richie, no

В первый раз, когда Ричи заговаривает об этом, Эдди просто дает ему по яйцам. Ричи, в принципе, даже понимает за что (зная Эдди, Ричи даже удивляется такой относительно спокойной реакции), и, в принципе, он очень благодарен ему за то, что не со всей силы, но - блять! - они встречаются уже полгода - пол-ебаных-года, слышишь, Эдди, еб твою мамашу - и они ни разу не зашли дальше поцелуев. Поцелуев в щечку, кстати. В щечку, блять, как дети малые, ей Богу, Эдди, нам же не по пять лет! (Потому что в первый раз, когда Ричи заявил Эдди о том, что собирается его поцеловать, тот чуть не упал в обморок, а потом, видимо, для закрепления результата, прочитал Ричи длительную (и очень занудную) лекцию о том, что поцелуи - это отвратительно и абсолютно антисанитарно. А потом еще неделю не подпускал Ричи к себе даже на расстояние вытянутой руки - ну, на всякий случай. Ну пиздец, думает тогда Ричи и пропускает все мимо ушей (абсолютно не потому, что смотрит на то, как мило Эдди морщит нос - он всегда так делает, когда чем-то возмущен; абсолютно точно не потому, что смотрит на залегшую между бровей Эдди морщинку)). Ну пиздец, думает Ричи сейчас, когда смотрит на жутко смущенного Эдди (он вообще очень легко смущается и краснеет: Каспбрэк покраснел в первый раз, когда Ричи взял его за руку на глазах у Билли (как будто Билл не догадывался, Эдди); когда Ричи первый раз сказал Эдди о том, что, кажется, любит его, Эдди сначала ударил Тозиера в плечо, а потом уже покраснел; когда Ричи предложил Эдди встречаться, у Каспбрэка от неожиданности начался приступ астмы). Ричи шестнадцать, и он, блять, абсолютно обыкновенный подросток. Ну, может немного более озабоченный, чем остальные, но в остальном - абсолютно обыкновенный подросток. Абсолютно обыкновенный подросток с абсолютно обыкновенными подростковыми желаниями. И с чертовым Эдди Каспбрэком (и его чудесными ножками в этих чертовых, чтоб их, белых гольфах), постоянно маячащим перед глазами. Ричи шестнадцать, и он уверен, что точно сдохнет, если Эдди в ближайшее время ничего ему не позволит. Эдди пятнадцать, и он все еще сама невинность; он все так же краснеет и обижается на особенно отвратительные шутки Ричи - отвратительность которых, к слову, с каждым годом увеличивалась в геометрической прогрессии. Эдди пятнадцать, и он все такая же мамина лапушка, только ругается теперь почти виртуознее самого Ричи Тозиера (но только почти) (каждый раз, когда Ричи об этом задумывается, у него в голове стоит голос Сони Каспбрэк, которая твердит ему о том, что он отвратительный, мерзкий мальчик и что он обязательно испортит ее малыша Эддичку; Ричи знает, что уже испортил, и поэтому старается лишний раз об этом не задумываться; Ричи знает, что уже испортил и знает, что испортит еще сильнее - об этом Ричи думает почти все время). Эдди пятнадцать, и он говорит, что скорее сдохнет, чем позволит Ричи себя хотя бы поцеловать, Ричи, чтоб тебя, отъебись, не лезь ко мне, блять, ты вообще зубы чистишь? Ричи, а ты знаешь, сколько бактерий передается при поцелуе? А при половом акте? Блять, Ричи, не смейся, я тебе сейчас въебу. Иногда Каспбрэку кажется, что Ричи застрял в развитии где-то на двенадцати годах. Иногда Каспбрэк в этом практически фундаментально уверен - вот, например, сейчас, когда Ричи абсолютно серьезно предлагает ему перепихнуться. Эдди-спагетти, ну чего ты ломаешься, даже твоя мамаша в первый раз так не ломалась.... Ричи, клянусь, если ты сейчас же не завалишь ебало, я откушу тебе член. Да, давай, малыш Эдди, иди к папочке. Ричи, серьезно, я тебе сейчас въебу.