В твоих лучах

5. Саммер очнулась в незнакомой комнате. Моргнув пару раз, давая возможность глазам привыкнуть к яркому свету лампы дневного освещения, она поняла, что находится в больничной палате. Правая рука была зафиксирована ремнями к постели, и болезненно ныла – сквозь прозрачную трубку капельницы поступала бесцветная жидкость. Девушка пыталась вспомнить события последних дней, но воспоминания обрывались на ее возвращении домой из магазина. Дальше – темнота. Как же она здесь оказалась? Что случилось, если она попала в больницу? Сделав пару глубоких вдохов Саммер отметила, что ей больно дышать. Словно она вдыхала не воздух, а битое стекло, и оно впивалось в легкие тысячей мелких осколков. Постаравшись задержать дыхание, чтобы унять боль, она зашлась глубоким кашлем так, что на глазах выступили слезы. Дверь открылась. В палату зашел доктор. Высокий шатен с карими глазами радостно смотрел на пациентку, которая пришла в себя. Уго Феретти был итальянцем по происхождению, и доктором не просто по профессии, а по призванию. Его внешний вид, начиная от вьющихся волос и заканчивая белоснежным халатом, внушал доверие, а приятный баритон и открытая улыбка завоевывали симпатии всех, кому он встречался на пути. Подойдя к Саммер, он заглянул в ее больничную карту, и сделав быструю отметку, дружелюбно произнес – «мисс Саммер, счастлив, что вы с нами. Я доктор Феретти, ваш лечащий врач. Вы поступили к нам с пневмонией и обезвоживанием, находились без сознания 12 часов. То, что вы пришли в себя, бесконечно радует. Но, учитывая ваши анализы, придется задержаться минимум на две недели». Договорив, мужчина посмотрел ей в глаза, и на секунду умолк, после чего продолжил – «При поступлении с вами не было документов. У вас есть близкие, которые могут их привезти? Родители? Супруг? Вы проживаете в Дерри?» - последние вопросы доктор Феретти задал с особым интересом, который он старался скрыть от пациентки, но быстрый взгляд, в котором светилось любопытство, выдал его. Впрочем, Саммер не заметила этого – слабость от болезни давала о себе знать. Охрипшим голосом она ответила – «Я живу в Дерри одна. Без родителей. И мужа у меня нет. Попасть в дом, чтобы взять то, что нужно, могу только я. Скажите, а как я здесь оказалась?». «Вас привез, а точнее принес, молодой человек. Он не представился, но дал общую информацию о вас для медицинской карты. Дожидаться в приемном покое он не стал». – сказав это, доктор приступил к рутинному осмотру пациентки, мысли которой были заняты одним – что это за молодой человек? Как, и зачем он проник в ее дом? Она сомневалась, что это вор. Грабители не отвозят своих жертв в больницы. Или, возможно, это был очень сострадательный вор. Ее привез в больницу, без объяснений, а дома ее поджидает разгром, и полное отсутствие ценных вещей. Но опять же, откуда он знал ее возраст, имя…Саммер знала только одного человека, который необъяснимо как мог попасть в ее дом. Неужели это был ее странный сосед? Но, доктор не сказал о клоуне. Хотя, возможно, он не всегда клоун. Должен же быть у него и другой образ. Другой образ…Эти слова эхом повторялись в ее голове, даже когда доктор ушел. Саммер понимала, почему они ее так зацепили. Они словно принадлежали не ей, а пришли со стороны. И она их не услышала, а скорее почувствовала. Неужели это действительно был он? В палату легонько постучались, и из-за открывшейся двери показалась медицинская сестра – полная женщина, лет пятидесяти, в зеленом костюме. Она очень отличалась от улыбчивого доктора, и, коротко кивнув в знак приветствия, измерила температуру. Удалившись буквально на несколько минут, она вернулась с шприцом, поставив укол в руку. После того, как она ушла, Саммер почувствовала сонливость. Хотя услышав от врача, что она была без сознания 12 часов, девушка про себя отметила, что засыпать ей теперь будет страшно. Спать так долго…Это же можно и не проснуться. Видимо, действие лекарства. Саммер не стала бороться со сном, и когда доктор Феретти открыл дверь, чтобы спросить о ее самочувствии, и, что скрывать от себя, лишний раз на нее посмотреть, девушка уже крепко спала. *** Пеннивайз провел рукой по лбу девушки. Теперь он уже не пылал под его пальцами. Темные волосы прилипли к взмокшему лбу. Как непривычно касаться человека. Просто так, потому что хочется ощутить тепло кожи. И как это тепло приятно! Он появился в своем излюбленном виде клоуна, не то чтобы он собирался на охоту – никакая плоть не могла сравниться с тем, что ему давала эта девушка. Просто так он себя чувствовал комфортно. Услышав шаги, он сделался невидимым для посторонних глаз. В палату зашел мужчина в медицинском халате. Он посмотрел на спящую девушку с сожалением, и тут же удалился, но Пеннивайз уловил его настроение. Будь это не в столь людном месте, Пеннивайз раздробил бы с огромным удовольствием его череп, и сломал все кости в его теле. Она ему понравилась. Его Саммер понравилась какому-то человеку. Впервые за то время, что он питался от девушки, Пеннивайз почувствовал всплеск своего темного начала. Он не желал делиться ей. Со всей жадностью хищника, что охранял свою добычу, он был готов утащить девушку в свое логово, и спрятать от всех. Но она была больна. Если он заберет ее может случиться так, что Саммер умрет. Этого он допустить тоже не мог. Но он мог быть всегда рядом, и следить за ней. И следить за этим человечишкой. Желательно, чтобы и девушка могла его видеть. Он хотел, чтобы она не боялась его, хотел разговаривать с ней. Он чувствовал в этом почти столь же острую необходимость, как утоление голода. Прошмыгнув тенью по другим палатам он заметил - к людям, которые лежат в постели, идут с цветами. Опять цветы…У Пеннивайза были трудные отношения с растениями – чувствуя его энергетику они увядали. И это его не расстраивало. Они ему были не нужны, он не умел чувствовать их красоту, и в темном, сыром логове ему было более удобно, чем на лугу, где полно этих самых растений. Но девушка любила цветы. Он помнил, с какой нежностью она смотрела на желтый цветок. И знал, что Роберт Грей завтра преподнесет своей соседке.