Former Best Friend

      Джош молча стоял в коридоре, напротив распахнутой двери. Ледяной ветер беспощадно бил в лицо, перепутывая локоны красных волос. Стадо мурашек резво проскакало по коже, пока тело привыкало к изменившейся температуре. Эта ночь ничем не отличалась от всех прочих. Улицы были все также затянуты тьмой, а луна все также бороздила просторы тихого городка. Джош привык к ощущению свежего воздуха в легких (воздух ночами и вправду отличался от воздуха днем). Привык к кромешной тьме, нарушаемой только серо-голубой приветственной дорожкой лунного света. И к тишине, которая изредка переплеталась со свистом ветра и шуршанием листьев на деревьях. Но больше всего Джош привык видеть Тайлера каждую ночь на своем пороге, в голубоватой причудливой пижаме, с растрепанными локонами шоколадных волос, свернувшимся калачиком на ступеньках. К его голосу, который раз за разом повторял имя парня с красными волосами. Джош никогда не любил свое имя, он считал его каким-то глупым, именно поэтому давным-давно попросил друзей в школе называть его только по прозвищу «Жуткий Джим». Но из уст этого раздражающего мальчишки оно звучало как-то иначе. Не как что-то глупое и непонятное, скорее как что-то приторно-сладкое, уютное, домашнее. Или как любимая песня. А может все дело в голосе Тайлера? Может просто все, что он говорит, звучит сладко и невообразимо приятно? Так или иначе, младший заставил Джоша по-другому взглянуть на звучание своего имени. По крайней мере тогда, когда оно произносится Тайлером. Эта ночь не отличалась бы ничем от всех прочих ночей, если бы не одно но… Этой ночью Тайлер не спал на ступеньках у дома Данов, свернувшись калачиком. Тайлера вообще здесь нет. Он убежал, среди ночи, ничего не сказав. И Джош винит в этом себя. Он все испортил. Он позволил эмоциям взять над собой контроль, и все зашло слишком далеко. Он разорвал последнюю ниточку, связывающую его с этим несносным мальчишкой. Тайлер сбежал и теперь на вряд ли когда-нибудь захочет иметь с ним дело. Не то, чтобы старший так стремился наладить дружбу с брюнетом, но каждодневный ритуал с тасканием Джозефа на руках домой и душевные признания, которые Тайлер, естественно, не помнит ― это стало слишком привычно для Джоша. Это, как молитва перед сном. Подушка кажется слишком жесткой, одеяло слишком тяжелым, а матрас и вовсе какой-то колючий. Сколько бы старший не елозил в кровати, никакая поза не кажется достаточно удобной для сна. Чего-то не хватает. И Джош знает, чего именно. Весь этот год он старался держаться на расстоянии и отталкивать беспокойные мысли. Он отрицал тоску. Не мог позволить себе признаться, что каждый день ощущается как-то неполноценно, как будто не хватает какой-то важной детали пазла. И Джош знает, какой именно. Он отгораживался от желания взглянуть на парня с шоколадными волосами, улыбнуться ему или даже произнести его имя в мыслях. Убедил себя, что это погода так на него влияет. Но чувство, возникающее в области грудной клетки и, рвано тянущееся вниз, было только симптомом. Диагноз звучал так ― он скучал. И Джош знал, по кому именно. Если весь этот год отрицать очевидный факт казалось хорошей идеей, то теперь, стоя здесь, перед распахнутой дверью, через которую недавно упорхнул парень с шоколадными волосами и карамельными глазами, эта идея звучала абсурдно. Потому что Джош знает, что он чувствует. И почему он это чувствует. И из-за кого. Тайлер Роберт Джозеф. Его головная боль. Раздражающий несносный мальчишка. Отмычка к запертой за семью печатями душе Джоша. Причина боли в области грудной клетки, рвано тянущейся вниз. — Тайлер, — вслух сказал Джош то, о чем только что подумал. — Я скучаю по тебе. И тут же выругался. Два признания за одну ночь — это новый рекорд Дана. Дверь скрипнула, холодок обвил сначала стопы старшего, затем поднялся выше, всколыхнув низ футболки с надписью «Nasa». Город был по-прежнему тихим и темным, как Джош помнил (любил). Ветки деревьев склонялись под хищным потоком ветра. Звезды рассыпались по небу озорными бусинками. Лунная дорожка света врезалась во мрачное пространство, как непрошеный гость. Так же, как и вчера, но не хватает одной детали… — Джош! — как будто прочитав мысли Дана закричал голос по другую сторону дороги, откуда-то из соседнего дома. — Тайлер? — удивился красноволосый. У него начались галлюцинации или это действительно был голос Джозефа? — Джош! Нет! Прошу! — истошно кричал парень, и вообще-то мог бы разбудить весь район. Но ни в одном из домой не загорелся свет. Никто его не услышал. Никто, кроме Джоша. — Джош! — последний раз крикнул Тайлер и затих (сомнений в том, что это был именно он, не оставалось). Джош не стал долго думать и выбежал в открытую дверь, даже не сообразив накинуть что-то сверху (не лето же в конце концов). Перебежав дорогу и, оказавшись у невысокого деревянного забора, старший остановился. Он собирается нарушить закон? И очень даже может быть, что крики Тайлера были просто его разыгравшимся воображением. Это остановит его? Тайлер опять что-то вскрикнул, неясно, проглотив несколько букв, что-то явно мешало ему говорить. Даже, если все это мерещится Джошу, ответ — нет, это не остановит его. Поэтому он ловко перескакивает через забор, приземляясь на мягкий газон. Пригнувшись, стараясь особо не шуметь (учитывая то, что минуту назад Тайлер чуть не срывал свои связки, есть ли смысл скрываться сейчас?), но Джош все равно движется осторожно, избегая открытых окон. Он огибает дом и застает на заднем дворе жуткую картину. Огромный бассейн, доверху наполненный водой, со дна которого поднимаются пузыри воздуха. Джош до последнего не хочет в это верить, но, подойдя ближе, сердце в ужасе сжимается и чуть не выпрыгивает через горло. Тайлер на дне этого бассейна, стоит и выкрикивает из себя остатки кислорода. — Какого черта? — только и успевает выругаться Дан и сразу же ныряет в воду. Он старался быть тихим все это время, но подступивший к мозгам адреналин послал нахер эту затею и теперь совершенно неважно, сколько шума он наделает. Тайлер нуждается в нем. Джош знает, что нужно делать. Он опускается до самого дна, встряхивая парня за плечо. Его глаза закрыты. «Он что, спит?» — думает старший. Выходит, Тайлер никуда не сбегал. По крайней мере сознательно. Это просто его очередное лунатико-приключение, но в этот раз, он пришел не к Джошу домой, а к его соседям, и попытался себя утопить. Но вопрос все тот же — какого черта? Младший кричал, пузыри воздуха вылетали из его рта и поднимались вверх и, в какой-то момент, пузыри прекратили подниматься. Тайлер больше не кричал. Воздух в его легких закончился. А паника в голове Джоша нарастала с новой силой. Бассейн слишком глубокий, он не успеет поднять Тайлера прежде, чем тот наглотается воды. Действовать надо быстро. И есть только один вариант. Джош обхватывает хрупкое личико брюнета ладонями, сокращая расстояние между ними. Губы Дана плотно прилегают к губам Джозефа. Воздух покидает тело старшего, перемещаясь в парня напротив. Можно ли считать обмен кислородом столь же личным ритуалом, что и обмен кольцами на свадьбе? Конечно, это не то же самое. Но в каком-то смысле, Джош делится с Тайлером частичкой себя, переплетает их судьбы так же, как переплетаются их языки в этом спасительном поцелуе. Парень с красными волосами открывает глаза, чтобы убедиться, что младший не начнет задыхаться и глотать воду и аккуратно отстраняется, застывая в новой порции испуга. Глаза Тайлера тоже открыты. Он больше не спит. Парни смотрят друг на друга еще пару секунд, но быстро вспоминают, где находятся (точнее Джош вспоминает, а Тайлер с трудом осознает) и отталкиваются ногами от кафеля, всплывая на поверхность. Они с шумом хватают воздух ртами, еще какое-то время пытаясь привести дыхание в норму. — Джош? — хрипит Тайлер, подплывая к краю бассейна, ухватываясь за бортики и вылезая из воды. — А? — отзывается старший, следуя примеру брюнета. Насквозь промокшие, стучащие зубами они сидят на траве напротив друг друга, и никто из них даже не думает о том, что они вообще-то нарушили закон и вторглись на частную собственность. — Как мы тут оказались? — интересуется младший. Джош смеется. То ли оленьи глаза и совершенно напоминающий вид Тайлера так забавляет его, то ли что-то еще. Старший думает о том, что минуту назад этот несносный мальчишка чуть не покончил с собой. Джош чуть не потерял его. Он так испугался. Черт. Он никогда прежде так не пугался. Наверное, у него просто начался истерический смех на почве испуга. — Хороший вопрос, Тайлер, — наконец отвечает он, глядя в потерянные глаза младшего, а затем более серьезным тоном добавляет. — Я рад, что ты не сбежал. — А должен был? — спрашивает брюнет, но он ведь прекрасно понимает, о чем идет речь. Джош не отвечает, пока Тайлер пытается придти в себя. — Нам стоит убраться отсюда, — наконец произносит старший. Джозеф не против. Он обрушится на Дана с волной прочих вопросов чуть позже. А сейчас им действительно следует как можно скорее вернуться домой, пока они не заработали себе простуду на таком холоде. Ну или пока их не поймали.