Абра-кадабра

      Пайнс проснулся посреди ночи из-за мелодии пианино, что играет каждую воскресную ночь. Одна из тайн этого места ведь, когда утром Диппер спрашивает у кого-нибудь о ночном концерте, те лишь пожимают плечами. Они не слышат, сладко дремлют в своих комнатках, как и сейчас.       Шатен тихо, на носочках проходит к двери в конце коридора, этажом ниже. На лестнице издается скрип половицы и Диппер замирает. Надеясь, что никто не заметит, парень идёт дальше и останавливается у чарующей двери, из щёлки который падает на пол еле заметный лучик света. Пайнс опускается на колени и смотрит в замочную скважину.       Огромный зал будто светится, золотого цвета шторы на окнах, огромная люстра на потолке, мраморный пол. А играет… как думаете, кто? Сам Билл Сайфер, как и каждую ночь. В этот раз он без накинутого на плечи плаща и волосы уже давно растрёпаны. Глаза блаженно прикрыты, он поглощен музыкой.       Знаете, в чём ещё загадка особняка? В данную комнату запрещено заходить даже для уборки, она всегда заперта. Диппер тысячу раз пытался найти ключи, но тщетно, да и в другие дни, ночи в замке кажется, стоит ключ с внутренней стороны. Увидеть что-то нереально. Остается лишь ждать волшебного дня. Вам не кажется, что это похоже на свидание?       Кажется, Диппер хотел спать, но нет! Кто проснётся этой ночью, тот не уснет вовеки веков. По крайней мере, так казалось Пайнсу, и в тайне он мечтал, чтобы мелодия предназначалась ему, чтобы Билл Сайфер играл лишь для него одного. Большая тайна слуги, но кому есть до него дело? Так что парень спокойно может слушать прекрасное произведение и разглядывать черты лица господина. А что? Он был очень красивым, между прочим.       Хм… а Диппер? Вечно взъерошенные светло-каштановые волосы, впалые карие глаза, бледная кожа, худощавое телосложение и не особо высокий рост. Билл был выше Пайнса примерно на две головы.       Мелодия заканчивается и шатену пора сваливать, он поднимается с пола и идёт на свой чердак, где всю ночь лежит, не смыкая глаз. Много эмоций вызывает воскресная ночь и слишком много мыслей, только это тайна.