В твоих лучах

Сколько боли…Находясь внутри своего панциря Матурин пропускал через себя вихри энергии из мира людей. Люди очень странные существа по своей природе. Такие противоречивые, в них смешаны противоположности – они умеют так люто ненавидеть, и так отчаянно любить. И если с ненавистью все было понятно, то любовь оставалась для черепахи загадкой. Точнее то, как она меняла людей до неузнаваемости. Любовь была сильнее ненависти. Исцеляла искалеченные злобой души. На протяжении тысячелетий Матурин наблюдал за тем, как люди любили, жили и умирали во имя любви. Любовь была особой энергией, которой не было место в их мире. И все его обитатели могли только с завистью улавливать отголоски из мира людей. Сколько боли. Матурин точно знал, откуда эта боль. Мизерное в понимании Вселенной место, где живет мизерная в понимании Вселенной горстка людей. Оно вновь пробудилось, чтобы питаться. Черепаха мысленно хмурился. Оно было алчным, его голод не знал границ. Но Матурин жалел людей. Если бы был шанс утолить этот вечный голод иным способом, чтобы не было столько боли. Чем меньше боли во Вселенной, тем лучше для всех. «А что если?». План сформировался как только появилась мысль. Если напитать Оно тем, что чуждо, но так желанно всем обладателям их мира. Любовь меняет до неузнаваемости. Окружающую темноту небытия разрушило голубое сияние. Сияние зарождающейся души. Глядя на чистый свет Матурин мысленно предрек «Ты изменишь то, что мнит себя вечным». Шли годы человеческого мира. Маленькая пришелица росла как обычные дети. К ней тянулось все живое. Создания их планеты не умеют осознанно чувствовать энергию, но делают это на уровне инстинктов. Приближался момент, ради которого Матурин нарушил свою главную заповедь – не вмешиваться. Он всегда был сторонним наблюдателем. Да, сочувствовал и сопереживал людям, но не вмешивался. Теперь же нарушив свое собственное правило, он с азартом игрока продумывал наперед каждый свой ход. Оно увлечется девушкой, почувствует ее сияние. Но девушка…Девушка должна понимать, кто рядом с ней находится. Чтобы принять его, она должна знать о нем правду. Оно лживо и коварно, будет пытаться обмануть ее, будет менять обличия. Но Матурин покажет ей. Она должна пройти через страх перед Оно – это неизбежно. Наблюдая за тем, как в бесконечно далеком мире его творение подходит к логову Оно, не подозревая, что таится в заброшенном, с виду совершенно пустом доме, Матурин ликовал. Игра началась.