БТС на всех поверхностях

Сокджин сосед по комнате, очень раздражающий и шумный сосед, но Намджун слишком терпеливый, да и в общежитии бывают варианты похуже, а этот хотя бы не буянит. Сокджин смеялся, словно мокрой тряпкой по стеклу, отвратительно. И смеялся он так постоянно, Намджун искренне не понимал, откуда в этой нездоровой голове берётся столько глупых шуток. Джин отчего-то считал их смешными, его знакомые смеялись не меньше, но не Джун, у него явно с юмором проблемы, он слишком серьёзный и его раздражает этот смех. Сокджин сильный, у него тяжёлая рука, он бьёт по плечу в шутку, а у Намджуна вывих всех возможных костей. Он ненавидит глупого парня, тот ещё считает себя старшим? Чушь. Намджун умный, Джин не перестаёт им восхищаться. Свои пробелы в интеллекте он пытается перекрыть искромётным юмором, хотя Джун вряд ли оценит, он холодный и бесчувственный, охота стукнуть его как следует. Сокджин считает, что Намджун ему нравится, Джун тоже подозревает, что интересен Джину, это пугает ровно столько же, сколько и радует, парень хоть и глупый, но красивый до одури. А ещё настырный и слишком смелый. Намджун проглотил ком воздуха и уперся ладонями в широкую грудь парня, он ощущал чужой язык меж своих губ и думал, что Сокджин настоящий кретин. Джин же, крепко держал ладонями его голову, он властно спускал руку по талии парня, прижимая к себе. Джун настоящее бревно, но ему уже плевать, он готов насиловать. Взрослые люди ведь так и поступают. — Если хочешь самый крышесносный в своей жизни минет, снимай штаны, — шепнул в губы Сокджин. Парень не шутил, этими губами он умел не только целоваться. Намджун медлить не стал, зачем отказывать себе в подобном удовольствии? Джин не тот, с кем в здравом уме можно крутить отношения, но однажды они просто обязаны были переспать. Сокджин очень активный, он удивительно пошлый для того, кто большую часть времени ведёт себя как дурак. Намджун крепко держит оба его запястья на весу, пока парень внизу изо всех сил старается сделать приятно. В купе со сладкими постанываниями выглядит очень эротично. Наконец-то он молчит, никаких шуток, уж лучше так использовать эти прекрасные губы, почему ему раньше не приходило в голову такое решение? Джин прекрасно расслаблял горло, он шумно дышал через нос и глубоко заглатывал, самостоятельно перекрывая себе доступ к кислороду, пока Намджун до онемения сжимал его руки. Не хотелось бы ограничиться лишь минетом, Сокджин бы не прочь как следует разглядеть всё его тело, а не только эту выдающуюся часть. — Раздевайся, — прозвучало заветное хриплое сверху. *** — Ай, чёрт! — шипел Сокджин. Воздух разрезал шлепок. Намджун рычал, он двигал тазом, приправляя тяжёлые толчки не менее тяжёлой рукой. Джин упирался лицом в покрывало, он топил громкие стоны в постели, пока Джун измывался над чувствительной пятой точкой. Такая упругая, он оттягивал кожу и снова беспощадно шлёпал. — Нас услышат, — испуганно всхлипнул Сокджин, подняв красное лицо, он задыхается, а Намджун, будто назло, двигает тазом мощнее, заставляет кровать скрипеть, а парня под ним, рвать пальцами простынь. Так глубоко. — Дай передохнуть… Джун опустился на парня всем телом и с силой зажал его рот ладонью. Пусть стонет, сколько влезет, это слишком заводит. — Замолчи, пожалуйста, — рычал Намджун, — ты такой сексуальный, когда не разговариваешь… Намджун невероятно крут, когда доминирует, в нём звериные повадки просыпаются, он очень мощный и самую малость тяжёлый. Джин соврал бы, если б сказал, что ему не нравится, как его затыкают… в обычной ситуации он бы с лёгкостью прописал подзатыльник, но сейчас он пачкает простынь, о которую трётся его тело, он задавленно стонет и вспоминает, закрыта ли дверь в комнату. Намджун ругается на английском, он забылся, разошёлся, погружается очень глубоко и стягивает пальцы в волосах Сокджина, у которого хрустит и прогибается спина и задница уже красная. Чёрт, он многое фантазировал, но не такое… Джун слишком горячий, слишком крупный и удивительно умелый. Сокджин пискнул и зажал свой рот поверх ладони Намджуна. Он чувствует, как его переполняют, как пальцы сжимают под подбородком, душат не сильно, но достаточно, чтобы сбить кукушку и заставить непроизвольно дёргаться и выгибать бёдра. Джун жарко целовал в затылок, он двигался плавно, дожимая из тела под ним последнее, и нежно гладил по ягодицам, словно успокаивал. Ладонь на губах ослабила хватку, Намджун перевернулся на бок и шумно выдохнул в потолок. Сокджин приподнялся на локтях, но снова рухнул обратно. У него нет сил. — Это было неплохо, — выдохнул Джин. — Да, неплохо. — Но в следующий раз лучше презервативы… — Я промою тебя, извини… Намджун покосился на парня и прокрутил у себя в голове случившееся. Для него всё прошло слишком быстро, это было чистое удовольствие, дикая страсть и очень жаркие… 15 минут его жизни. Как мало. — Ты очень устал? — бормотал Джун. — Ну… так, средне. — Если мы сделаем это ещё раз…? — С ума сошёл? — Сейчас нежнее… обещаю. — Твою мать. Сокджин шикнул в покрывало и нащупал ладонью причинное место по-соседству. Намджун прикрыл глаза и приоткрыл губы. Послышался приятный низкий стон.