Наша история

Люси раздражённо ворочалась с боку на бок, пытаясь заснуть, чтобы этот день наконец закончился. Да, приятное времяпрепровождение в кругу близких, прекрасная атмосфера и отличный отдых. Но голова шла кругом от обилия мыслей. Когда Стинг вылетел из её комнаты, чтобы догнать Лисанну и расставить все точки над «i», что-то внутри Хартфилии кольнуло. Что должно произойти, чтобы и она, подобно ему, перестала бояться собственных чувств и поговорила о них с Нацу? Она явно влюблялась в него, и теперь Люси отчётливо понимала, как глупо было это отрицать. Но страх, стыд за прошлое и неуверенность душили её. Она злилась и мысленно ругала Лисанну и Стинга, которые нравились друг другу, однако вели себя как полные идиоты. А что, если бы это продолжалось и дальше? Что, если бы кто-то из них не выдержал и нашёл себе другого человека из-за страха быть отвергнутым? Что, если это может ждать Люси и Нацу? Да они ещё большие идиоты, чем Стинг и Лисанна. Дверь снова тихо приоткрылась. Люси сдержала тяжёлый вздох, предполагая, что Эвклиф струсил и, возможно, вернулся за советом или чтобы излить душу. Либо это Лисанна, которая вновь притворится, что всё хорошо, и не захочет вдаваться в подробности того, что между ними произошло. Сердце Хартфилии пропустило удар, когда она заметила в дверях Нацу. Он не торопился заходить и будто ждал одобрения Люси. Заметив на нём халат, щёки девушки слегка вспыхнули, и в голову полезли сегодняшние воспоминания о полуголом друге. Она мысленно порадовалась, что комнату заполнял слабый свет, не позволявший разглядеть её покрасневшее лицо. Приподнявшись на локтях, Люси взглянула на Драгнила, и только после этого он вошёл в номер, прикрыв за собой дверь. — Я думал, ты уже уснула, — тихо сказал он.

«Как тут уснуть, когда все мысли крутятся только вокруг тебя».

— Что-то не спится, — пожала плечами Люси и с трудом выдавила смешок. Нацу бросил взгляд на пустую кровать Лисанны и сел на неё. У Люси не ускользнула мысль, что Стинг, придя к ней, сразу же забрался на её кровать, а Нацу предпочёл отстраниться. И она вновь почувствовала повисший между ними холод, от которого ей отчаянно хотелось избавиться. Её распирало от вопроса, почему он решил заглянуть к ней, но Хартфилия просто ждала действий друга и не давила. Драгнил пронзительно смотрел ей в глаза; он будто раздумывал над словами и выглядел неуверенно. Он был похож на того Нацу, которого она помнила в средней школе. Который боялся её спугнуть, но при этом открыто и уверенно заявлял о своих намерениях. В груди Люси сердце бешено стучало; ей казалось, что он снова хочет предложить ей встречаться или открыто поговорить об отношениях. Она хотела этого разговора, хоть и боялась снова напортачить, истолковав из испуга собственные мысли неверно. Вдруг Нацу ухмыльнулся и слегка прищурился, возвращаясь в более дерзкую и наглую версию себя. — На этих горячих источниках происходит что-то странное. — Ты о чём? — нахмурилась Люси, не понимая, к чему он ведёт. — Давящая романтичная атмосфера. Карие глаза Хартфилии расширились, а сердце опять заколотилось. Она не знала, что ответить, и просто молчала, глядя, как Нацу не сдерживает улыбки. — Что? — только и смогла тихо выдавить из себя девушка, желая, чтобы он продолжил свою мысль. — Все тут разбились на парочки и липнут друг к другу, понимаешь? — рассмеялся Драгнил. — Леви милуется с Гажилом, Грей и Джувия ведут себя, словно прожили несколько лет в браке, между Эльзой и Джераром тоже что-то происходит — они наглядеться друг на друга не могут, а ещё я увидел, как Стинг и Лисанна сидят в обнимку на террасе. Кто бы мог подумать, что их заигранная дружба наконец сдвинулась с мёртвой точки, да? Уже больно смотреть было на эту их игру. — Ага, — только и выдавила Люси, чувствуя, как в горле пересохло. Хотелось спросить: «А что насчёт нас? Не заигрались ли мы?» — Но я очень рад за них, — улыбка Нацу стала мягче. — Я тоже. Зря они так долго прятали свои чувства. — Согласен. Между ними снова повисла тишина. И она казалась Люси ужасно волнительной и отчего-то болезненной. Она чувствовала, к чему клонит Драгнил, но боялась произнести это вслух и ошибиться в своих догадках. Боялась, что Нацу тоже испугается и закроется от неё. Боялась, что она снова наломает дров. Хартфилия пыталась в голове подобрать нужные слова. Говорить с ним аккуратно, осторожно, но при этом ничего не утаивать. — Тебе стало одиноко, и ты пришёл поэтому? Взгляд Драгнила стал растерянным. Он опустил голову и потёр шею. — Может быть. Его закрытость и расплывчатые фразы вызывали в Люси раздражение, но она не показывала этого. Хартфилия и без того знала, что сама виновата во всём. Из-за её ошибки и той боли, которую она причинила Нацу. Он наклонился немного вперёд, поставил локти на колени, сцепил пальцы и упёрся в них подбородком, снова пронзая Люси прямым взглядом. Его лицо скрывала тень. — Мне всегда одиноко без тебя, — тихо произнёс Драгнил. Желание завизжать или разреветься в эту же секунду охватило девушку. Она прикусила губу, пытаясь сдержать какой-то странный, почти звериный порыв. Атмосфера казалась ей натянутой, будто её можно было потрогать рукой и ощутить происходящее между ними напряжение. Её просто поражало, какую власть получил над ней Нацу: так легко, простыми фразами он заставлял Люси испытывать ураган эмоций, сменявших друг друга мимолётно. Раздражение. Злость. Стыд. Восхищение. Уважение. Вина. Боль. Радость. Страх. Драгнил так пристально смотрел ей в глаза, будто считывал каждую мысль, каждую скрытую реакцию. Когда Нацу поднялся с места и подошёл к кровати Хартфилии, внутри неё всё замерло. Она лишь позволила себе слегка подвинуться. Он забрался на постель и одной рукой обнял её за плечи. Какое-то время они просто погрузились в тишину и собственные мысли. Люси чувствовала запах цитруса, исходивший от Драгнила. И сейчас она понимала, что это её любимый запах. Его большой палец поглаживал её предплечье, словно успокаивая. — Нацу. — М-м? Она не выдержит. Она хочет выйти за границы дружбы, теперь она созрела для этого. Люси представляла счастливые лица Стинга и Лисанны, которые решили переступить черту, и было бы ложью, если бы она сказала, что не завидует ребятам. — Может, обсудим кое-что? Он вздохнул, и Люси поджала губы, прикрыла глаза, уже жалея о своём предложении. — Нет, не сейчас, — тихо произнёс Нацу. В его голосе слышалось разочарование. Собрав всю свою смелость, Хартфилия в волнении перебирала пальцы. — Ты ведь даже не знаешь, о чём я хотела бы поговорить. — Знаю, — хмыкнул Драгнил. — Как? — Я знаю, Люси. Просто знаю, и всё. — Почему нет? — Потому что испортишь момент. Люси почувствовала, что Нацу улыбается, произнося это. Но эта фраза причиняла боль. Конечно, она уже всё испортила. Испортила их дружбу, согласившись стать его девушкой в средней школе. Испортила его жизнь, когда снова вернулась и лишила покоя. Конечно, он не мог забыть то, что она заставила его испытать. Возможно, он глубоко в душе даже не простил её за это. И на что теперь она надеялась? Даже сейчас она всё портила. — Засыпай, — сказал Нацу, прижимая Люси крепче. — На тебя тоже давит здешняя обстановка. — Совсем нет. — Послушай, мы обязательно вернёмся к этому разговору. Только не сейчас. Хартфилия кивнула и, не сдерживаясь, обняла Нацу, уложив голову на его грудь. Он ласково, едва касаясь, гладил её волосы. До тех пор, пока она не заснула. Её мерное дыхание действовало на Драгнила успокаивающе, и сейчас он действительно наслаждался происходящим моментом. Хотя ему всегда казалось, что рядом с Люси спокойствие ему только снилось. Он прекрасно видел, как её отношение к нему странным образом меняется. И ему это нравилось. Но что-то продолжало грызть его изнутри. Что с ней случилось? В какой момент всё изменилось и по какой причине? Это не давало покоя. Нацу вёл себя с ней по-разному и из раза в раз получал не совсем типичную для Люси реакцию. Он знал её на все сто процентов и теперь одновременно с этим будто не знал совсем. Эта её новая сторона лишала его рассудка и пугала, но он старался относиться ко всему с холодной головой. Лишний раз ни на что не надеяться. Больше не спешить. Больше не совершать ошибок. Чувствуя симпатию Люси, уже явно не дружескую, Драгнил приходил одновременно в восторг и в ужас. Что, если это временно? Что, если это просто вспышка? Нацу не хотел торопиться и желал как следует всё для себя понять и разобраться. Потому что в этот раз Люси так легко от него не отделается. И эта его новая, прежде незнакомая сторона пугала его самого до чертиков. Он словно метался в бреду от неизведанной неизлечимой болезни под названием «Люси Хартфилия». Его преследовала какая-то мания, одержимость подругой. Как бы они ни отдалялись, как бы ни сближались — это не проходило. Ничто не помогало. Он чувствовал, что Люси знает: он по-прежнему влюблён. Но ей никогда не догадаться, насколько это глубоко и серьёзно. Она и представить себе не может, какая в её руках власть над ним. Сколько эмоций он прятал в себе. Возможно, однажды от их обилия ему окончательно сорвёт крышу. Хотелось провести всё своё время рядом с Люси, вот так, как сейчас — держать её в своих руках, чувствовать тепло её тела. Он так и не сомкнул глаз, желая запомнить эти ощущения. Пропитаться её запахом и продлить этот момент настолько долго, насколько это возможно. Когда уже начало светать, дверь тихонько отворилась, и в номер осторожно вошла Лисанна. Нацу слегка улыбнулся и прижал палец к губам. Она кивнула, видя, что Люси спит. Драгнилу почему-то нравилось, что Штраус никак не реагировала на его присутствие, не задавала вопросов и просто укладывалась на свою кровать. Будто её ничто не удивляло и не смущало. Будто всё так и должно быть. — Наговорились со Стингом? — спросил Нацу шёпотом, проводя пальцами по волосам Люси и глядя на неё. — Э-эм… да, — так же тихо ответила Лисанна. — Рад за вас. Штраус сглотнула и кивнула. Её щёки покраснели, а улыбка расплылась при воспоминании о проведённом времени со Стингом. И она явно стала пунцовой не из-за разговоров под ночным небом, судя по её припухшим губам. — А вы с Люси? — Лисанна повернула голову к Нацу. — Что? — Ну… поговорили? Драгнил какое-то время молчал, не отвлекаясь от игры с волосами Люси. Он понимал, на что Лисанна намекала, поэтому отрицательно покачал головой, хотя на его лице появилась слабая, но довольная улыбка. Штраус больше ничего не произнесла и только тихо вздохнула, после чего погрузилась в сон. Проснувшись, Люси сразу увидела Лисанну, которая крутилась перед зеркалом и поправляла волосы. Заметив в отражении проснувшуюся подругу, улыбка Штраус стала ещё шире. — Доброе утро! — обернулась она к Хартфилии. Люси лишь пробормотала что-то в ответ и кивнула, разглядывая пустующую сторону своей кровати. Как она так быстро заснула? И когда Нацу ушёл? Она перевела взгляд на светившуюся от счастья загадочную Лисанну, которая, казалось, только и ждала этих вопросов от подруги. Однако Люси рисковать не хотелось: вдруг Нацу ушёл до того, как она вернулась, и Лисанна, возможно, не знала, что он вообще тут был. И тогда от её допросов Хартфилии точно не отделаться. — Во сколько ты вернулась? — спросила Люси, поднимаясь с кровати. Она чувствовала себя опустошённо и продолжала думать только о Драгниле. Она сделала шаг навстречу ему, даже полшага, так как Нацу сам решил сохранить дистанцию и остановил её. И что дальше? Оставалось только ждать ответных действий. — Часов в семь-восемь утра, — пожала плечами Лисанна и смущённо переминалась с ноги на ногу, улыбаясь. — Ого… а ты спала вообще? Сейчас уже одиннадцать, — Люси кивнула в сторону электронных часов на тумбочке. — Да, как раз пару часов и поспала, а потом проснулась. Хартфилия сонно улыбнулась и покачала головой, глядя на подругу. Она проспала больше десяти часов и чувствовала себя помятой, а Лисанна выглядела выспавшейся и жизнерадостной, хоть и поспала намного меньше. Должно быть, у неё был просто переизбыток эмоций. Умывшись, переодевшись и заранее собрав вещи, Люси и Лисанна направились в кухню. Оттуда доносился запах оладий и смех ребят, и теперь Хартфилия почувствовала прилив волнения. Нацу тоже, наверное, уже там. Чуть ли не вприпрыжку оказавшись на кухне, Лисанна подбежала к Стингу. Они оба так сладко улыбались друг другу и о чём-то тихо переговаривались, даже не особо привлекая внимания остальных. Словно все вчера уже знали о том, что Лисанна и Стинг признались в чувствах. Грей, Лаксус и Фрид что-то увлечённо обсуждали. В руках Дреяра был апельсин, который он чистил, не отвлекаясь от разговора с парнями. Леви что-то показывала в телефоне Джувии и активно жестикулировала, а та задумчиво кивала на её слова и с интересом смотрела в экран смартфона, задавая вопросы. Кана казалась отстранённой и доедала свою порцию оладий с сиропом. На её лице озарилась мимолётная улыбка, когда Лаксус протянул ей дольки апельсина и незаметно подмигнул. Эльза и Джерар занимались совместным приготовлением новой порции оладий, перешёптывались, хихикали и очаровательно подталкивали друг друга локтями или бёдрами. Гажил и Нацу что-то расспрашивали у Мираджейн, и та с большой охотой им отвечала. Когда Люси уселась за стол, то сразу же столкнулась взглядом с Драгнилом. Ей казалось, что он даже не заметил, как она появилась. Он улыбнулся Хартфилии, и её плечи расслабились, а внутри снова разлилось тепло. Они продолжали смотреть друг на друга, пока кухня наполнялась разговорами ребят, их смехом и ароматными запахами. Люси так сосредоточилась и растворилась во взгляде Нацу, что даже не заметила, как рядом с ней оказалась Эльза с полной тарелкой оладий. Они будто вели молчаливый диалог, понятный лишь им двоим. Оставшееся время до отъезда все собрались в комнате отдыха и играли в пантомиму. Быстро поделившись на команды «мальчики» против «девочек», они хохотали и весело проводили время. Девчонки, в отличие от парней, играли с ярым желанием победить: они выкрикивали догадки, стараясь быстрее угадать загаданное слово и создать как можно больший отрыв. Команда парней явно не разделяла такого рвения и играла более расслаблённо — кроме Лаксуса. Именно он пытался сравнять счёт, чаще остальных угадывая слова. Люси не могла вспомнить, когда в последний раз так хохотала до колик в животе в окружении друзей. Ей было так легко и приятно находиться здесь, что хотелось продлить этот момент ещё немного. Она вдруг подумала, что эту поездку точно нужно повторить, и не один раз. Было бы здорово, если они продолжат так встречаться, так по-особенному уютно проводить время. Через год. Через два. Когда они станут студентами. Когда повзрослеют и начнут работать. Хотелось сохранить это надолго.