Бантан Драбблёндан

      Тэхён любил стояки перед сном.       Это было самое оно: после тяжёлого дня с бесконечными тренировками принять горячий душ, а потом, уже нежась в кроватке, лениво дрочить себе до полусонного оргазма, расслабляясь в дремоте и собственных фантазиях. Единственная проблема – храпящие рядом хёны, перед которыми стыдно спалиться. Тэхён, конечно, мог бы уединиться в душе, если бы их макнэ зверем не вцепился в свою привилегию мыться последним. Намджун-хён попросил остальных не возникать по этому поводу: Чонгук был и так чересчур стеснительным, поэтому следовало пойти ему навстречу и обеспечить приватную обстановку, чтобы дать возможность побыть голым наедине.       Пф.       Ну, ничего: Тэхён уже мастер своего дела. Привычное шуршание одеяла - и вот уже его рука греется в трусах, перебирая между пальцами лобковые волосы. На губах расплылась по-кошачьи довольная улыбка. Ему нравилось делать всё медленно и плавно, не переходить сразу к острому возбуждению, а сначала ласкать себя, поглаживая член любя. К тому же, такой нерасторопный темп прекрасно помогал сдерживать стоны и контролировать участившееся дыхание. Правда, с чавкающим хлюпаньем было не всё так просто, но Тэхён уже по собственному опыту знал, что оно мало кого способно разбудить. Да и плотная ткань одеяла заглушала почти все звуки – это ему было всё замечательно слышно, сердце часто билось в груди, разгоняя кровь по телу.       О да, Тэхён обожал свои тайные стояки перед сном.       Но только не сегодня.       Сегодня, уже лёжа в постели, он готов был вот-вот привычно оттянуть резинку пижамных штанов большим пальцем, как вдруг дверь в их спальню начала открываться, пропуская в тёмную комнату свет из ванной. Тэхён в панике выпучил глаза и резко вернул руку на место – одеревенело лежать рядом с телом.       Чёрт!       Обычно он без проблем успевал справиться с напряжением в паху до того, как Чонгук заканчивал свои бесконечные ванные процедуры. Но сегодня тот отчего-то помылся быстрее, чем всегда – Тэхён даже не успел ничего толком начать!..       Ладно, не беда.       Сейчас макнэ бухнется на свою отдельную кровать и захрапит также, как и все остальные мемберы. И тогда уж Тэхён наконец-то займётся собой.       Но он опять просчитался. — Хён?.. Ты не спишь?       Тэхён еле сдержался от того, чтобы шлёпнуть себя ладонью по лбу.       Он забыл сделать вид, что спит! — М?.. — включил актёра Тэхён, напрочь игнорируя тот факт, что секунду назад его глаза были широко (и очень палевно) распахнуты. — Мх, не-не, я сплю... — А... — разочарование так и сквозило в голосе Чонгука, и Тэхёну его почти стало жалко.       Почти.       Если бы не полувставший член в свободных штанах, он даже поинтересовался бы у него, в чём дело.       Чонгук пошуршал чем-то и уселся на свою кровать – Тэхёну его было прекрасно видно с собственной. Он прикрыл глаза до маленьких щёлочек и осторожно начал наблюдать за макнэ, мысленно ругаясь на весь мир: тот даже ещё не лёг, сложив локти на коленях и уставившись в пол, чёрная макушка сливалась с тенью на стене.       Тэхён внутренне взвыл.       Ну, давай же!.. Ложись уже спать!       Но Чонгук как будто специально даже и думать об этом позабыл: замер статуей мыслителя и всё тут!       Тэхён вздохнул от отчаяния. Похоже, чтобы его донсен наконец-то отрубился, нужно всё-таки спросить, что его так тревожит: — Что-то не так, Чонгук-а?       Будто только этого и ожидая, Чонгук тут же вскинулся и жалобными глазами посмотрел на хёна, напоминая собой какой-то симбиоз хорька, щеночка и кролика.       В общем, сердце Тэхёна растопило начисто. — Хён, а можно... честно, только один раз... — промямлил шёпотом Чон, перебирая пальцами, но не отводя умоляющего взгляда от старшего. — Что? — ...можно я с тобой засну?       Тэхён позорно громко сглотнул. — Н-не думаю, что мы поместимся здесь, Чонгук-и, — нашёл оправдание он, кивнув головой в сторону своей постели: отказывать в лоб казалось настоящим кощунством. Его ноги рефлекторно сомкнулись вместе, пытаясь скрыть стояк всеми силами, хотя тот и так был накрыт одеялом – но Тэхён уже начал потеть от нервов. — А моя кровать? Тут больше места, — спохватился Чонгук, тут же разглаживая складки на простыне и скидывая гору своей одежды, лежащей с краю небрежной стопкой, на пол, чтобы расчистить место. — ...пожалуйста?..       Тэхён продолжал всё так же молча орать. — Ладно, т-только... — он был благодарен темноте, которая скрывала румяные щёки. Может, она поможет спрятать и бугор в штанах? — ...дай мне секунду. Ложись первым, короче. — Хорошо! Спасибо, хён! — чуть ли не подскочил на месте радостный Чонгук и мигом залез под одеяло, двигаясь ближе к стенке и выглядывая большими глазами, полными надежды, из-под белой ткани.       Тэхён сжал губы в тонкую полоску, грустным взглядом окинув свой аккуратно спрятанный в углу носок, специально подготовленный для дрочки. Ничего не поделаешь. Как следует закутавшись в своё одеяло, он слез с кровати, гусеницей кое-как доковыляв до макнэ, головка члена дразняще тёрлась о ткань пижамы из-за движения, раздражая. Чонгук его ждал с такой верой, будто принцесса в замке своего рыцаря, наблюдая за каждым неловким шагом хёна. Добравшись до чужой постели, Тэхён наконец-то упал на неё колбаской, так и зависнув в одной позе, большими от волнения глазами уставившись в потолок. — Спокойной ночи, хён, — выдохнул тихо Чонгук, натянув одеяло до подбородка и закрыв глаза, всё его тело заметно расслабилось, как только рядом оказался кто-то близкий ему, сопровождающий его в крепкий сон.       А спал Чонгук так, что и звоном кастрюль над ухом не разбудишь.       Уж Тэхён-то знал – их обоих менеджер будил первыми, потому что они всегда вставали последними.       Именно этот факт и подтолкнул его к чему-то такому, что он никогда бы в жизни не сделал рядом с другими мемберами.       Прости, Чонгук: дружба дружбой, а мастурбация – по расписанию.       Протиснув руку, зажатую коконом одеяла, ближе к паху, Тэхён нервно облизал губы и тронул свой напряжённый ствол, волна наслаждения током пробежалась от пят до головы за секунду и бесследно испарилась: как всегда – этого было так мало! Недостаточно. Тэхён на всякий случай, проверяя, искоса глянул в сторону профиля макнэ, который уже мирно сопел, его милый большой нос немного несуразно выделялся на фоне кукольного лица. Но Тэхёну вдруг пришло в голову, что это сочетание безупречного с небезупречным – идеально. И в категорию безупречного, по его мнению, явно входили губы макнэ: было в них что-то такое... чёткая форма аккуратной верхней губы почему-то приковывала взгляд. Притягивала и казалась созданной для поцелуев. А ещё заметно выделялись длинные ресницы. Сейчас, когда Чонгук прикрыл веки – они особенно чётко просматривались на фоне светлой щеки, веером оставляя на ней тень из-за уличного света, льющегося сквозь окна.       Тэхён внезапно понял, что ему нравится не только дрочить перед сном.       Теперь ему ещё и, оказывается, нравится дрочить, глядя на лицо Чонгука.       Чертовски странно, но...       Тэхён коротко пожал плечами.       С кем не бывает.       Слишком глубоко об этом не задумываясь, он поддался искушению и заводил ладонью по горячему члену, чуть приоткрыв рот, пока его глаза не отрывались от спящего лица Чонгука – ангельски невинного и привлекательного. Их золотой макнэ сейчас казался волшебно серебряным из-за холодного света луны, превращающего его в скульптурное произведение искусства. Тэхён всегда знал, что он тот ещё эстет. Даже сейчас, когда оргазм уже почти накрыл его, он неосознанно сравнивет красоту Чонгука со своими любимыми произведениями Ван Гога или душезахватывающими фотосессиями Анте Бадзим, находя в чертах лица макнэ плавные линии и завидную пропорцию, складно располагающиеся на небольшом лице. Чонгук был художественно роскошен и очень фотогеничен. Его шёлковые пряди волос особенно удачно обрамляли лицо, небрежно, но так, как надо, прикрывая глаза и брови. А... а точёный подбородок... Тэхён уже окончательно потерял цепочку своих мыслей, просто полностью отдаваясь ощущению пика.       Как он раньше это всё не замечал?..       Посмотрев на донсена новыми глазами сквозь мечтательную пелену, Тэхён настолько охмелел, вот-вот ловя оргазм, что даже не сразу понял, что произошло:       На него с большим интересом смотрели большие чёрные глаза.       Сердце пропустило удар и, казалось, застряло на полустуке. — ...хён?       Чонгук, будто немного не в себе или не окончательно проснувшийся, сморщился и придвинулся ближе к охуевшему Техёну, который боялся лишний раз вздохнуть. — ...оставь, ложись уже спать, — невнятно пробубнил Чонгук неожиданно охрипшим голосом, его вибрации щекотали грудь. — ...завтра помогу, — напоследок невзначай добавил он и, коротко поцеловав заледеневшего хёна в губы, невозмутимо развернулся на другой бок, чтобы снова заснуть, перестав ворочаться.       Вот так вот просто произошёл какой-то полный пи...       Ор внутри Техёна не заткнулся даже через час бесполезного втыкания в потолок под размеренное сопение макнэ.