Другой

Крис, после встречи с Тео, не переставал думать о причинах ненависти с его стороны. Казалось, Крис создал все условия, что бы привлечь его. Однако, он понимал, что на ненависть Тео влияли не внешние факторы или он сам. Эта ненависть шла изнутри. На Криса наплывали воспоминания. Не без сожаления он прокручивал в памяти те два месяца, полностью изменившие его жизнь. Тогда эта жизнь казалась ему прекрасной. Всего себя он посвящал учебе, школу окончил экстерном, и, проучившись не двух месяцев в институте, привлек внимание одного солидного человека. Такой шанс Крис упустить не мог. Еще не достигнув совершеннолетия, он уже претендовал на место в масштабном проекте. Было, конечно, одно условие: разорвать все прошлые связи и отношения. Но зато какие горизонты ему открывались. Крис, не колеблясь, согласился. Тогда он еще не осознавал, какую серьезную ошибку совершает. Узнав суть проекта, он еще больше загорелся. Нейробиология была его страстью, тем более на таком уровне. Конечно, знания Криса были велики, но не на столько, что бы Цербер поручил ему центральное дело всего проекта. Но, по непонятной тогда Крису причине, случилось именно так. Он не раздумывал по таким пустякам, он был полностью поглощен тем фактом, что будет работать над столь важным делом. За неделю до отъезда Крис, вместе с присланной Цербером группой, уничтожали все документы, свидетельствующие о существовании Кристиана Остермана. Уже после отъезда Криса группа убила всех его знакомых и родных, но об этом Крис узнал только через пару месяцев. Весь путь до аэропорта, а потом и в частном самолете, Крис был в предвкушении чего-то невероятного и масштабного. Добравшись, наконец, через всю страну до небольшого поселка, он был разочарован. Но, когда он вошел на территорию АЭС, ожидания его начали оправдываться. Попав же в сам подземный комплекс, уходящий на сотни метров вглубь, он испытал насыщенный калейдоскоп эмоций. Уже на следующий день Крис встретился со своими коллегами, однако, объект исследований ему пока что еще не показывали. По уровню знаний Крис значительно отставал от группы, средний возраст которой был около сорока лет. Все же это его ничуть не смущало, так как у него была иная задача. Объектом Криса был алиис, который проявлял высокие результаты, но с ним было очень трудно работать. Как говорят, если человек сам не хочет учиться, его никто не научит. Таким же был и Грей. Задачей Криса было найти общий язык с Греем. Цербер надеялся, что если они ровесники, то им будет легче договориться. Тем более, он считал, что у молодежи больше свежих, неординарных, даже сумасшедших идей. Когда Крис увидел Грея, его передернуло. Парень, лет девятнадцати, сидел в очередной белоснежной комнате и сверлил Криса взглядом. Кожа у него была желтоватого оттенка, как у больного, под глазами были огромные синяки. Тощий. Особенно это было заметно на лице, где кожа плотно обтягивала скулы, нос, челюсть, делая Грея похожим на мертвеца. Но самым жутким в нем был взгляд. Он был невыносимым, тяжелым. Крис взглянул в эти зеленые пустые глаза и сразу же отвел взгляд. В них не было ничего, кроме ненависти ко всему миру, они были потухшими и, если Крису не показалось, стеклянными. При попытке заговорить, Крис потерпел сокрушительный провал. Сначала на уверенный диалог нового палача Грей не отвечал и только глядел исподлобья, но когда Крис выдал стандартную раздражающую фразу «Я хочу тебе помочь», Грей вскочил с места и оттолкнул назойливого парня. Крис ощутил, как в комнате росло напряжение, в прямом смысле этого слова. Воздух вибрировал, техника искрила и сходила с ума. Крис был напуган. Но долго это не продлилось. Через несколько секунд, истощенный, Грей повалился на стул. Теперь Крис понимал, что его взяли на эту работу от безысходности. Цель всего этого проекта погибала, вся проделанная работа теряла смысл, миллиарды выкидывались на ветер. У Криса не было конкретных указаний, как поставить этого парня на ноги, и догадаться надо было ему самому.

***

Каждый день Крис проводил с Греем по несколько часов, записывая каждый его шаг и пытаясь расположить к себе, но ничего не выходило. Эффект был противоположным. Грей, вместо того, что бы принять помощь от Криса, только сильнее ненавидел его. А тем временем он медленно умирал. Эксперименты, несмотря на состояние Грея, продолжались. Крису надо было сделать все и даже больше, что бы алиис выдержал их. Все чаще он начинал замечать за собой, что не проявляет сочувствие, ему не жаль парня, его волнует только результат и не важно, какими способами его можно достичь. Кристиан утешал себя тем, что Грей уже потерян, что уже принесен в жертву и спасти его нельзя, поэтому нужно выжать из него все. Он подавлял крик души и прорывался вперед. После двух безуспешных недель Крис забросил мирную политику и стал искать другой подход. Больших усилий стоило уговорить Цербера предоставить абсолютно все материалы, которые касались Грея. Крис заперся на три дня. Теперь он все знал про объект своего исследования, и, что было для него важнее всего, у него родилась идея, которая захватила его разум. Из предоставленных Цербером материалов Остерман узнал про генератор на нижних этажах. Он добился пропусков на все этажи и посетил ту комнату. Описать то, что он испытал, увидев это, невозможно. Ему казалось, будто это не реально, он не мог поверить, но был безгранично рад. Теперь он окончательно решил привести в действие свой план. Смысл заключался в том, чтобы использовать кровь алиисов. Пока что она только снабжала комплекс энергией, но, поработав с ней, Крис убедился, что она способна стимулировать не только технику. К величайшему разочарованию, Цербер запретил сочетать кровь и генератор и не слушал Криса с его домыслами. Ему трудно было поверить, что Грея может поднять на ноги то, что разгоняет двигатели. Но пришлось принять это, так как Грей был на грани. Реактор переоборудовали, и в скором времени он был запущен. Вся группа наблюдала за Греем в этот момент. Кровь алиисов дала поражающий результат. Те, кто раньше уже наблюдал за экспериментом в этой комнате, сравнивали результаты, делая выводы. Они понимали, что без преобразований эксперимент был болезненным и жестоким. Но то, что происходило сейчас, было во много раз хуже. Никто не мог понять того, что испытал Грей, но со стороны на него было страшно смотреть. Когда процедура была закончена, Грей видел в Крисе настоящего монстра, сотворившего с ним такое. Ожидания не подтвердились, и Грею лучше не стало, но был достигнут другой результат. Способности этого алииса возросли в десятки раз. Но, как говорится, хотел как лучше – получилось как всегда. Как алиис, Грей, несомненно, поднял свой уровень, но он не справлялся. Эта мощь выжигала его изнутри еще сильнее, чем прежде. Эксперименты больше не проводились, так как врачи едва поддерживали жизни обессиленного парня. Скоро стало ясно, что ничего не выйдет и Грей умрет. Крис метался из крайности в крайность: он то убивался провалом, то считал себя чудовищем, винил себя в том, что поломал жизнь человеку, то часами сидел и перебирал все возможные варианты, как изменить положение. Цербер не ошибся, выбрав Криса. Когда Грей уже держался из последних сил, Кристиан предложил новый план: рискованный, но единственный. Все понимали, что Грей не справится со своей ношей. Алиис он способный, поражающий воображение, но клетка мала. Теперь все силы были брошены на то, что бы среди альфа-класса найти того, кто физически выдержит такой шквал энергии. После проделанной работы, были выбраны четверо, но они подвергались большому сомнению. Был выбран мужчина 26 лет, огромный, накаченный, с квадратным лицом и девизом «Пробью лбом стену». Крис не принимал участия в отборе. Он был разбит. Что-то в нем поменялось. Теперь ему казалось, что он в ловушке, что его держат здесь насильно. Он больше не мог здесь находиться, но больше всего его душило чувство вины. Он больше не решался приближаться к Грею. Он видел, что алиис шарахается от него. Крис не понимал, что в Грее было сильнее: ненависть или страх, относящиеся именно к нему. Остерман заигрался и сломал все свои игрушки. На сегодняшний день была назначена операция. Идея была такова: пересадка части мозга, отвечающая за способности алииса. Грей не справлялся, а его терять было нельзя. Было решено сохранить его силу в другом теле, которое сможет перенести такую нагрузку. Крис не желал принимать во всем этом участие, но любопытство победило. Он пришел, и встретил того, кому предстояло стать новой целью проекта. - Это не он. Все, что мог сказать Крис. Он знал Грея лучше всех, и хватило одного взгляда, что бы понять, что этот кусок мяса не справится, что он даже близко не валялся. Разочарование. Во всем. В себе, в проекте, в ложной целее. Так Крис еще долго мог размышлять и убиваться, но отвлекся. Он почувствовал, как свалился на наго невыносимо тяжелый взгляд, снова. Он уже видел такие глаза: зеленые, пустые, злые. Такие же, как у Грея… только одним они отличались, но Крис не мог понять – чем? Этот человек отвернулся, и Крис даже не обратил внимание ни на его внешность, ни на его самого в целом. В сознании остался только тот взгляд. Крис разыскал Цербера и узнал, кем был тот человек. Ответ был не многословным, но содержательным. - Объект 20.31.16 – Тео Грель. Один из четырех, которых выбрали. Он не подошел. - Возьмите его. Крис был уверен в своем выборе, и был уверен, что Цербер его послушает. Все остальное его не волновало. Сейчас он думал только о том, что разодрал в клочья жизни Грея, а за ним утащил и Тео.

***

В этот день был совершен первый побег. В этот день была проведена операция. В это день Крис стал врагом государства номер 1. В этот день проект остановили.