Наша история

Субботнее утро медленно прокралось в комнату Люси, словно боялось разбудить. Солнечный луч, тонкий и настойчивый, пробился сквозь неплотно задёрнутую штору и лег на её лицо золотой, чуть колючей полосой. Она зажмурилась, потянулась, чувствуя, как хрустят суставы после долгого сна. Сегодня ребята будут все вместе праздновать и веселиться по поводу начала летних каникул. Без неё. Люси глубоко вздохнула, вдруг почувствовав прилив какой-то усталости. Села, свесила ноги с кровати и посмотрела на телефон, лежащий на тумбочке. Экран был тёмным и молчаливым. Ни одного уведомления. За завтраком Джуд сидел напротив, погружённый в свои бумаги, как в тёмную воду. Кофе в его кружке давно остыл, но он всё равно подносил её к губам, машинально, едва заметно морщась от вкуса. — Ты сегодня никуда не собираешься? — спросил он, не поднимая головы. Его голос звучал ровно, будто вопрос был неважным. Но Люси знала этот тон — он спрашивал, когда хотел убедиться, что с ней всё в порядке. — Нет, — ответила Люси, делая себе чай. — Сегодня я останусь с тобой. — А твои друзья? Они же вроде собирались сегодня. — Собираются, — Люси пожала плечами, стараясь, чтобы это движение выглядело беззаботным. — У Стинга. Но я решила не идти. Джуд наконец поднял глаза. В его взгляде мелькнуло удивление, смешанное с беспокойством. Он отложил бумаги на свободный стул, подальше от себя. — Люси, ты не обязана сидеть со мной, — сказал он мягко. — Я взрослый человек, я могу побыть один. «Могу» — это слово прозвучало как-то неуверенно, будто он сам в это не верил. Слишком много лет проведенные в одиночестве. Как у неё, так и у него. — Знаю, — она улыбнулась. — Но я хочу. Он помолчал. Смотрел на неё — долго и пристально, с той особой отцовской теплотой, которая появляется в такие редкие минуты, когда между ними нет никаких дел, только тишина и понимание. — Послушай, — сказал он наконец. Голос его стал тише, будто он боялся спугнуть этот хрупкий момент. — Я ценю, что ты хочешь побыть со мной. Правда. Но ты молодая. У тебя друзья. У тебя… — он запнулся. — У тебя Нацу. Не трать время на старика. — Ты ещё не старик, — возразила Люси, и в её голосе послышались обида и возмущение. — Старик, — устало усмехнулся он. — Но это не важно. Важно, чтобы ты не замыкалась в четырёх стенах. Ты должна отдыхать, веселиться, пока есть возможность. Молодость не вечна. Люси промолчала. Его слова были правдивы, и отрицать это казалось ей глупым. И ей понятно его беспокойство, но всё же она осталась здесь. Джуд кивнул, словно сдаваясь её тишине, взял кружку и снова уткнулся в бумаги. Но листы больше не шелестели — он держал их, не переворачивая, и Люси знала: он думает о чём-то своём. День тянулся медленно. Пока Джуд продолжать работать, Люси взялась за уборку. Они договорились вместе посмотреть какую-нибудь лёгкую комедию, когда он освободится. Ей хотелось таким способом снять раздражающее напряжение, что вдруг нависло в их доме. Люси перебирала вещи в шкафу. Потом вытерла пыль в своей комнате — прошлась тряпкой по всем поверхностям, включая те, которые обычно пропускала. Потом полила цветы на подоконнике — три горшка с геранью, которые мама когда-то посадила много лет назад и которые до сих пор цвели каждое лето, будто не замечая, что хозяйки больше нет. Как они это делают? — подумала Люси, глядя на яркие красные бутоны. — Как можно продолжать цвести, когда тот, кто тебя посадил, уже не смотрит? Она поймала себя на том, что снова и снова смотрит на телефон. И не знала, что хотела увидеть. Экран загорался, показывал время — безжалостные цифры, которые ползли вперёд, не обращая внимания на её тоску, — и снова гас. Интересно, чем они сейчас занимаются? Люси закрыла глаза и попыталась представить. Стинг наверняка уже командует с важным видом, широко размахивает руками и повышает громкость голоса. А Лисанна закатывает глаза, подкалывает, но слушается, потому что спорить с ним бесполезно. Грей и Джувия, наверное, сидят где-нибудь в углу, тихо переговариваются и не обращают ни на кого внимания. Их руки переплетены, и они даже не замечают, как это выглядит со стороны. Кана и Лаксус делают вид, что их бесит происходящее. Кана что-то ворчит, Лаксус отвечает односложно и невозмутимо — и это их способ быть вместе. Просто быть рядом. Джерар не отлипает от Эльзы, поправляет её волосы и прячет свой полный ласки взгляд за очками. Люси улыбнулась, вспомнив, как Гажил приподнял Леви на руки и уткнулся носом в её шею. Она представила, как он снова превращается в милого и нежного парня рядом с Леви, теряя весь свой устрашающий внешний вид. А Нацу? Она задержала дыхание, будто боялась спугнуть эту мысль. Представила его сосредоточенно за готовкой мяса и как он перебрасывается шутками с парнями. Возможно, иногда тоже задумывается о том, как она проводит сегодняшний день. Люси не хотелось напоминать о себе и лишний раз дёргать от веселого времяпрепровождения. Она ведь сама отказалась. И неожиданно для себя скучала куда сильнее, чем могла себе вообразить. Она взяла телефон, набрала сообщение: «Без тебя грустно». Потом стёрла — показалось слишком жалобным. Набрала снова: «Я скучаю». Стерла. «Как у вас дела?». И следом: «Я скучаю». Нажала «отправить» и выдохнула. Будто скинула с плеч тяжёлый мешок. Джуд заметил, когда они сидели напротив телевизора и не особо вникали в сюжет фильма. Наверное, по тому, как она вздыхала, глядя в окно или как её пальцы нервно крутили телефон. — Люси, — позвал он. Она обернулась. Он склонил голову набок и улыбнулся. — Поезжай к ним. — Пап. — Я серьёзно, — он положил руку на её плечо. — Ты же этого хочешь. И ты скучаешь. Вечером ещё увидимся. — Но я хотела… — Я знаю, что ты хотела, — перебил он мягко с пониманием. — И я это ценю. Отец видел её насквозь, и это одновременно пугало и успокаивало. — Поезжай, — повторил Джуд. — Повеселись. А вечером расскажешь, как прошло. Хорошо? Снова бросив неуверенный взгляд на отца, Люси поджала губы. Джуд позволил себе рассмеяться и кивнул в сторону коридора, как бы говоря: «ну и чего ты ждёшь?» Она кивнула, крепко обняла его прямо как в детстве, когда засыпала у него на руках, а он читал ей сказки шёпотом, чтобы не разбудить маму, — и побежала одеваться. Только подскочив с места и направившись в сторону комнаты, раздался настойчивый звонок в дверь. Такой требовательный, будто внезапные гости не привыкли и не хотят ждать. Люси переглянулась с отцом, и с хмурым видом подошла к двери. Открыв дверь, она вздрогнула и едва не оглохла. — СЮРПРИЗ! В коридор бесцеремонно ввалились все, словно они простояли слишком долгое время и томились в ожидании. Стинг с огромным пакетом, из которого торчала бутылка газировки и что-то ещё, по-хозяйски прошёл вглубь. Лисанна с коробкой пирожных — она едва не споткнулась о порог, засмеялась, не успев даже испугаться, и этот смех разлетелся по прихожей, заполнил все углы. Грей и Джувия, держась за руки, синхронно поздоровались и улыбнулись, словно репетировали это появление несколько дней. Кана с лёгкой улыбкой на губах коснулась плеча Люси. Невозмутимый Лаксус, с пакетом углей в одной руке и бутылкой сока в другой, выглядел так, будто он всегда здесь был, будто его приход был предопределён. Гажил осматривался, переминаясь с ноги на ногу, пока Леви что-то щебетала, встретив удивленный взгляд Люси. Эльза и Джерар вошли почти последними. Эльза вцепилась в руку парня и, кажется, они единственные чувствовали неуверенность и стеснение. Кана шагнула вперёд, обняла Люси. И от неё пахло солнцем и ванилью. — Больше скучать не будешь! — объявила она, и в её голосе звучала такая уверенность, будто она только что решила все мировые проблемы. — Вы что… — Люси обвела их взглядом, не веря своим глазам. — Как вы… Зачем… — У Стинга, — кивнул Грей, и в его голосе не было ни капли сожаления. — Знаем. Но мы решили, что без тебя не то. — Скучно, — добавила Джувия, и это слово прозвучало как приговор. — А у тебя двор больше, — практично заметил Стинг, выглядывая в окно. — Простите за вторжение, — произнёс Джерар, когда позади Люси появился Джуд. Увидев шумную, заполнившую собой всё пространство толпу в коридоре, он на секунду замер. Чашка в его руке зависла в воздухе, будто он забыл, зачем взял её. А потом, к всеобщему удивлению, улыбнулся. — Здравствуйте, мистер Хартфилия! — сказали ребята. Он приобнял дочь и смотрел на внезапных гостей с изумлением и каким-то детским восторгом. — За лучшее вторжение, — с широкой улыбкой сказал Стинг, подойдя к ним и пожав руку Джуду. — Не сомневаюсь, — усмехнулся отец Люси, и в его голосе послышалась мягкость. — Привет, — выдохнула Люси. Это было единственное слово, которое она смогла выдавить, потому что горло перехватило от неожиданности и от того, что эти люди, такие шумные и бесцеремонные, пришли к ней, потому что хотели разделить заготовленный праздник. Лаксус, проходя мимо, остановился. Оглядел Люси так внимательно, с ног до головы, будто видел в первый раз. — Классные штаны, — сказал он совершенно серьёзно. Люси опустила глаза. На ней были старые пижамные штаны с принтом разноцветных конфет — растянутые на коленях, с выцветшей краской, которые она носила только дома. Она хотела было возмутиться, сказать что-то колкое, но тот уже что-то обсуждал с Джераром. Стинг ухмыльнулся, а Лисанна легонько стукнула его локтем в бок. — Не смущай её, — шепнула она, но Люси всё равно услышала. Когда наконец появился Нацу, Люси замерла, глядя на него. Он не сдерживал улыбки, но сохранял дистанцию между ними, не желая вызывать неловкость на глазах Джуда. Нацу коротко кивнул ему. В его кивке было что-то взрослое, серьёзное, почти мужское. Будто он хотел сказать: я здесь, можете не волноваться. Двор наполнился звуками, которых здесь не слышали очень давно. Где-то в памяти Люси всплывали смутные обрывки — детские дни рождения, мамин смех, папины шашлыки. Но сейчас всё было иначе. То было приятными отголосками далёкого, почти сказочного прошлого, а теперь это что-то настоящее, то, что происходит здесь и сейчас. Джерар включил музыку через портативную колонку, и двор наполнился лёгкими летними мелодиями, которые не заглушали разговоры, а только добавляли им какой-то особой атмосферы и глубины. Парни быстро разобрали мангал во дворе. Стинг командовал, раздавая указания направо и налево, хотя сам больше мешал, чем помогал. Грей с Гажилом таскали угли и дрова, переругивались из-за того, кто больше устал, и оба делали вид, что не замечают, как девчонки накрывают стол на веранде — длинный, из грубых досок, который Джуд сколотил много лет назад. — Твой отец сам делал? — спросила Кана, проводя рукой по шершавой поверхности. — Да, — ответила Люси. — Давно. Кана только кивнула, и в её взгляде промелькнуло что-то грустное. Лисанна раскладывала закуски по тарелкам и то и дело шипела на Стинга, который норовил украсть кусочек сыра или оливку. Джуд сидел на веранде в плетёном кресле, которое обычно пустовало, и смотрел на всё это с лёгкой, чуть растерянной улыбкой. В одной руке он держал кружку с чаем — на этот раз горячим, который Джувия заботливо подлила ему, заметив, что его собственная давно остыла. И всё его внимание было направлено на ребят, словно он смотрел какой-то очень приятный, ностальгический фильм. — Вы давно здесь живёте? — спросила Эльза, присаживаясь на ступеньку рядом с ним. — Давно, — ответил Джуд. — Хороший у вас район. Здесь спокойно. — Да. — Мистер Хартфилия, попробуйте! — Стинг подскочил к нему с тарелкой, на которой дымился кусок мяса. — Нацу говорит, что это лучший кусок. Я не проверял, но ему виднее. Джуд взял вилку, откусил и задумчиво прожевал. — Хорошо, — сказал он. — Но я бы добавил ещё розмарина. — Розмарина? — переспросил Стинг, оглядываясь на остальных. — Вы слышали? Розмарина! А мы всё о перце спорим. — Розмарин — это классика, — невозмутимо заметил Джуд. — А вы, я смотрю, знаток? — поддел его Стинг. — Опыт, — усмехнулся Джуд. — Много лет опыта. Он сидел в окружении её друзей и шутил так легко и непринуждённо, будто делал это всю жизнь. И все беззаботно смеялись. В старой клетчатой рубашке, с закатанными рукавами, Нацу выглядел сосредоточенным и почти серьёзным — если бы не весёлые искорки в глазах, которые загорались каждый раз, когда он ловил взгляд Люси. — Ты как? — спросил он, когда она подошла. — Лучше, — ответила она. — Теперь лучше. Он улыбнулся и протянул ей шампур с мясом. — Попробуй. Она откусила. Мясо было сочным, горячим и по-особенному вкусным. — Самое то, — сказала Люси. Позже, когда мясо было съедено, а первые бутылки с газировкой опустели, разговор перекинулся на учёбу, на экзамены, на то, кто куда планирует поступать. Джуд слушал внимательно, иногда вставлял свои замечания — о современном образовании, о том, что в его время было по-другому, о том, что главное — не оценки, а желание учиться. — Вы так много работаете, — произнёс вдруг Лаксус, не открываясь от тарелки. — Не тяжело? — Бывает, — кивнул Джуд. — Но когда нравится — не замечаешь. Люси смотрела на него и вдруг подумала: когда она в последний раз видела его таким? Простым человеком, которому интересно общаться и который весело улыбается, поддерживая любой диалог. Когда настало время для новой порции мяса Нацу уже стоял у мангала и переворачивал очередную партию мяса, делал вид, что сосредоточен только на этом, но краем глаза следил за Люси. Она стояла у стола, поправляла салфетки, что-то говорила Леви с улыбкой. Кажется, всё напряжение, которое Люси чувствовала наконец улетучилось. — Эй, мечтатель, — Грей толкнул его в плечо. — Мясо сгорит. Нацу дёрнулся, быстро перевернул шампуры. — Не сгорит, — буркнул он. — Ага, — Грей усмехнулся и, обняв его одной рукой, притянул ближе. — Слушай, ты бы хоть постыдился, уже тысячу раз успел раздеть глазами Люси. Нацу почувствовал, как кровь приливает к щекам. — Это ты бы постыдился говорить такое! Вообще сдурел? — прошипел он, косясь в сторону веранды, где сидел Джуд. — Её отец в пяти метрах от нас! Грей громко расхохотался, но тут же прикрыл рот рукой, чтобы не привлекать внимание. — Значит, у вас уже было, — сделал он вывод. — Отвали, — Нацу отвернулся к мангалу, но предательское лицо продолжало гореть. — А я что? Я ничего, — Грей поднял руки в примирительном жесте. — Это тебя выдаёт твоё лицо с потрохами. В этот момент к ним подошла Лисанна, чтобы проверить, как продвигается готовка, и заметила красное лицо Нацу. — Ты чего такой? — спросила она, изогнув бровь. — Перегрелся? — Ага, — кивнул Грей, не дожидаясь ответа Нацу. — Перегрелся. Она в недоумении уставилась на Драгнила и затем хмуро покосилась на Грея. Нацу взял бутылку с водой и сделал несколько глотков, даря отмашку подошедшему Стингу, который тут же вклинился в разговор. — Нацу, плохо чувствуешь себя? Подменить? — Я в норме, — буркнул Нацу. — Просто голоден, — добавил Грей с такой интонацией, что Драгнил почти почувствовал, как у него валит пар из ушей. — Может, хватит? — взмолился Драгнил, косясь в сторону веранды. Стинг и Лисанна переглянулись, не понимая происходящей обстановки. Эвклиф только пожал плечами, а Грей лишь весело продолжал смеяться. Вечером, когда солнце начало садиться за крыши домов, а воздух стал мягче и прозрачнее, ребята играли в настольную игру. Кана от злости бросила карточки, как только Лаксус с победной улыбкой взглянул на неё, намекая, что этот раунд снова остаётся за ним. Все наблюдали за их перепалкой со смехом, даже Джуд смахивал выступившие слёзы из глаз от смеха. — Устала? — спросил Нацу, наклоняясь ближе к Люси. — Немного, — призналась Люси. — Но это приятная усталость. Он взял её за руку и погладил костяшки большим пальцем. — Кажется, моя идея прийти сюда к вам оказалась весьма правильной, — сказал Нацу, кивнув на Джуда. — Да, — ответила Люси. — Я давно его таким не видела. Через несколько минут настало время для финальной порции. Джуд уже стоял с Греем у мангала, что-то объясняя про розмарин, а Стинг смотрел на него с таким уважением, будто перед ним известный шеф-повар. — Передайте ему розмарин! — крикнула Леви, сидящая на скамейке рядом с Гажилом. — И тимьян не забудьте! — добавила Джувия. Все шумно и радостно засмеялись, так, что эхо разнеслось по всему двору. Стинг включил фонарики на телефонах, и двор засветился сотнями маленьких огней. Девчонки устроились на покрывале обсуждать свои девичьи дела. Рядом на скамейке — уставшие Лаксус, Гажил и Леви, слушали Стинга, который что-то уплетал и что-то вещал. Джуд приобнял Люси одной рукой, всё ещё смеясь над какой-то фразой Джерара. Ей в эту секунду показалось, что отец даже стал выглядеть куда моложе. — У тебя такие отличные друзья, Люси, — сказал он ей тихо, осматривая компанию ребят. — Тебе очень повезло.