил он.       - На самом деле Главком этого не делал. Наоборот, он был против такого решения. – Исин нервно сглотнул. Мужчина на миг опустил свой взгляд и затем снова его поднял, глядя прямо в глаза Джунмёну: он хорошо представлял, что может произойти вслед за его страшным признанием. – Это был я, Мён. Я - тот, кто отдал приказ убить Марка.       В отличие от Джунмёна, молча хлопавшего глазами и непонимающе глядевшего на друга, бывшего вервольфа осознание услышанного настигло практически сразу. В считанные секунды побагровев от гнева, с гримасой боли и ярости, еле сдерживая грозный рык, он без раздумий ринулся на разведчика.       - Кай! – Крис бесстрашно преградил ему путь.       - С дороги! – гаркнул Кай, однако сам вдруг резко остановился, удерживаемый дрожащими пальцами возлюбленного, с силой схватившего его за куртку.       - Син… - раздался слабый стон.       Джунмён был потрясён, причём настолько, что цеплялся за Кая не с целью его удержать или избежать предполагаемого кровопролития, а чтобы в момент своей наивысшей слабости и отчаяния тот стал для него тем единственным спасательным кругом, за который можно было крепко ухватиться и не тонуть. А Джунмён уже тонул. Буквально утопал в накрывающей его безграничной боли.       - Син… я не понимаю… почему? - тихий голос учёного звучал с надрывом и казался сейчас невероятно громким. - Как ты мог? За что? Он же ребёнок…       Исин стойко выдержал его обвиняющий взгляд.       - В тот момент я не считал его ребёнком, - ответил он. – Монстр – вот какое я выбирал слово. Я испугался, Джунмён… За тебя, понимаешь? Он постоянно был рядом с тобой, постоянно в опасной близости. Он мог причинить тебе гораздо больший вред, чем уже успел сделать, – говоря это, Исин ухватился за плечо Криса: физическая боль неокрепшего организма перемешивалась с моральной, и мужчина едва держался на прямых ногах. - Одно его существование вызывало во мне страх, - упрямо продолжил он, не видя никакого ответного понимания ни в глазах Кая, ни в глазах своего лучшего друга. – Джунмён, я боялся, что однажды не успею тебя спасти. Достаточно того, что рядом с тобой всегда находится один вервольф. Разве я мог позволить быть рядом ещё второму? В Кае хотя бы есть доброта и любовь Джонина…       - Ну спасибо! – сердито перебил Кай, не в силах больше слушать объяснения Исина. – Это уже слишком! Выходит, ты и меня считаешь монстром? Вот это ты меня удивил!       - Ты же знаешь, что он не это имел в виду! - вступился Крис, раздражаясь от несправедливых нападок своего бывшего вожака. – Исин прекрасно знает, что ты никогда не причинишь вреда доку. А за Марка кто мог тогда ручаться?       - Так я и мог! – вскипел Кай. – Думаешь, я бы позволил сыну снова ранить Мёна? Неужели я, по-твоему, настолько беспечен?       - Разве речь сейчас об этом? – Исин тоже повысил голос и внимательно посмотрел на Джунмёна, который, нервно ссутулившись позади Кая, только угрюмо слушал и молчал. - Марк не умел контролировать свои силы. Думаю, то, что он сделал с моим отрядом, это прекрасно доказало!       Кай всплеснул руками.       - Доказало?! Исин, ты в своём уме?!       Пальцы Джунмёна больше не удерживали бывшего вервольфа, но он, зная, что возлюбленному сейчас гораздо тяжелее из-за предательства друга, уже не предпринимал ничего кардинального и не обострял и без того серьёзный конфликт, дабы случайно не дойти до точки невозврата. Исин имел огромное значение для Джунмёна – Кай всегда об этом помнил.       - Вы его хотели убить! – с негодованием воскликнул брюнет, оставаясь на месте. – Мальчик всего лишь защищался как умел.       - Этот монстр перебил с десяток человек! Мальчики на такое не способны, - колко заметил Исин.       - Достаточно, Син! – прервал своё молчание Джунмён и вскинул на друга полный обиды и непонимания взгляд. – Я понял твою точку зрения, и также понял, что чувство вины тебя совершенно не мучает. Поэтому я не вижу смысла и дальше что-либо выяснять, тем более… уже ничего не исправить. Думаю, вам лучше уйти.       Исин наморщил лоб, с лёгким удивлением глядя на учёного.       - Нет, Мён, ты не понял… Я не хотел доказывать свою точку зрения, я лишь хотел объяснить, почему я так поступил.       - Уходите! – Мужчина больше не хотел ничего слушать.       - Прошу, выслушай меня до конца. Я признаю, что был не прав. - - Несмотря на предостерегающие дёрганья Криса за рукав, Исин сделал шаг к Мёну. Он впервые видел в глазах своего друга столько ненависти и злости. - Мённи, прости!       Джунмён сжал в кулаки дрожащие от ярости руки.       - Больше никогда в жизни не смей меня так называть, - процедил он сквозь зубы. – Убирайся, Исин. Прошу тебя. Я не желаю тебя видеть!       - Но, Джунмён, не будь таким жестоким.       Однако друг был неумолим.       - Хорошо. Не уйдёшь ты – уйду я! – выпалил он, и затем, смерив разведчика непримиримым ледяным взглядом, сердито зашагал мимо него и Криса по тропинке, в сторону асфальтированной дорожки.       После этого раздался тяжёлый вздох Кая, и Исин, будто вспомнив о его присутствии, виновато посмотрел на своего сослуживца.       - Я бы тебе хорошенько вмазал, командир, но думаю, ты теперь и без того прилично наказан, - негромко заметил бывший вервольф, провожая взглядом удаляющегося Джунмёна. И затем не спеша отправился вслед за ним.       Крис и Исин остались у могилы маленького вервольфа вдвоём.       - Как я мог совершить такую ошибку, Крис? - Разведчик уставился на чёрно-белое фото ребёнка и в его глазах появились непрошеные слёзы. Он действительно сожалел, хоть и было поздно. – Джунмён никогда меня не простит…       - Простит, Син. – Врач положил свои ладони на опущенные плечи любимого и прижался к его спине, согревая. – Он обязательно всё поймёт и простит. Дай ему время.       Исин благодарно откинул голову и поднял кверху уставшие глаза, всматриваясь в видневшиеся меж переплетённых ветвей деревьев лоскутки серо-голубого неба. Казавшееся недавно таким чистым и светлым, сейчас оно будто нарочно нависало над разведчиком суровым, тяжёлым пластом, заставляя того съёжиться.       - Холодает, - заметил Крис и ненавязчиво переместил руку с плеча на талию Исина. – Поехали домой?       Мужчина чуть слышно вздохнул. Призрачная надежда, что ещё что-то можно исправить или что Джунмён вдруг одумается и вернётся, постепенно гасла в его подсознании, поэтому разведчик, сдавшись на волю судьбе, молча кивнул ждавшему его Крису и затем позволил ему себя увести. Замёрзший, ослабший, непонятый и непрощённый друзьями, Исин торопливо возвращался в их общий с Крисом дом, и только эта мысль сейчас грела и придавала ему силы двигаться дальше.