Тодороки или как обмануть судьбу.

POV: Лихт Полумгла. Мои руки сжимают кинжал. Лёжа на шкуре белого медведя, я внимательно разглядывал холодное железо. Что я хочу там увидеть? Отражение или же блеск холодного металла? На моей душе лежит груз вины, но проблема в том, что я понятия не имею, что сделал. Чувство невыносимой вины поедает меня... Я даже чувствую влагу на своих глазах и щеках. Горький ком застрял в горле, и я отчаянно, схватившись двумя руками за кинжал, вонзаю его в свою грудь. Стон боли вырвался из моих уст. По всему телу разнеслась волна пронзающей резкой боли. Я откинулся на пушистые меха на своей кровати и в агонии стал ждать смерти. Мои губы были искусаны в кровь, а комнату наполнили стоны и вой предсмертных мук. Вдруг ко мне в комнату врывается парень, лица которого я не вижу... Какого там лица.. у меня перед глазами все плывёт. Однако я понимаю, что этот человек мне безумно дорог. Он что-то отчаянно кричит, но мне это слышится так отдалённо, будто я нахожусь под водой. Я собираю последние силы и пытаюсь что-то сказать. Тщетно, из моих уст изрекается лишь неразборчивое бормотание, и мой затуманенный взгляд пытается стать чётче. Это у меня даже немного получилось. Дрожащими губами я еле выдавил из себя: "Прости". И последний хриплый вздох следует за этим словом. А потом всё... Мрак застилает мои глаза, и я резко просыпаюсь в холодном поту. Это не было первым разом, когда мне снились сны подобного содержания. Но этот сценарий во снах ко мне является чаще всего. Это меня не сильно пугает. Человек я не суеверный, хотя и являюсь частично христианином. Скорее, я атеист, но бывают моменты, когда хочется чего-то сверхъестественного в жизни. Меня природа не обделила воображением, как вы могли подумать. Напротив, я даже считаю себя ангелом! По моему мнению, судьбы, как таковой, нет. Смысл не в том, чтобы желать сделать то, на что ты способен, а в том, что именно тебе хочется сделать. Смысл не в том, что ты хочешь стать кем-то, а в том, кем именно ты хочешь стать. Каждый человек — хозяин своей жизни, и мнение, что жизнь уже давно написана как сценарий, ошибочна. Даже если мне какая-то гадалка нагадает, что я завтра умру, я засмеюсь ей в лицо. Мысли материальны. Если ты будешь суеверен и поверишь старой цыганке, ты сам запрограммируешь свою жизнь на то, чтобы вскоре умереть. После долгих раздумий о судьбе я перевернулся на другой бок и попытался дотянуться до лежавшего на тумбе смартфона. Нащупав наконец телефон, который оказался был близок к падению, потому что лежал на самом краю прикроватной тумбы, нажал на одну из кнопок сбоку, и яркий свет экрана нанадолго ослепил меня. Я, чуть жмурясь, разглядел время. Остаётся ещё почти час был до звонка будильника, и я снова заснул. *** Сегодня должен был состояться очередной концерт в нашем институте культуры и искусств. Это элитнейший ВУЗ в нашей стране. Конечно, в таком месте учатся только лучшие из лучших. К примеру, дети известных артистов, которые более или менее попытались унаследовать талант своих родителей, никаких сил не прикладывая, чтобы добиться известности. Такие студенты были очень даже популярны, но не блистали такой уж виртуозностью. Просто богатство и статус затуманивали людям взгляд. Бывают середнячки, которые попали сюда благодаря упорству труда. Как правило, они были не так уж популярны, но их творения, какими бы они ни были, казались мне намного свежее, креативнее, ярче, в конце концов. Я принадлежал и к тому, и к другому классу. Мои родители хотя и были очень известны, но о них в этой стране мало кто знал. У меня не было таланта. Честно, мне было бы обидно, если бы кто-то из вас сказал, что я очень талантлив. Дело не в таланте, а в старании и целеустремлённости. Если бы у меня была мечта полететь в космос, я б обязательно воплотил её в жизнь, потому что я чётко бы представлял, как буду идти к этой цели, что именно сделаю и чему обучусь, и множество раз бы проигрывал в голове тот момент, когда на меня наденут скафандр при пересадке на ракету. Вернёмся к институту и его мероприятиям. Я стою за кулисами большого концертного зала. Мне скоро надо выходить. Вы думаете, я волнуюсь? Нет, я уже большую половину жизни провёл за роялем и под оглушительные аплодисменты людей, по щекам которых текли неудержимые слезы. Вот меня уже объявили. Я поправил свой белый костюм, фиолетовый галстук и принял более тёплый сценический образ и даже попытался улыбнуться. Обычно моё лицо не выражает никаких эмоций, кроме раздражения, гнева или презрения. Я выхожу на большую сцену, освещённую прожекторами, а посередине неё стоял большой чёрный рояль. Мой любимый. На нём мне играть было удобнее всего. Я сел за инструмент и начал играть одно из великих произведений Бетховена. Погружаясь в свою музыку, я мог играть даже с закрытыми глазами. Я очень чутко чувствовал свой инструмент, свою сонату и ноты. Душу вкладывать в каждую игру — это то, чем я всегда любил заниматься. На половине произведения я ощутил чьё-то присутствие. Кажется, в зале находится кто-то особенный. Но кто это может быть? И что за особенный? Мои пальцы скользили по клавишам, вызывая красивые звуки, которые складывались в мелодию. Меня не покидало чувство, что очень важный человек сидел и смотрел на меня. Я боковым взглядом посмотрел на зал. Он был полон, и нигде не было свободных мест. И как вы прикажете мне найти того человека? Спустя некоторое время мой номер подошёл к концу. Из рояля вырвалась последняя нота, и я встал со своего места и поклонился. Зрители рукоплескали. Впрочем, ничего необычного. Но им пока рано плакать. Сегодня мне предстояло сыграть ещё раз. Если бы я заставил их зарыдать сейчас, у них бы не хватило сил, чтобы заплакать от моего последнего выступления. Я выпрямился и посмотрел снова на зал, разыскивая взглядом человека, которого моё подсознание так яростно ищет. Мой взгляд остановился на блондине со сверкающими интересом красными глазами. Кстати, эти рубиновые бусины смотрели прямо на меня. Это был первый раз, когда наши взгляды встретились.