Родственные души

POV Син всю главу Сегодня перекрасная погода, тепло и прохладный ветерочек дует. Мы стоим на смежных ветках старого дуба. Грелль как-то мрачен. Смотрит с тревогой куда-то в даль. — Я чувствую там сильного демона, — я указала на большой «дворец». — Да, я тоже. Лучше не соваться к мальчишке Фантомхайву, — предупредил Грелль. — Сделка ведь была честной, так что это не наши проблемы. — Честная? Вряд ли… — усмехнулась я. — Слушай, пойдём… — Грелль протянул мне руку и переместил нас. Это место было мне не знакомо. Аллея берёз тянулась вдоль дороги из бетонных плит, по другую сторону дороги расстилалось поле, заканчивающееся на границе с лесом. Половина поля красиво цвела разноцветным люпином, а вторая половина скромным ковром клевера. Грелль потащил меня за собой, присев он стал копаться в земле, ворча про себя: «Ну-у-у, что стоишь, помогай искать четырёхлистный клевер! Вот найдёшь, и будет тебе и счастье и любовь и удача! И мне будет удача!» Я неохотно села и для вида принялась разорять край гряды. — Эй, что ты делаешь? Ты же их ломаешь. А, вдруг четырёхлистник? — Грелль мягко схватил мою руку, в которой я держала очередной ком земли, с торчащем из него белым цветочком. Грелль внимательно присмотрелся к нему и, вдруг внезапно радостно завизжал: — Четырёхлистный клевер, Син-тян! Как здорово! Тебе повезёт, Син-тян!.. П-подожди-ка, неужели больше нет счастливого клевера?! — Грелль со скоростью кометы метнулся рыть землю голыми руками, отбросив перчатки, безжалостно погубив свой маникюр. Больше чудесного клевера не нашлось, и уныло вздохнув, Алый жнец схватил мою руку, и поцеловал тыльную сторону ладони, чуть коснулся мягкими губами грубоватой кожи. — Вот, Син-тян, теперь и мне будет удача! Я оторвала «счастливый листочек» и вертела его в руке. Грелль отколупал несколько пластинок коры своей Косой (Уильям опять выдал Сатклиффу ножнички) и смастерил небольшую корзинку. «Это домик для счастливого листочка! А то ведь ты его сломаешь и счастья тебе не будет!" Надо сказать, что у Грелля получилась очень аккуратная корзинка, будто он, только тем и занимался всю жизнь, что плёл «домики для счасливых листочков».

***

Мы стояли под деревом. Ветер развивал наши волосы, смешивая чёрное с красным. Спиной я чувствовала дыхание Грелля. Солнце уже садится за горизонт, мы вышли к реке. Золотисто-багряный полукруг растекался по воде, небо было приятного тёмно-голубого цвета (не яркого и режущего глаз, как днём), переходившего в фиолетово-розоватый, а у самого солнечного диска — ярко оранжевого и золотого цвета. Мы шли вдоль реки. Совсем стемнело вокруг. Луна серебрила воду, на тёмно-синем небе видны первые звёзды. Пока что их можно сосчитать по пальцам, но когда глаза привыкают к темноте, то не ясно были эти звёзды там всё время или же кто-то по очереди зажигает их, как фонарики… Мы гуляем долго и к рассвету, наконец, возвращаемся домой.