Галерея миражей

Тростниковые пруты не рябят, их сон глубок. Сны о прошлом из воды выползают на песок. Подскажи, как мне быть? Я хочу всё забыть.

      …Моргаю рассматривая знакомый потолок. Точнее не совсем потолок… и не то, чтобы совсем знакомый…       КАК?! Как это может быть?! Ну, вот как?!..       … Я сижу в гостиной дома, личного пространства к которому мафиози и на пушечный выстрел подходить не должны, а на против меня дон Вонгола. Именно «дон Вонгола», а не «Савада» или не дай боже «Тсу-кун» и единственное, что удерживает меня от того, чтобы не сорваться и не натворить глупостей о которых я в последствии возможно пожалею — Кадис. Он держит мою ладонь в своей и это помогает сохранять разум, хотя в данный момент меня душит едва не разрывает изнутри от ярости граничащей с ненавистью. И сволочь напротив меня это прекрасно осознаёт, как и то, что мне крайне не выгодно уничтожать Вонголу. Тесные связи с Варией закрывают для меня столь простой и приятный путь.       Вдох. Выдох.       Дон Вонгола обвинил «самопровозглашенную главу Виндиче» в том, что я отравила его Туман. Что я решила отомстить и наняла…       С*ка.       Вдох. Выдох.       — Я всегда поражалась Вашему умению находить нужных людей, гипер-интуиции на грани предвиденья, но сейчас… Сейчас я не могу не признать насколько слепым и ограниченным делает Вас этот дар, — мой голос звучит ровно, спокойно. — Вы абсолютно верно определили того, в чьих силах решить возникшие трудности, но упустили из вида множество нюансов.       — Что Вы хотите сказать, Хибари-сан? — делает очередной болезненный укол по моему самолюбию эта с*ка.

Ведь всё это было не со мной, Это не я была тогда. В этих картинках — ни в одной Не узнаю себя.

      — Если бы я так жаждала долгой и мучительной смерти Вашего Хранителя, дон, яд что унёс его жизнь делала бы сама и действовала бы не настолько откровенно, — произношу, доставая из своей сумочки один из драгоценных трофеев и ставлю на стол. Небольшой кипенно-белый матовый череп, как только тепло моих пальцев перестаёт его греть становиться прозрачным и начинает играть радужными бликами. — Мне безразлично кому из Моретти Ваш Туман перешел дорогу и почему. Когда-то Рокудо Мукуро выкупил у смерти мою жизнь, я возвращаю долг, этой цены будет достаточно, чтобы выкупить его жизнь. Сегодняшний разговор последняя ошибка, которую я Вам позволяю допустить. Впредь я буду бить на поражение.       — Хрусталь? — не веря своим глазам спрашивает уже вполне знакомый Савада, а не готовый вцепиться в глотку при одном не верном движении зверь.       — Уходите, дон Вонгола, пока я не решила, что плата за милосердие Вашего Тумана, что мной предложена, чересчур высока, — потерянный взгляд Савады сталкивается с моим и до него с опозданием начинает доходить смысл маленького «хрустального» черепа — если бы травила я «улики» вели бы в совершенно иную сторону. Он что-то собирается сказать, но закрывает рот, что-то прочтя в моём ледяном взгляде с помощью своей интуиции и молча уходит забрав «хрустальный» череп.       Как только за спиной Вонголы захлопывается дверь, самообладание мне отказывает и выдох больше походит на змеиной шипение, а после я банально рыдаю на груди мужа вцепившись в него как клещ. Сама попросила не вмешиваться никого из обитателей дома узрев этого… дона на пороге, это было верным решением, но… Мои действия были верными и воногльцы для меня чужие, я сама поставила себя как бывшего наёмного работника и Савада не был не прав в своих действиях, я не была частью семьи, но…

Снегом была ли ты зимой, Быстрая талая вода? В этих картинках ни в одной Не узнаю себя.

      Я теперь никогда больше не попробую стряпню Гильермо… ведь после использования черепа в качестве выкупа игра заканчивается. О, Пресвятая Дева Мария, когда всё только начиналось я никогда не думала, что так расстроюсь из-за того, что для некоторых мафиози из закрытого клуба по интересам станет дурным тоном меня травить! Но… На моём счету было семнадцать! Семнадцать алмазных без единого пятнышка! И пусть с тем, чтобы кого-то отравить у меня всегда были серьёзные проблемы, но противоядия… Савада даже не обратил внимание, каким был череп! Хотя откуда ему знать что это означает?! Хорошо что его опознать сумел! Вот была бы хохма, если бы красный, фиолетовый или черный голыми ручками взял… Конечно, я могла бы сама приготовить противоядие и остаться в игре, но…       Это идеальный повод завершить её.       Вот только всё равно обидно!

Тёплый ветер, ночь, огни, знаки, звуки, миражи, Все слова твои — они так мучительно свежи. Будет шторм, будет тишишь — Всё как ты говоришь.

      — Хикару… — болезненно растерянный голос Кадиса позволяет справиться с бушующими эмоциями, затихнуть в объятьях, а затем и незаметно для себя погрузиться в сон…       …Вздыхаю, кутаясь в одеяло. Холодно. Неудобно. Кровать слишком большая и… одинокая. К хорошему быстро привыкаешь, верно? С огромным трудом встаю с постели, нахожу в шкафу более-менее приемлемую одежду, опускаюсь в один из диванов пятизвёздочной тюрьмы похожей на предыдущую. Интересно, чем это меня приложили? Тру запястья около кандалов — нежная кожа уже успела заметно покраснеть из-за действия пиявки. Пламя… я не чувствую его и в то же время оно всё так же со мной — непонятная двойственность. И духовная связь с мужем какая-то двойственная. Что они в этих кандалах накрутили?

Но всё это было не со мной, Это не я была тогда. В этих картинках — ни в одной Не узнаю себя.

      Усталость и опустошенность накатывают на меня волнами и я пропускаю момент, когда в помещении появляется благородный. Я понимаю на него усталый взгляд, аура нелюдя подавляет, он кажется мне смутно знакомым, хотя я точно знаю, что ранее с ним никогда не пересекалась. Кроваво-алые глаза, черные волосы, высокий рост, телосложение, знакомые черты породистого лица…        — Кто Вы? — устав искать черную кошку в тёмной комнате, спрашиваю я, чувствуя, как чудовищная тяжесть скатывается с моих плеч, становится легче дышать, а странная двойственность духовной связи пропадает, заставляя незнакомца болезненно поморщиться.       — Ни одной догадки о том, кем бы я мог быть?

Снегом была ли ты зимой, Быстрая талая вода? В этих картинках ни в одной Не узнаю себя.

      — Ни одной. Ваша внешность мне кажется знакомой, но с кем именно имеете сходство определить не могу, — перед глазами начинает плыть и я прикрываю их, стремясь справиться с дурнотой. Внезапное прикосновение к лицу и я отшатываюсь в широко раскрытыми глазами смотря оказавшегося рядом благородного, всё внутри требует держаться подальше от этого ядовитого змея.       — А ты действительно любишь моего брата, — голос звучит равнодушно и с ленцой, вот только взгляд… Если ранее я для него была сродни пустому месту, то промелькнувшее на долю мгновение восхищение заставляет насторожиться.       — Вы непохожи, — срывается с языка раньше, чем я успеваю это обдумать.       — Мы близнецы, — ошарашенно моргаю пытаясь понять… он шутит? Вглядываюсь в благородного ища любимые черты и ничего не нахожу. Нет, сходство определённо прослеживается, но вот эти я любимыми и с пьяну не назвала бы.

Мы несёмся по мосту, оставляя позади И запретную черту и закат и блеск воды. Те же песни звучат Тот же голос и взгляд.

      — Непохожи, — остаюсь при своём мнении и тут же его озвучиваю. Благородный тянет руку ко мне, а по спине проходит толпа ледяных мурашек и я стараюсь, как можно дальше оказаться от этого существа. Неприятие. Протест. Иррациональный страх, который с трудом удаётся сдерживать.       — Привыкнешь, — скорее для самого себя, произносит гад.       Гордо вскидываю подбородок и молчу, «никогда» так и рвущееся наружу остаётся внутри меня отражаясь в позе, взгляде, ауре.       Чем меня накачали? Это же кошмар просто, плющит как удава по стекловате. Мощь чужого молчаливого приказа прокатывается по комнате, солнечный атрибут скованный чем-то жалобно трепыхается, чужая воля сминает мою, комкая и разрывая, как какую-то бумажную салфетку, отбирает силы оставляя вместо бушующей стихии только несколько жалких искр. Задыхаясь от боли я слабо понимаю что происходит вокруг, но чужие ладони на лице, чужое дыхание касающиеся моих губ…       … Делай, что хочешь…       Кровь вскипает внутри меня и мерзкие ощущения пропадают, я кашляю, судорожно хватая ртом воздух, все неприятные ощущения пропадают в несколько секунд, сложный светящийся свежепролитой кровью узор на теле разжигает пламя и стирает кандалы из реальности, сфера из крови надёжно отрезает меня от окружающего пространства…       …Голое тело, шелковые простыни, кандалы из-за которых я наверняка представляю из себя довольно банальное зрелище, а точнее классическую жертву насильника. Если верить телу, пока еще не жертву, но вот то, что эта зараза где-то рядом и только и ждёт пока я проснусь, чтобы начать… Хочу вернуть те благостные времена когда никому до меня в этом плане дело не было. Грустила из-за полного штиля в личной жизни и что никому не нужна? Стоило только замуж выйти и понеслось… И ведь по факту я сама по себе этому маньяку и не нужна, а то что ко мне прилагается. Так чисто для галочки, чтобы иметь возможность причинить как можно больше боли…       Прячусь еще глубже внутри собственного сознания, чувствуя внимание разлёгшегося рядом гада скользящего по голому телу и тем самым вызывающим жуткую слабость. Искорка к искорке я коплю пламя…       — Скоро силы твоего ребёнка иссякнут. Тебя больше некому будет ограждать от меня…       Ребёнка…?       Точный ментальный удар оставляет в сознании абсолютную пустоту. Вот только долго она такой не остаётся.       — Хорошая девочка, — гладит меня по волосам Хозяин…

Но всё это было не со мной, Это не я была тогда. В этих картинках — ни в одной Не узнаю себя.

      … Кровь на руках, любящий взгляд, цепи и кандалы. В питомце Хозяина сложно узнать живое существо, но каждый раз когда он видит меня мертвый взгляд оживает…

Пусть хоть у кого-то в этой ветви реальности будет лучшее место.

      Прихожу в себя на кухне, укутанной в простыню как в кокон, дрожащей рукой пытаясь напиться воды и у меня не получается. Ставлю стакан. Сажусь на стул, прячу лицо в ладонях. Образы и картины настоящего, которое еще не произошло…       Перед лицом опасности нация должна быть единой, а я сама всё это доломала и если судить по тем кандалам, что были тогда на мне нашлись те, кто решился продаться союзу или просто не увидел иного выхода. «Близнец» знал куда и как бить, чтобы превратить меня в безвольную куклу, а с атрибутами это не так просто, как кажется на первый взгляд. Стоит чуть-чуть неподрасчитать и вместо угасания произойдёт вспышка. Вздрагиваю, вспоминая свои ощущения.       Это надо запить, вот только проверить сначала сколько градусов может быть в моём стакане. Если меня этот «близнец» обманул, то завалюсь к Занзасу и предложу распить пару бутылок виски из своих запасов. А сейчас…       Сейчас мне нужно встать, собраться и пойти мириться с Савадой пока он не пришел ко мне. И Мукуро… вылечу, главное понять чем его отравили, и если это не черный алмаз потрачу череп выходя из игры, а если нет, то сама займусь. Кому он вообще сумел дорогу перейти, чтобы его наплевав на вылет из игры траванули?       Со вздохом, съезжаю лицом с ладоней вниз, цепляюсь пальцами в волосы.

Снегом была ли ты зимой, Быстрая талая вода? В этих картинках ни в одной Не узнаю себя.

      Сейчас не важно, кто именно меня сдал Союзу и почему, кто бы это ни был, но Вонгола в союзниках это аргумент, чтобы уткнуться и сидеть на попе ровно держа претензии при себе. К тому же моя откровенная привязанность к мужу… «Променяла своих на нелюдя» сколько мафиози думают так?       — Леди Хикару? — вздрагиваю, с трудом разгибаюсь, заглядываю в глаза Виктора. — Боже правый…       — Тебе приходилось слышать от Кадиса имя Ихас или Кэйафел*? — спрашиваю я, голос звучит хрипло и надреснуто, будто у старухи, по отсутствию реакции понимаю, что с этим ему сталкиваться не приходилось. — Не слышал…       Облегченная улыбка на моём лице, словно трещина на вазе — кривая, неестественная… ломанная.       — Запомни. Ихас Кэйафас бездомная шваль, которую тебе, не дай все боги и демоны, еще раз перепутать с… кем-то еще. Хотя… вообще не увидеть сходства и не понять с кем имеешь дело, еще хуже, — воспоминания бьют наотмашь и заставляют всхлипнуть и схватится за волосы, синие блики расползаются по мне тёмными уродливыми пятнами. — Я сейчас не способна объяснить что происходит. Спроси у моего учителя, Виктор, он не посмеет не сказать правды… Иначе Юни успокаивать ему придётся самому.       — Хи…       Перемещение происходит почти мгновенно, стоит только услышать любимый голос.

Тростниковые пруты не рябят, их сон глубок. Сны о прошлом из воды выползают на песок. Подскажи, как мне быть? Я хочу всё забыть.

      Моргаю смотря в предрассветную темноту. Хочется стереть себе память, но лучше всего иллюзионистам удаётся то, что они испытали сами, а потому…Каждая мелочь моего кошмара станет оружием. __________________________ *Ихса Этрама ди Кэйафас. Производное от: Ихса́н[إِحْسَانٌ араб.] Буквально: «претворение», «совесть», «чистосердечие». В Исламе понимается как практическое совершенствование в искренности веры и поклонения (ибада), нравственной добродетели. Кэйафас (греч.) — поднимающий, настраивающий. На лукидонском немного иное произношение, а смысл тот же. Боже правый, но-ка к же мне хотелось дать ему имя Линос (греч.) — крик горя или еще что-то в этом духе, но так его родители назвать точно не могли. Нет, чисто теоретически… Для справки: Слово Рейзел (Raizel) имеет древнегреческие, латинские и еврейские корни. На еврейском это означает «роза». Кадис (Cadis) — множественное число арабского Arabic ḳāḍī / Cadi. На исламском это означает «судья», взято http://ru.noblesse.wikia.com/wiki/Кадис_Этрама_Ди_Райзел **Текст песни (слова) Flёur — Всё это было не со мной