Наша история

— Ну и как тебе живётся с мыслью, что твой парень может сбежать к одиннадцатилетней девочке? — Стинг откинулся на спинку стула с таким видом, будто задал самый важный вопрос в истории человечества, и закинул себе в рот кусочек яблока. Лисанна толкнула его локтем в бок, но сама не сдержала улыбки. — Стинг, прекрати. Она и так переживает. — Я не переживаю, — буркнула Люси, сложив руки на груди. — Я просто… насторожена. — Насторожена, — эхом повторил Грей, и в его голосе послышалась усмешка. — Она ревнует Нацу к ребёнку, а говорит «насторожена». — Я не ревную! — Конечно, не ревнуешь, — фыркнула Кана. — Ты просто боишься, что маленькая девочка уведёт у тебя парня. А в остальном — порядок. Гажил и Стинг переглянулись и прыснули от смеха. — Кана, ты же сама говорила, что будешь на моей стороне! — возмутилась Люси. — Я на твоей стороне, — уверяла ту Альберона и закивала. — Но не когда ты придумываешь драму из ничего. Венди — милая девочка. Она просто хочет, чтобы её приняли. — Да, Люси, думаю, ты преувеличиваешь, — мягко внедряется в разговор Джувия. Люси громко вздохнула, словно сдаваясь. Пытаться что-то доказать друзьям с каждой секундой становилось для неё всё более непосильной задачей. — Вы не понимаете, — сказала Люси, качая головой. — Венди — маленький дьявол. За столом наступила такая тишина, что ей на секунду показалось, будто кто-то остановил время в столовой. Глаза друзей были устремлены на неё, и никто даже не моргал. Люси даже обернулась, вдруг подумав, что все смотрят на что-то позади неё, но, к сожалению, нет. Она тоже выдерживала молчание и видела как медленно приподнимается бровь Каны от изумления. А потом Лисанна не сдержалась и рассмеялась. Остальные тоже подхватили и чуть ли не сгибались пополам от такого приступа смеха. — Люси, — выдохнула Эльза, вытирая слёзы, — ты себя слышишь? — Я слышу! — Люси чувствовала, как щёки заливает краской. — И это не смешно! — Это очень смешно, — возразил Нацу, который до этого молча сидел рядом и только улыбался краешком губ. — Ты тоже против меня? — Я за тебя, — он взял её за руку под столом. — Но я за правду тоже. Венди — просто ребёнок. Ребёнок, который хочет внимания, который хочет понравиться и который… — Который делает мне комплименты, заглядывает в глаза и делает — так, — перебила его Люси, наклонив голову набок, широко улыбнулась и быстро захлопала ресницами. — Она делает комплименты всем, — вмешалась Кана, отмахиваясь. — Мне вчера сказала, что у меня красивые волосы. И что я похожа на принцессу из мультфильма. И знаешь что? Я была польщена. — Ты предательница, — с прищуром произнесла Люси. — Я реалистка, — парировала Кана. За столом снова засмеялись, и Люси поняла, что ей не победить. По крайней мере — не сегодня. Она перевела взгляд на Нацу, который смотрел на неё с такой улыбкой, что на него невозможно было злиться. За те две недели, что прошли с памятного ужина, жизнь Люси превратилась в карусель, на которой она крутилась с разной скоростью — от полного спокойствия до лёгкого раздражения, которое накатывало всякий раз, когда она слышала звонок в дверь и понимала, что это снова они. Юки и Венди стали частыми гостями в доме Хартфилиев. Джуд светился, как рождественская ёлка, и Люси не могла не радоваться за него, даже когда внутри закипала глухая досада. Но досада была не на Юки. Юки оказалась именно такой, какой казалась на первый взгляд — доброй, внимательной, искренней. Она приносила с собой уют, запах домашней выпечки и умение слушать. Люси заметила, как отец стал меньше работать, как начал чаще улыбаться, как его фигура, казалось, стала крепче — он даже начал делать зарядку по утрам. Юки хорошо на него влияла, и Люси была этому рада. В нём снова кипела жизнь и глаза искрились от счастья. А вот Венди была отдельной историей. Девочка быстро освоилась и вела себя так, будто всегда была частью этой семьи. Она помогала накрывать на стол, задавала вопросы об учёбе, интересовалась книгами, которые читала Люси. И всё это было бы мило, если бы не один нюанс — она слишком часто оказывалась рядом с Нацу. То приносила ему чай, когда он приходил к Люси, и ставила чашку так, чтобы их пальцы случайно соприкоснулись. То садилась рядом и смотрела, как он решает задачи, и задавала вопросы таким голосом, что Люси хотелось закрыть ему уши. — А можно мне тоже попробовать решить? — спрашивала Венди, наклоняясь над его тетрадью. Нацу, как правило, вежливо улыбался — и Люси видела в этой улыбке только снисходительность, но внутри всё равно поднималась волна раздражения. — У тебя есть свои домашние задания, — напоминала Люси. — Я уже сделала, — отвечала Венди и смотрела на неё с таким невинным видом, что Люси чувствовала себя злодейкой. Однажды в выходной день, когда Люси пригласила Лисанну и Леви, чтобы немного отвлечься, Венди тоже была здесь. Она сидела на полу, складывала пазл и рассказывала о школе. Подруги слушали её с умилением и тоже вспоминали себя в её возрасте. — Какая она милая, — прошептала Леви Люси, когда Венди отвлеклась на что-то другое. — Милая, — повторила Люси с таким выражением, будто это слово было ругательным. — Ты всё ещё на неё злишься? — удивилась Лисанна. — Я не злюсь, — ответила Люси. — Я просто… — она запнулась, подбирая слово. — Ревнуешь? — Нет, — сказала Люси, фыркнув, а затем сделала задумчивый вид: — Я бы сказала… — хмыкнула она, выдерживая паузу, — я в бешенстве. Или тоже не то? Не совсем, да. Я в ярости? Да, я определенно в ярости. Лисанна и Леви переглянулись, и Люси почувствовала, что её снова считают сумасшедшей. Обычно, когда все уходили и оставались только Люси и Джуд, она замечала, как он напевал старые песни под нос и улыбался своим мыслям. И только в эти моменты всё раздражение её отпускало. Спустя столько лет, Люси наконец могла с уверенностью заявить, что её отец снова выглядит счастлив. Ради этого она готова стерпеть выходки Венди. Она почти убедила себя в этом, когда на следующий день случилось то, что окончательно вывело её из себя. Люси сидела за столом в своей комнате и повторяла материал перед экзаменом. Нацу был рядом — он помогал ей с английским, объяснял грамматику, иногда отвлекался и целовал её в висок. Было тепло, уютно и почти спокойно. — Я никогда не запомню эти правила, — простонала Люси. — Запомнишь, — уверенно сказал Нацу. Люси посмотрела на него взглядом, в котором отчетливо читалось: «Сомневаюсь». Через несколько минут у неё уже кипела голова от подготовки. Она с тяжелым, недовольным вздохом захлопнула тетрадь. — На сегодня хватит, — пробормотала Люси. — Эй, ты обычно держишься дольше, — укорил её мягко Нацу и улыбнулся. — Нужно сделать передышку и с новыми силами продолжить. — Мне нужно расслабиться. — Мне помочь тебе? Улыбка на лице Люси растянулась от предложения Нацу. Прикусив нижнюю губу, она кивнула. Он потянулся к ней, и поцелуй был мягким, почти невесомым. Люси запустила пальцы в его волосы, чувствуя, как внутри разливается то самое тепло, которое всегда появлялось, когда они были близко. — Ты отвлекаешь, — прошептала она ему в губы. — Я даже не хочу думать о том, что придётся совсем скоро остановиться и вернуться к английскому. — Я просто пытаюсь помочь, — ответил он и снова поцеловал её. — Сейчас думай обо мне. Нацу углублял поцелуй, притягивая к себе лицо Люси. Её ладони медленно спускались по его груди и ниже, на секунды замирая на кубиках пресса, что ощущались через ткань его футболки. Когда рука Люси юркнула на ремень джинсов Нацу, он издал сдавленный рык, отчего у неё закружилась голова. Она была уверенна, что Нацу её остановит через мгновение и разочарованно скажет им обоим, что нужно вернуться к подготовке к экзаменам. Но он только сильнее заводился. Люси поняла это по тому, как его губы становились требовательнее, а поцелуи стали полны желания и страсти. — Почему ты не продолжаешь, Люси? — прошептал Нацу, проведя носом по её щеке, затем скользнул им к уху и прикусил мочку. Она сдавленно зашипела, когда он спустился к её шее и провёл по коже языком. Люси увидела, как натянулась ткань его джинсов в области паха, и с нажимом коснулась этого места пальцем, медленно двигая им сверху вниз и обратно. Нацу тяжело задышал, а затем вернулся к губам Люси. Она чувствовала то, как он напряжён. Ощутив разгоряченную ладонь между ног, Люси не выдержала и, запрокинув голову, издала тихий, протяжный стон. Пальцы Нацу уверенно сдвинули ткань её домашних шортов и трусики в сторону, а затем прикоснулись к самому пылающему от желания месту. Люси взглянула в глаза Нацу, видя в них столько желания и похоти, что она едва не снесла все со стола для более удобных им поз. Сквозь ткань джинсов, она провела ладонью по члену и сжала его головку. Брови Нацу сдвинулись и на лице отобразилось такое наслаждение, что Люси захотелось увидеть большего, заставить его задыхаться от удовольствия. Она вернулась к ремню, решительно и быстро расстегивая его. — Мне кажется, что я сейчас умру, — на выдохе произнёс Нацу, — от того, как сильно хочу тебя. — Это взаимно, Нацу. — Боже… Когда дверь распахнулась без стука и в комнату влетела Венди, Люси уже вскочила на ноги, а Нацу прикрыл свой пах подушкой и закрыл глаза ладонью, тяжело вздохнув. Люси не знала, он больше испытывал стыд от того, что их чуть не застукала маленькая девочка, или он сдерживал злость за то, что она вообще ворвалась сюда настолько не вовремя. Люси лишь мысленно порадовалась тому, что Нацу сидел спиной к двери, а на его лице отражалось слишком много эмоций. — Люси, а можно мне попросить… — Господи, да на кой чёрт ты сюда припёрлась?! — вскрикнула Люси, не дав Венди закончить фразу. — Тебя вообще учили стучаться прежде чем войти? — она сердито взмахнула руками. — Я… я просто хотела спросить, есть ли у тебя синяя ручка, — промямлила Венди, и её голос звучал так невинно, что Люси захотелось завыть. — Ох, Нацу, ты тоже тут? Я не знала. Простите, если помешала. — Привет, Венди, — сказал он, взглянув на неё через плечо и натянуто улыбнувшись. На её лице расплылась улыбка, и она быстрым и уверенным шагом направилась к нему. Но Люси тут же преградила Венди путь, сложив руки на груди. — В ящике стола, — сказала холодно Люси, сдерживая злость. Сейчас ей хотелось придушить эту наглую девчонку. Венди молча смотрела на Люси, хлопая глазами. И блондинка чувствовала, что вот-вот потеряет терпение. — Бери то, за чем пришла и уходи, — с нажимом добавила Люси. Сохранив молчание, Венди подошла к ящику. — Спасибо, — она улыбнулась, взяла ручку и вышла, закрыв за собой дверь. Люси выдохнула. — Она специально это делает? — прошептала она. — Кто? — не понял Нацу. — Венди! — Люси повернулась к нему, и он тоже полностью на неё развернулся. — Мне кажется, я никого и никогда ещё так не ненавидела, как её в этот момент! — Она же ребёнок, — пожал плечами Нацу. — Дети не понимают, когда не вовремя. — Она понимает, — сказала Люси. — Я уверена. — Если честно, сейчас я тоже её немного ненавижу за то, что прервала нас. Господи, да если бы так ворвалась бы моя мама — я бы тоже возненавидел её. Они рассмеялись, а потом Люси уселась рядом с Нацу и раскрыла тетрадь. Что-то ей подсказывало, что Венди может нагрянуть ещё ни один раз. Внутри закипала злость, смешанная с какой-то глухой безысходностью. — Однажды я не сдержусь и убью эту девчонку, — тихо сказала Люси. Нацу засмеялся. — Полегче, Люси.

***

Люси помогала отцу убирать на кухне. Он был задумчив, но от его задумчивости веяло предвкушением. — Люси, — начал он, и голос его звучал немного неуверенно. — Ты занята в выходные? — Не особенно, — ответила она. — А что? — Я хочу пригласить Юки в ресторан, — сказал он. — И подумал… может, ты составишь компанию Венди? Люси замерла. Внутри неё всё сжалось, но она заставила себя улыбнуться. — Конечно, — сказала она. — Я не против. Она не могла сказать «нет». Не когда отец смотрел на неё с такой надеждой. — Спасибо, — он выдохнул, будто боялся, что она откажется. — Ты не представляешь, как много это для меня значит. Люси кивнула. — Пап, — спросила она, чувствуя, что он что-то не договаривает. — Что ещё? Джуд помедлил. А потом достал из кармана маленькую коробочку и протянул ей. Люси взяла её, открыла — и внутри, на бархатной подушке, лежало кольцо. Она смотрела на него и не верила своим глазам. Кольцо было простым, но красивым — тонкое, с маленьким прозрачным камнем, который переливался в свете кухонной лампы. — Ты… хочешь сделать Юки предложение? — спросила Люси, и голос её дрогнул. — Да, — ответил Джуд. Люси смотрела на отца, на его глаза, в которых был страх и надежда, и чувствовала, как внутри неё тает всякое беспокойство. — Как думаешь, она согласится? — с тревогой спросил Джуд. Люси несколько раз моргнула, переваривая его вопрос, а затем заливисто засмеялась. Она была уверенна, что Юки согласится. Ведь она смотрит с ним старые дурацкие фильмы и даже не морщится, когда ест его пересоленный суп. — Она согласится, — сказала уверенно Люси. — Она любит тебя. — Ты правда так думаешь? — с улыбкой спросил Джуд. — Я это вижу, — ответила Люси. Джуд с благодарностью взглянул на дочь, потом поцеловал её в лоб и исчез из кухни, чтобы позвонить Юки и пригласить в ресторан.

Вот теперь точно всё изменится.

Люси понимала: они поженятся, и Венди переедет сюда. Им придётся жить под одной крышей. И эта девчонка, возможно, доведёт Люси по-настоящему до безумия. Она зажмурилась, чувствуя, как внутри поднимается паника. Люси не могла себе представить совместную жизнь здесь всеми вместе. Она знала только одно: она не может отказать отцу. Он счастлив. И потерпеть Венди ради его спокойствия — кажется ей очень маленькой платой. В крайнем случае, Люси всегда может сбежать к Нацу или к подругам, если будет чувствовать, как напряжение будет нарастать. А потом уедет поступать в университет, который будет находиться как можно дальше от Венди. До окончания школы осталось совсем немного времени.