Хватит скандалить!

      Убираться было довольно весело: Даня отпускал шутки по поводу Лизиного роста, шутливо вертел колбу со спиртом, грозясь выпить ее содержимое, а под конец так вовсе — Лиза на радостях выплестнула на Данилу не только свое возмущение, но и мыльную воду вместе с ним. Парень, разумеется, был не очень доволен (да что уж там, он был в ахуе), но для Лизки его недовольство явно не имело огромного значения, лишь очередной повод повеселиться.       — Ты че творишь, больная?! — рыжеволосый нелепо размахивает руками и мечется из угла в угол, пытаясь найти хоть что-то похожее на полотенце. Неред это ни капли не волновало, поэтому девушка с довольной ухмылкой продолжала смотреть, как по рыжим взъерошенным волосам стекают капли воды.       — Подумай сам, дружище, — Лизка деловито запрыгивает на стол, скрестив руки на груди и наблюдая за тем, как Кашин суетливо прочесывает лаборантскую в поисках тряпки, от неуклюжести и спешки сшибая всё на своем пути. — По-моему, моя месть была оправданной, — победная ухмылка всё ещё не сходит с лица русоволосой. На секунду она даже отдалась размышлениям о том, как же сладка месть, но её бессовестно прервали.       Мокрые холодные руки парня приземлились сначала куда-то на голову, а затем прошлись по и без того мокрой спине, от чего девушка непроизвольно завизжала и стремительно полетела со стола на мокрый пол, обсыпая матом обладателя этих самых рук.        — Долбаеб, блять… — прошипела русоволосая, растерянно осматривая кабинет с низкого ракурса. — Я и так вся мокрая сидела, если ты, сука, забыл, куда ещё мокрее-то… Ты бы сначала думал, а потом делал, идиот, на своих ошибках нихуя не учишься, — громко возмущалась девушка, невольно вспомнив её первую встречу с Кашиным, отчего по телу прошелся легкий озноб.       На секунду это действительно ввело Данилу в ступор, и тот уже успел подумать о том, что ответный удар в сторону девчонки не удался, но в этот момент в голову ему прилетело что-то весьма тяжелое. Как оказалось позже, это был журнал по технике безопасности, что он делал в лаборантской и как умудрился попасть в недобрые руки Лизы — оставалось загадкой.       Тяжело вздохнув, парень решил всё же прекратить их сражение и покорно продолжил убираться, пока Лизка, уже успевшая вновь запрыгнуть на стол, сидела на нем с победоносным видом и улыбкой до ушей, совершенно не собираясь помогать Дане.

***

      Ни Дане, ни Лизе не хотелось идти домой, но ещё меньше подросткам хотелось оставаться в школе. Каждого ждала недовольная мать, только если у Лизы она была полнейшей истеричкой, устанавливающей свои тоталитарные режимы, повиноваться которым школьница не хотела, то мать парня была милейшей женщиной, решившей невзначай вынести мозг сына своими разговорами про соулмейтов, которые Даниле уже стояли поперек горла.       Молча проводив взглядом маленькую удаляющуюся фигуру Лизки, без особого энтузиазма плетущуюся в противоположную сторону, Даня хмыкнул. Странная девчонка, способная вывести его из себя за считанные минуты, и одновременно заставляющая смеяться до боли в животе, вновь заняла его мысли на долгое время, даже не догадываясь об этом. На улице действительно было неплохо: деревья ещё не до конца избавились от листвы, решив ещё немного попестрить яркими листиками, солнце согревало бледную кожу своими лучами, а от недавних луж не осталось и следа. Но погода и солнышко мало заботили Данилу, в данный момент его намного больше заботила пачка «Мальборо», лежавшая в кармане куртки с прошлого вторника. Нетерпеливо запустив руку в карман, Кашин тут же обнаружил сигареты, почувствовав неимоверное облегчение. Быстро открыв уже начатую пачку, парень к своему удивлению нашел лишь одну сигарету и непонятно откуда взявшуюся барбариску. Удивленно выгнув бровь, Даня раздраженно фыркнул.       Смирившись с тем, что половина пачки куда-то испарилась, Данила развернул конфету, уже собираясь выкинуть обертку в ближайшую урну, но вовремя заметил какую-то надпись на бумажке.       «Курить плохо, лучше грызи карамельки, идиотище.       P. S. Поймешь от кого :) (от конченой истерички) »       Хотелось чертовски злиться, посылая «незнакомца» в пешее эротическое, но сам Данила и не заметил, как на его лице появилась довольная улыбка от уха до уха. Раздражающее солнце как-то разом стало намного дружелюбнее, редкие листья под ногами уже не мешались, а путь до дома стал куда веселее. Почему? Даже сам Кашин этого не знал.