Наша история

В волнении Лисанна уже не знала, которую по счёту банку подряд пьёт. Надев верхнюю одежду, они со Стингом вышли на террасу и сидели на уличном диване, укрывшись пледом, чтобы не замёрзнуть. Они долго молчали и смотрели перед собой на открывающийся вид: мощные стволы деревьев, горы и тёмное небо. Оба не решались начать разговор первыми. Лисанне было немного странно находиться здесь в тишине, когда всего несколько часов назад атмосфера на этом же месте была ненапряжённой и весёлой. Ей хотелось вернуть хотя бы частичку того настроения, беззаботно улыбнуться Стингу и подвести его к разговору, но отчего-то не решалась. Всё же это молчание отчасти было для неё источником спокойствия и уверенности. Ведь исход разговора, который предложил начать Стинг, мог быть только в двух вариантах: Лисанна будет на седьмом небе от счастья или будет утопать в собственных слезах до утра. Иногда она чувствовала на себе его короткие взгляды, но не решалась сама на него взглянуть. Только и делала, что каждые пару секунд подносила ко рту банку с газировкой и через соломинку потягивала маленькими глотками сладкий напиток. Хорошо, что Лисанна сразу же взяла с собой несколько штук. Стингу она тоже предложила, но он только открыл свою банку и всё это время просто держал её в руках, не сделав ни глотка. — Я даже не знаю, с чего начать, — произнёс наконец Стинг после долгого молчания. «Я заметила», — хотелось сказать Лисанне, но она заставила себя позволить ему говорить дальше и не язвить. Боковым зрением она заметила, что Стинг сделал большой глоток газировки, словно для храбрости. И почему-то Лисанну это заставило немного расслабиться. — Ненавижу, когда ты злишься на меня, — выпалил он резко и при этом спокойно, — я начинаю чувствовать себя беспомощным и глупым. Лисанна собралась снова включить свою доброжелательную и наигранную улыбку, лишь бы сгладить ситуацию и избавиться от напряжения, но одёрнула себя. Так надоело играть в эти странные игры. Она действительно злилась и в этот раз не хотела этого отрицать. Чувствуя на себе очередной, но теперь долгий взгляд Стинга, Лисанна всё-таки повернула к нему голову. — Ты ревнуешь меня, — он сделал паузу, глядя в глаза подруги, — к Люси? Несколько секунд Лисанна молчала, внутренне пытаясь побороть в себе желание сгладить углы, перевести всё в недопонимание и прикинуться дурочкой. — Не совсем, — на выдохе сказала она, видя, как Стинг напрягся ещё сильнее и продолжал вглядываться в её лицо. — Я понимаю, что у вас нет друг к другу никаких чувств, но… Лисанна не выдерживала пристального и внимательного взгляда друга, начиная сильнее волноваться и смущаться. Говорить о своих чувствах настолько откровенно оказалось для неё тяжелее, чем она думала. Особенно когда эти чувства касаются человека, с которым ты о них же и разговариваешь. На мгновение ей стало приятно, что Стинг не торопил её с продолжением и терпеливо ждал. Это даже придавало какой-то уверенности, а желание говорить честно усиливалось. — Я не понимаю, в какие моменты ты искренен, а в какие нет, — пожимая плечами, сказала Лисанна. — Несмотря на то что я знаю, что ты флиртуешь с Люси в шутку, говоришь шутки о том, как хотел бы её, это всё равно странно. И неприятно. Моментами ты успокаиваешься и ведёшь себя рядом с ней спокойно, а потом в тебе будто что-то просыпается, может, какая-то другая версия тебя — и ты начинаешь по новой. И я уже вообще перестаю что-либо понимать. На какое-то время между ними снова повисла тишина. Лисанна даже подумала в какой-то момент встать и уйти в номер, пока Стинг не ответил. — Может быть, ты и права, — сглотнул он, — и во мне действительно просыпается какая-то другая версия, — он вдруг издал короткий и тихий смешок. Развернувшись вполоборота к Лисанне, Стинг сделал глоток газировки и устремил взгляд немного в сторону. — Просто я… — начал опять говорить он, — я тоже не понимаю. Мне сейчас так волнительно и страшно, что ты и представить себе не можешь, — опустив голову, он усмехнулся. — И мне жаль, что я своими выходками делал тебе больно. Прости. Замолчав, Стинг осторожно поднял взгляд на Лисанну и ждал, когда она тоже взглянет на него, после чего продолжил: — Ты мне нравишься. Очень. Безмерно. — Он поджал губы и прикрыл на секунду глаза ладонью. — Я ещё ни к одной девушке не испытывал подобных чувств. Ты такая лёгкая, с тобой интересно, просто и так… так спокойно, уютно. Просто находясь рядом с тобой, я испытываю какой-то душевный покой и комфорт, будто я всегда должен находиться рядом с тобой. И мне страшно от подобных мыслей, потому что они впервые возникают по отношению к девушке. Меня пугает это, и, конечно же, я хочу вернуться в привычную шкуру — флиртовать с девчонками, делать вид, что меня интересует Люси, и подшучивать дальше. Что бы я ни делал — ты живёшь в моей голове. И меня убивало то, что я совершенно не понимал твоих чувств ко мне. Ты общаешься со мной, как и с остальными. Боже, да я не хотел мириться со своим нахождением в проклятой френдзоне! Это позорище! — Эй! — Лисанна тоже повернулась к нему вполоборота и толкнула его в плечо. — Это я была во френдзоне! Не прибедняйся! — Ты? Да ты даже не пыталась со мной флиртовать, чтобы дать мне зелёный свет! Могла только расстроиться из-за моей тупой выходки и всё! — И это тебе ни о чём не говорило?! — Догадки были, но этого же мало! — Да ты идиот! — Прекрати! Я же тебе тут в чувствах признаюсь! Волнительно вообще-то, знаешь ли! Лисанна тут же осеклась, и между ними снова возникла короткая тишина, после которой она прыснула со смеху. Стинг не выдержал и тоже начал сразу же смеяться. — Почему ты сам не начинал со мной флиртовать? — спросила Лисанна и улыбнулась. Стинг заметно расслабился, увидев на её лице долгожданную и невымученную улыбку. И придвинулся ближе к ней. — Почему-то флиртовать с девушкой, к которой есть чувства, — не получается. Как-то это слишком нервозно или неловко, не знаю. Лисанна сделала короткий, почти незаметный кивок. — И что же теперь будем делать? — задала она невинный вопрос. Стинг на секунду опустил голову, прикусив губу. Его рука потянулась к пальцам Лисанны. Он осторожно взял их в свою ладонь, проводя подушечкой большого пальца по её костяшкам. А потом их пальцы переплелись. — Будем встречаться, — глаза Стинга вновь поднялись на лицо девушки. — Что ещё могут делать люди, которые нравятся друг другу? — А с чего такая уверенность, что твои чувства взаимны? — Лисанна улыбнулась, склонив голову набок. — Это ты начала со мной флиртовать? — улыбнулся Стинг. Лисанна отвела взгляд и дёрнула плечом, но её улыбка стала лишь шире. — С того, что ты злишься, значит, точно неравнодушна, — он придвинулся ещё ближе к ней. — С того, что ты начала улыбаться и смотреть на меня, — Стинг отставил свою почти полную банку на небольшой столик. — С того, что ты терпеливо ждала, когда я начну этот разговор. С того, что ты тоже заметно нервничала. — Его рука мягко скользнула к лицу Лисанны и осторожно убрала прядь её волос за ухо. — С того, что ты не отталкиваешь меня. Ладонь Стинга нежно накрыла щёку девушки, после чего он аккуратно притянул её к себе. Их губы соприкоснулись, и Стинг вёл себя терпеливо и настороженно, будто в сию же секунду Лисанна покажет ему, что он не прав, и вот-вот оттолкнёт его. Он не спешил и не настаивал, словно давая ей время. И Стинг соврёт, если скажет, что эти секунды не казались ему вечными или что это не самый волнительный момент. Он чувствовал, как внутри него всё замирает от этого невинного поцелуя, а голова страшно кипит от переизбытка мыслей. Его руки хотели большего: касаться бархатной кожи и шелковистых волос Лисанны, чувствовать её тепло. Губы изнывали от желания зацеловать каждый миллиметр её лица и углубить поцелуй, но Стинг заставлял себя сдерживаться. Он не сделает ничего лишнего, если она не позволит. Как только Лисанна ответила на его поцелуй. Так трепетно и нежно. Стинг судорожно вдохнул и ощутил, что всё его тело покалывает от радости и наслаждения. Он позволил себе пустить в ход язык, но делал это также осторожно, словно спрашивая одобрение у Лисанны. Когда их языки соприкоснулись и Лисанна придвинулась ближе, положив руку на шею Стинга, внутри него произошёл какой-то взрыв.

***

Грей даже не заметил, как его ноги привели к комнате Джувии и Каны. Он столкнулся с Джувией после горячих источников, они почти одновременно вышли из раздевалок и немного прошлись по гостинице. Зашли в кухню, вокруг было тихо, так как почти все продолжали нежиться в чистой воде. Они перекусили овощами и обсуждали сегодняшний день, уже чувствуя, как совсем скоро будут скучать по таким выходным. Оба сидели за столом и мирно беседовали, обмениваясь тёплыми взглядами и улыбками. С распаренной после источников кожей, в одинаковых махровых халатах Грею казалось, будто они супружеская пара, а это их чудесный медовый месяц, где они наслаждаются временем, проведённым друг с другом. В этом определённо было что-то приятное. Магия улетучилась спустя несколько минут, когда в кухню зашли Лаксус, Джерар и Нацу и что-то весело обсуждали. Это напомнило Грею, что они с Джувией тут не одни, это никакой не медовый месяц и они совершенно не пара. Джувия бросила быстрый взгляд на вошедших парней и выпрямилась, отстраняясь от Грея, словно их присутствие тоже её отрезвило. Они смущённо замолчали, хотя казалось, что парни не замечали парочку, и Грей мог дать этому объяснение, которое одновременно раздражало его и радовало. Все уже воспринимали Грея и Джувию как пару, но парой они по-прежнему не являлись. Даже прекратились со стороны друзей подначивания, намёки и какие-либо шутки в их сторону — их все называли парочкой. Джувии едва удалось сдержаться и не наброситься на Лисанну, когда та сказала Мире, что её и Грея можно заселить в один номер с двуместной кроватью — ведь они встречаются. Хорошо, что по скрипучему качанию головой сестра подруги поняла, что не стоит этого делать, а для пущей убедительности Джувия, подхватив под руку Кану, громко заявила, что они будут жить в одном номере. Но от неё не осталось незамеченным то, как Мира наклонилась ближе к Лисанне и прошептала: «Они ещё не дошли до этого этапа, да?». А та ей ответила, отмахиваясь: «Стесняются и делают вид, что между ними ничего нет». Джувия хвалила саму себя за терпение. Даже поведение подруг в школе внезапно поменялось. Когда кто-нибудь говорил за неё: «Она не пойдёт, наверняка снова договорилась провести время с парнем», Джувия отвечала, что он ей не парень, и только потом обдумывала, что все за столом понимали, о ком речь, не называя имени. И подруги смотрели на неё скучающе, словно она сморозила что-то банальное и очевидное. Больше не делали вид, что не верят её словам. Все считали их с Греем парой, кроме них самих, естественно. Оправдываться и доказывать обратное казалось странным — друзья даже не пытались и не хотели верить. Дождавшись, когда Джувия вынырнет из мыслей и наконец встретится глазами с Греем, он слабо кивнул ей в сторону коридора, намекая, что хочет, чтобы они ушли. И она поднялась с места в знак согласия. Они вышли, оба чувствуя лёгкое смущение, потому что в головах крутились одинаковые мысли и воспоминания. Грею и хотелось бы сдвинуться с этой точки и уже «официально» обозначить отношения с Джувией, но она постоянно давала заднюю. Отдалялась на короткое время, будто боялась, а потом снова тянулась к нему. И так из раза в раз. Он продолжал ждать и надеяться, что совсем скоро она согласится стать его девушкой. Как бы его ни раздражали слова друзей о том, что те уже давно видят их с Джувией как пару, в этом была истина. Со стороны Грей сделал бы такое же заключение: ведь они действительно вели себя так, будто встречаются. Оказавшись среди пустых номеров, они вновь почувствовали какое-то спокойствие, и полились расслабленные разговоры и смешки. Они направились в номер Джувии и Каны, не договариваясь об этом друг с другом, словно так и должно было быть. Грей даже не понял, как легко и естественно зашёл в их пустой номер вместе с Джувией. Они продолжали вести себя как ни в чём не бывало и болтать, усаживаясь на кровать Джувии у стены. Грей облокотился спиной о стену и откинул руку в сторону, приглашая к себе девушку. Она с лёгкостью улеглась к нему под бок, ведь в этом не было ничего такого — они же и так часто обнимались. Неловкость наступала постепенно и вмиг разгонялась, повисая между ними. Их разговоры стихли, оставляя только взгляды друг на друга и улыбки. Только в этот момент оба осознали, в какую ловушку загнали сами себя. Они много раз оставались наедине, но сегодня все чувства странно обострялись, так как обстановка говорила сама за себя: сидят в обнимку на кровати в пустом номере. Слишком интимно. — Слушай, — тихо заговорил Грей, пропуская через пальцы волосы Джувии, — если я сейчас снова предложу тебе стать моей девушкой — ты опять откажешь? Она смотрела на него так ласково и улыбалась, что на миг ему показалось, что на этот раз Джувия согласится. — Откажу, — тут же сказала она. Грей усмехнулся, вздохнул и прижал её к себе ближе. Джувия только с большей радостью устроилась на плече парня и положила руку на его грудь. Конечно же, он расстроен очередным отказом, но одновременно рад, что это слегка развеяло повисшую неловкость между ними. — Да что мне нужно сделать для этого? — тихо произнёс он, продолжая играть с волосами Джувии, а она только хмыкнула. — Может, напишешь мне инструкцию, которая поможет мне стать твоим парнем? — К сожалению, это мне нужна инструкция, — неспешно сказала Джувия, и Грей не мог не заметить грустные нотки в её голосе. Он слегка отстранился от неё, чтобы взглянуть в глаза. И она слегка приподняла голову, глядя на Грея. — Что ты имеешь в виду? Грей в ту же секунду пожалел о заданном вопросе, потому что Джувия поднялась с его плеча. Прижимая ноги к груди, она обняла себя за колени и смотрела на них. В этот момент она казалась ему такой одинокой и хрупкой, что хотелось тут же притянуть её обратно к себе, но отчего-то он медлил и с беспокойством на неё глядел. — Просто все мои отношения заканчивались не очень, — начала она говорить, не поворачиваясь к Грею. — И долго не длились, — Джувия рассеянно пожала плечами. — Каждый раз мне говорили, что я недостаточно уделяю времени и внимания, потому что моя голова забита плаванием и любыми другими делами, — она грустно усмехнулась. Грей чуть наклонился в её сторону, явно желая возразить, но Джувия тут же повернула к нему голову и продолжила, глядя ему в глаза: — И они правы. Ведь это правда, всё так и есть. Я люблю плавать и много тренируюсь, особенно теперь после травмы. Я боюсь, что однажды ты тоже скажешь мне подобное, и я тебя потеряю, не хочу этого. Грей не сдержал улыбки и одной рукой снова уложил её себе на плечо. — Такого не будет. — Сказал он. — И ты это знаешь, на самом деле. Конечно, мне хотелось бы отбирать каждую минуту твоего времени, но мне безумно нравится твоё стремление в плавании. Хоть иногда ты и перегибаешь со своими чересчур усердными тренировками, но ты восхищаешь меня. Не просто же так я частенько прихожу посмотреть на тебя. Ты поразительна. Поэтому твой страх, что я могу сказать тебе что-то подобное, — Грей фыркнул, — это глупость. Плавание — огромная и важная часть твоей жизни. Это то, что ты любишь. Я отношусь к этому с пониманием и уважением. Джувия улыбнулась, снова расслабившись в объятиях Грея, но не подняла на него голову. Не хотела сталкиваться с его взглядом, так как внутри неё плавилось желание его поцеловать после таких приятных слов. — Ты меня поняла? — мягко спросил он, и Джувия почувствовала на своей макушке его лёгкий поцелуй. — Да, — ответила она и улыбнулась. Боясь натворить лишнего, Джувия следом предложила посмотреть триллер на планшете. Они разлеглись на кровати и начали смотреть фильм в обнимку. Джувия стала улавливать суть сюжета только после минут двадцати просмотра, до этого в голове крутились слова Грея, которые, не хотелось бы признавать, но делали её счастливой.

***

Кана недолгое время топталась у двери их с Джувией номера. Что-то подсказывало ей, что Джувия и Грей там вдвоём, и мешать им не хотелось. Но что, если они уединились в другом месте или же вообще разошлись по своим комнатам? Как только она хотела открыть дверь и проверить, услышала голос: — Я бы на твоём месте им не мешал. Она застыла и вздохнула, ведь он прав. Ей не пришлось поворачиваться, так как по голосу она сразу же узнала Лаксуса, который твёрдой походкой шёл в её сторону. Он остановился, опираясь плечом о стену, и смотрел на профиль Каны. Повернувшись к Лаксусу, она заметила, что он, как и она сама, уже успел переодеться и избавиться от халата. На её лице застыло короткое удивление, когда она оглядела одежду парня: спортивные простые серые штаны и белая футболка. — Меня косплеешь? — ухмыльнулся Лаксус, рассматривая на Кане её белую футболку и серые спортивные штаны. Единственной разницей было то, что у него футболка была широкой и длинной, а у неё — укороченная и в обтяжку. Кана на мгновенье задумалась, что футболка Лаксуса на ней была бы по колено. Возможно, даже ниже колена. — У нас парные образы, — он вскинул брови и наклонил немного корпус ближе к Кане, — как это мило. — Просто наимилейшество, — она не сдержала сарказма, поворачивая к нему голову. Встретив привычную усмешку на его лице вместе с пронизывающим прямым взглядом, Кана начала чувствовать себя странно. Ей не удавалось так долго держать с Лаксусом зрительный контакт, теперь она ощущала от него горение изнутри и смущалась. Чувствуя, как её щёки вспыхивают, Кана поджала губы и повернула голову в другую сторону, будто услышала посторонний шум. Затем вернула глаза на дверь перед собой и после опустила в пол. Лаксус не сводил с неё взгляда, и она это знала, отчего хотелось сгореть прямо на месте. — Откуда ты знаешь, что они там? — Кана кивком головы указала на дверь. — А где им ещё быть? — пожал плечами Лаксус. — Моя комната пустая. Всё застыло внутри Каны, а её лицо моментально залилось краской. Что это за внезапное и такое резкое предложение? Кто приглашает девушку к себе подобным образом? Она слегка повернулась к Лаксусу, неуверенно подняв взгляд. Кане хотелось с размаха дать смачную пощёчину по его физиономии за такое предложение. Но выражение лица Лаксуса как-то сбило её с толку и заставило умерить пыл. Он немного хмурился и явно не мог понять реакцию девушки. — Раз их нет в нашем с Греем номере, — пояснил Лаксус и после указал головой на дверь в комнату Каны и Джувии, — значит, они тут. Кана хлопнула глазами и с облегчением выдохнула. Затем она кивнула и согласилась с предположением Лаксуса, пока до него, наконец, дошла двусмысленность собственной фразы «Моя комната пустая». Теперь он понимал странные эмоции на лице Альбероны до его пояснения. Пока она бормотала себе под нос, размышляя вслух о том, надолго ли Грей застрянет в их комнате и что же ей тогда делать, Лаксус отмалчивался, потирая побагровевшую шею. И на этот раз он боролся с желанием сгореть на месте. — Ладно, пойдём, — фыркнул Лаксус и схватил девушку за запястье. Кана не успела ничего возразить, пока Дреяр тащил её к ступенькам, и они спустились на первый этаж. Отчего-то её сердце в груди грохотало как ненормальное. Она хотела выдернуть руку, остановиться, одарить этого самодовольного парня своим презрительным взглядом, развернуться и назло направиться в противоположную от него сторону. Но что-то не позволяло ей этого сделать. И, честно сказать, Кане было без разницы, куда Лаксус намеревался её отвести. Ей просто нравилось ощущать его руку на своём запястье. Через пару минут они оказались в небольшой комнате отдыха. Дреяр отпустил Кану и прошёл чуть дальше к диванчику, где развалились Гажил и Нацу и что-то обсуждали. Оба с улыбками встретили баскетболиста и кивком головы указали на небольшой столик, стоявший перед ними, с газировкой и чипсами. Посреди комнаты стояли два теннисных стола, один из которых был занят Эльзой и Джераром. Теннисный мячик ритмично отбивался от их ракеток и прыгал через сеточку, а они постоянно поднимали глаза друг на друга, обмениваясь короткими улыбками. Вокруг них скакала Леви и со скукой в глазах наблюдала за их игрой. Уговаривала их играть более экспрессивно и активно, указывала, что парни уже давно не следят за ходом игры, в отличие от неё. Но Эльзе и Джерару было всё равно, они будто вообще не слышали комментариев и вовсе её не замечали. Кана не очень понимала, зачем вообще её сюда привёл Лаксус. Хотя в любом случае это лучше, чем мешать Джувии и Грею или одиноко ждать в коридоре, когда парень наконец покинет их номер. Дреяр кивнул парням и глянул через плечо на Кану. — Сыграем? — он кивком головы указал на свободный теннисный стол и хитро улыбнулся. Блеснувший азарт в его глазах заставил сердце Альбероны на секунду сжаться. Как же ей нравилось это выражение лица. — Только обещай не плакать после проигрыша, — хмыкнула Кана, сложив руки на груди, и с прищуром глядела на парня. Его улыбка только сильнее расплылась. — Это не твои нудные шахматы, Альберона, ты же в курсе? — сказал Лаксус, когда Кана опёрлась о стол бедром, подбрасывая теннисный шарик. — И не твой тупой баскетбол, Дреяр, — она равнодушно пожала плечами, но, встретившись глазами с Лаксусом, не сдержала лукавой улыбки. — Ты же в курсе? Вставая по другую сторону стола, он ухмыльнулся, взял ракетку в руку и постучал по ней пальцами. — Вперёд, — кивнул девушке Лаксус. Кана не нуждалась в повторном приглашении и тут же бросила мячик и ударила по нему ракеткой. Их игра моментально привлекла внимание остальных ребят. Мячик с громким звуком бился о стол, Кана размахивала ракеткой и следила за ударами Дреяра так, будто от этого зависела её жизнь. Лаксус не скрывал своего азарта от игры с Альбероной и совершенно ей не уступал. Он широко улыбался, когда Кана пыталась обмануть противника и быстрым движением меняла положение ракетки в ладони, и мячик летел прямо на Дреяра. Но он быстро отправлял мячик обратно девушке. Леви визжала от радости и с удовольствием наблюдала за их игрой, перебегая то к Кане, то обратно к Лаксусу и во все глаза следя за белым шариком, который перестал отбиваться о стол. Казалось, что Кана и Лаксус пытались убийственно пульнуть его друг в друга. Нацу и Гажил тоже с интересом уставились на них и, тихо переговариваясь, хрустели чипсами. На мгновенье Эльза и Джерар притормозили со своей игрой и поглядели на соседний теннисный стол, но через пару минут продолжили играть в своём темпе. Они обменялись облегчёнными улыбками, явно подустав от постоянных фраз Леви о том, как они скучно играют. Кана и Лаксус продолжали ещё долго играть, мячик так ни разу и не коснулся пола — каждая ракетка вовремя успевала отбить. Они играли с таким рвением и воодушевлением, что не замечали уже уставшую Леви, которая расположилась на плече Гажила и вовсе не следила за игрой. Нацу больше наблюдал за лицами игроков, мысленно ужасаясь их непробиваемости, и уже через несколько минут покинул комнату отдыха. Когда закончили играть Джерар и Эльза, никто не успел заметить, и то, как тихо они ушли. Пока Кана сосредотачивала всё своё внимание на быстро летящем мячике, Лаксус позволял себе время от времени поднимать глаза на лицо девушки и не сдерживал улыбки. Когда Альберона это замечала, то только яростнее размахивала ракеткой, желая попасть шариком по этой глупой физиономии Дреяра, которая только отвлекала её. Она знала, что он делает это специально, пытается выбить её, это такой приём, чтобы он выиграл. Кана не позволит этому случиться. — Эй, Альберона, — вдруг сказал Лаксус. Кана заставляла себя не сводить глаз с мячика и держать себя в руках, хоть и внутри всё сжималось. Он нарочно заговорил, отвлекает её, хочет таким способом победить. Она не клюнет на такую тупую уловку и не заговорит с ним. Когда мячик летел в сторону Дреяра, он поймал его, сжал в руке и продолжал смотреть на Кану. Он ждал её внимания. Альберона выпрямилась, позволила себе слегка передохнуть и подняла глаза на парня. Несколько секунд они смотрели друг на друга в молчании, слышны были только тихие сопения Леви и Гажила. Леви свернулась калачиком под боком парня, обвив его руку, а он уложил свою голову на её макушку. — Мы ведь даже не решили, на что играем, — неоднозначно пожал плечами Лаксус и улыбнулся своей хищной, хитрой улыбкой. — Нужны ставки. Кана равнодушно вздохнула и сложила руки на груди. — Ставки? И что предлагаешь? — без интереса задала она вопрос. Дреяр показательно задумался и тянул время, будто прикидывал что-то в голове. Но что-то подсказывало ей, что он уже решил, но зачем-то устраивает перед ней спектакль. Когда Лаксус кивнул сам себе и вернулся глазами к лицу Каны, она заранее почувствовала, что его предложение ей не понравится. — Сходим в кино на новый фильм «Marvel», если выиграю я. На секунду она замерла от услышанного. — Это что, свидание? — с сомнением задала она вопрос. — Да, — тут же ответил ей Дреяр, — это свидание. Кана сглотнула и молчала, изучая глазами его лицо. Её поражало то, как легко и спокойно Лаксус приглашает на свидание, пусть и немного странным способом. Но выглядел он при этом весьма серьёзно, лукавая улыбка на его лице испарилась. Дреяр не сводил с неё взгляда и ждал ответа, однако, казалось, Альберона не собиралась говорить. Она будто искала какой-то подвох в его словах и пыталась анализировать в голове каждое слово Лаксуса, каждую дрогнувшую мышцу на его лице. И от такого исследования девушки ему становилось не по себе, особенно сопровождаемое тишиной, так что он едва сдерживал себя, чтобы не забрать свои слова назад. Его уверенность испарялась, и он не желал показывать это Кане. — Если выиграешь ты, — продолжил Лаксус, — то сходим на музыкальный фестиваль через две недели. И это тоже будет свидание. Несколько секунд они снова замолчали. Его напрягала странная смесь смущения и растерянности на лице Альбероны. Но одно его радовало: она не отказывалась. Он не давал ей время на обдумывание предложений. — Я кидаю, — Дреяр кивнул на свою руку, в которой по-прежнему сжимал мячик. Кана поджала губы и чуть пригнулась, готовая отбивать удар. Она кивнула ему, показывая, что можно продолжать игру. Лаксус не сдержал улыбки, понимая, что Альберона согласна на его ставки и не возмущается. Он бросил шарик о стол, не сводя глаз с девушки, она же всё внимание направляла на мячик. Дреяр сделал удар ракеткой вперёд, заметно слабее, чем раньше. Кана отбила шарик, почти копируя ход Лаксуса. Когда мячик летел в сторону Дреяра, парень показательно положил ракетку и опёрся руками о стол. Шарик пролетел мимо и стукнул по полу. Альберона в удивлении глядела на Лаксуса, который выглядел довольным, несмотря на проигрыш. — Мне больше нравятся фильмы «DC», — сказал Дреяр.