Бантан Драбблёндан

      Сокджин устало бухнулся на кровать, раскинув руки по сторонам, словно морская звезда. Безостановочные съёмки телевизионных программ никогда его так сильно не утомляли благодаря своему опыту ведущего, но тут сыграло ещё ведение передачи на японском, не родном Сокджину языке, рождая трудности. Кто же знал, что он взорвётся такой бешеной популярностью в Японии из-за своих каламбуров? Конечно пришлось искать и придумывать дедовские шуточки на японском, а не корейском, но все его усилия не прошли прахом – он произвёл фурор, не успевая соглашаться на сыпящиеся как снег на голову предложения от телеканалов.       Казалось бы, всё было просто чудесно.       Кроме его ноющего бойфренда, оставшегося в Корее и требующего к себе внимания.       Намджун никогда не был капризным фифой, что за глупость. Но в последнее время в него что-то вселилось: он зачастил с эгьё на интервью, ломая и выбрасывая свой образ сурового рэпера в мусорный бак; читал мелодраматичные книги одну за другой, бросая в Сокджина цитаты о важности любви в нашей жизни, когда тот молча жевал хлопья во время завтрака; зачастил с воздушными поцелуями в сторону Джина («Это моя фишка!» – возмущался тот, но румянец на щеках не мог скрыть). И Сокджину очень хотелось верить в то, что причиной этому – официальное начало их отношений.       Нет, они не трубили об этом на весь мир, но раньше, если они могли назначать встречи лишь для приятного времяпровождения в постели, то теперь, в один из романтичных вечеров, организованных Намджуном, они наконец-то поговорили о своих чувствах и решили по-настоящему встречаться. Спустя неделю их отношений Намджуна словно подменили: столько нежностей после секса Сокджин от него никогда не слышал, и он совсем на это не жаловался. Вот совсем не жаловался. Поэтому сейчас он перечитывал пятнадцатое сообщение за час (!), отправленное своим парнем, в то время как его пухлые губы тронула покровительственная улыбка от привязанности своего партнёра.       Намджун был очарователен в своей любви, и Сокджин уже даже не мог себя заставить раздражаться на очередное пиликание телефона.       Печатая ответ на вопрос, где он был, Сокджин отправил простое: «на сьёмках, сейчас в номере, отдыхаю», спустя секунду подумав и добавив сердечко вслед, чтобы совсем уж не показаться сухарём. На камеру Сокджин всегда готов был сыграть романтичного айдола, влюблённого в каждую свою фанатку, но в жизни Джин был намного более прагматичен, чем кто-либо мог подумать. Забавно, как он сошёлся именно с Намджуном, который всегда имел дарковые и дерзкие концепты на обложках своих микстейпов, рисуя имидж мужественного брутала, в то время как Сокджин знал его как милейшего кекса с притягательными ямочками и добрым сердцем. По-моему, они прекрасно друг друга дополняли. Сокджин хмыкнул и откинул на постель телефон, прикрыв глаза, чтобы вздремнуть, как опять был взбудоражен новым сообщением.       Потянувшись обратно за сотовым, он разблокировал его, чтобы зависнуть на секунду, в сотый раз перечитывая:

«ты один? не хочешь…»

«…пошалить?»

« ;-) »       Пошалить. Пошалить?       В смысле?..       Сокджин аж будто проснулся, принимая позу сидя и печатая свой вопрос из мыслей, нервно скользнув языком по губам.       «я скучаю» — получил он в ответ, что совсем не было разъяснением предыдущих слов Намджуна, но почему-то уже отдавало неким особенным настроением, заставляя низ живота Сокджина в предвкушении подтянуться. «я тоже :( » – отправилось незамедлительно с его телефона, и парень замер, ожидая, куда же дальше поведёт их разговор собеседник.

«так поскучаем вместе?»       Сокджин хмыкнул, еле сдержав смешок.       Он любил игривого Намджуна, страсть как любил. Кроме нежностей в нём на самом деле жил ещё тот извращенец, под стать Джину, которого иногда подводило воображение, но зато толкало любопытство пробовать что-то новенькое. Опять-таки, они с Намджуном идеально друг другу подходили.       Устав ходить вокруг да около, Сокджин просто написал «как именно ты этого хочешь?» и вскочил за салфетками, лежащими где-то у него в рюкзаке, попутно вспомнив, что смазки у него с собой нет. Чертыхнувшись, Сокджин отправил новое сообщение вслед предыдущему, жалуясь Намджуну на то, что поиграться пальцами он сегодня вряд ли сможет из-за отсутствия одного конкретного спасительного тюбика. Джин не любил боль в сексе, и его парень никогда его к ней не подталкивал, принимая предпочтения партнёра.       «я знаю» — невозмутимо ответил на жалобу Намджун, явно что-то ещё печатая, создавая драматичную паузу. Пока Сокджин удобно мостился на кровати, смартфон оповестил его о новом смс, как минимум, раза четыре, но тот метнул взгляд обратно к переписке лишь когда расположился как следует на мягкой ткани постели, её складки потянулись вслед за его движениями. И правильно сделал, потому что затем Сокджин, полностью посвящая своё внимание Намджуну, как в замедленной съёмке, прочитал следующее:

«твоя смазка осталась у нас дома»

«я держу её в руках вообще-то»

«и я в ванне кстати»

«а ещё у меня есть предложение»       Интуиция Сокджина заставляла его всего напрячься, и лишь благодаря ей он чуть было не подскочил на месте, когда Намджун отослал ему фото, тут же загрузившееся благодаря прекрасной сотовой связи японских провайдеров.       Чтоб их.       Потому что Сокджин не был к этому готов.       Он не был готов к порнографичному ракурсу снизу округлых ягодиц Намджуна из-за разведённых мощных ног, как и кулака из невероятно длинных и жилистых пальцев, обхватывающего стоящий крупный член с подтянувшейся сероватой мошонкой, в то время как другая рука лишь слегка касалась сжатого колечка мышц, явно дразнясь. В кадр ещё и попал возбуждённый сосок Намджуна и его потрясающе пухлые губы, ничем не хуже по своей упругости, чем Сокджина. Еле сглотнув вязкий ком, Сокджин и сам не заметил, как жар возбуждения вспыхнул на его щеках, глаза не знали за что зацепиться, хаотично бегая от одного края фотографии к другому. Пока он приходил в себя, не веря в то, что Намджун вытворяет, тот, будто потешаясь, послал новое сообщение:

«никогда не понимал зачем тебе эта селфи палка»

«теперь беру свои слова обратно»

«она невероятно полезна» « ;-)))) » — О боги, — прерывисто выдохнул Сокджин, ненарочно увидев следующее посланное фото, где Намджун сфотографировал себя сверху, уже лежа в пенной ванне и лениво обхватывая свой член, красной головкой выглядывающий из-под воды.       Фотография при этом была вновь обрезана, будто принадлежала какой-то типичной порно-звезде-анониму, выставляющему лишь свои блядские губы напоказ, как будто от них Сокджину было легче. Мускулистая грудь, чувствительно натянувшаяся шея, крупные руки – Намджун словно снимался для журнала «Альфач года». Не то чтобы такой журнал вообще существовал, но Сокджин бы создал его только ради мужественной красоты Намджуна, заодно выпуская исключительно ограниченное издание лишь для себя любимого.       Он еле сдержал истошный стон – уж слишком тонкие были стены, а Джин знал, что буквально в следующем номере сейчас находится его менеджер – иначе он бы уже позвонил Намджуну и высказал ему всё, что об этом думает (то есть занялся бы сексом по телефону). Единственное, на что Сокджина хватило, это отослать многозначительно «!!!!!» в ответ своему парню, попутно запуская руку в свободные штаны.       Намджун же в это время явно увлёкся своим искусством фотосъёмки, его творческая натура совершенно не вовремя проснулась – он отослал ещё пару кадров того, как оттягивает пальцем губу в соблазнительном жесте, или во весь рост стоит в ванне и с полуоборота красуется молочной кожей своей задницы, на контрасте с золотистой обычно открытых на улице частей тела, а между половинок полупопий белела пена, уж очень напоминая…       Сокджин чуть ли не заскулил и нетерпеливо задвигал колодцем из пальцев, липких из-за текущего по стволу предэякулята, вокруг собственного члена, голова совершенно пустая, по телу пульсировало от желания кончить. Слегка заслезившимися глазами он еле ухватил образ нового снимка в оставленном одиноко лежать радостно пиликнувшем телефоне, где Намджун, перестав играться с ракурсами, просто уже вставлял в себя такие же влажные от обильно выдавленной из тюбика смазки пальцы, соблазнительно закусывая губу.       Сокджина электрическим шоком пробила дрожь лишь только от мысли, каково сейчас его парню – кто как не он сам знал, какие умелые тонкие пальцы Намджуна, как глубоко они могут войти, мастерски умея трахать именно так, как нужно? Воспоминания об их сексе нахлынули штормовой волной возбуждения, мышцы поджались так, будто это в Сокджина сейчас входили пальцы Намджуна, распирая стенки.       Обесиленно упав животом вперёд на постель, Сокджин заглушил ею свой последний стон, волоча губами по ткани, полностью отдаваясь кружащему голову оргазму. И лишь через несколько минут он соберёт мысли в кучу и напишет Намджуну, что оседлает его так, когда приедет домой, что тот не сможет к своему члену и пальцем притронуться. А у того же хватит наглости ответить хитрым смайлом, играющим бровями в пошловатом намёке.       Сокджин говорил, как он обожает нытьё и нетерпение своего бойфренда во время их разлуки?