We live in a beautiful world

Нана плохо спала той ночью. Ей снилась Кали. Такая красивая Кали. Кали что-то шептала ей, но Нана не могла разобрать. Она лишь помнит, что Кали поцеловала её, а потом растворилась в воздухе. Нана кричала, звала девушку, но она не пришла. Именно поэтому Нана резко проснулась вся в слезах. Она тяжело дышала, сжимая покрывало в ладонях. К чему был этот сон? Нана долго просто сидела на кровати, стараясь прийти в себя. Она была напугана этим сном. Было интересно, что же говорила ей Кали. Но это выглядело так, будто это очень важно. Мутантка напряглась, пытаясь вспомнить, что Кали говорила. Но, как назло, девушка не вспомнила ни одного слова. Нана легла, почувствовав себя лучше. Но Кали из её мыслей никак не уходила. Девушка долгое время просто лежала, думая. Она не могла заснуть отчего-то. На секунду Нана представила, что, если Кали — её истинная пара? Но Кали — человек, а у людей навряд ли бывает такое. Думая об истинной паре, Нана, наконец-таки, заснула.

***

Наступило утро. Нана, потягиваясь, спустилась на первый этаж дома. Из кухни чем-то приятно пахло. И это было редкостью, ведь никто обычно на кухне не готовил — Софии всегда не до этого, а Нана быстро перекусывала чем-нибудь и всё. Мутантка осторожно заглянула на кухню и увидела там свою мать. София выглядела очень непривычно — блондинистые волосы были собраны в пучок, а поверх одежды на женщине был фартук. — Э… — Нана не нашла слов, чтобы сказать. София обернулась и мягко улыбнулась, держа лопатку в руке. — Доброе утро, — пропела София. Нана подозрительно смотрела на мать, не понимая, что происходит. Отчего София была такая счастливая и такая странная? Что за ночь могло произойти? Эти вопросы вертелись в голове юной мутантки. — Ты чего, мам? — спросила Нана, присаживаясь за стол. — Я просто решила обрадовать тебя чем-нибудь. Я знаю, что не самая лучшая мать, но… Я хочу, чтобы ты любила меня также, как и я тебя. Извини, что я часто срываюсь на тебе и редко появляюсь дома. Я знаю, что я — глава отречения, но совсем забыла о том, что я еще и мать, — было видно, как тяжело Софии давались эти слова. Женщина совсем забыла, какого это, разговаривать со своей дочерью заботливо и искренне. Нана опустила взгляд, обдумывая слова Софии. Мутантка не совсем верила в происходящее. Но решила не продолжать эту тему и спросила: — Что ты готовишь? — Омлет, — вновь улыбнулась София, понимая, что все, вроде как, хорошо. Когда завтрак был готов, София поставила на стол две тарелки и положила на них омлет. Затем она присела за стол напротив дочери, внимательно оглядывая её. Нана почувствовала взгляд на себе и вопросительно посмотрела на мать. София лишь покачала головой, медленно начиная есть. Но Нана все же ощущала какую-то недосказанность, поэтому она поинтересовалась: — Ты что-то хочешь сказать мне, мам? София немного замешкалась, не зная, говорить или промолчать. Все-таки женщина решила начать разговор: — Моя дорогая, я знаю, что ты и слышать не хочешь о том, чтобы когда-то перенять мое дело. Но… Пойми, доченька, ты должна будешь это сделать. Я хочу, чтобы ты это сделала. Ты станешь замечательной главой отречения. — С чего ты вдруг захотела поговорить об этом? — прищурилась Нана, чувствуя что-то неладное. — Ты знаешь ведь, что Кали была поймана. Сейчас она у Вернера, — София нервно сжимала ладони. И тут Нана все поняла. Если Вернер откажется возвращать Кали, то начнется война. А если начнется война, то пострадают все. София должна будет предотвратить это, остановить конфликт, ведь именно в этом заключается её существование. София пожертвует жизнью ради мира людей и мутантов. — Почему она до сих пор там? Когда Вернер собирается вернуть её? — недоуменно спросила юная мутантка. — В том-то и дело… Вернер не собирается возвращать её. Нана шокированно посмотрела на мать, не веря в услышанное. — Что? Почему? Он понимает, что это решение грозит нам всем смертью?! Джеймс убьет нас всех из-за своей дочери! — воскликнула девушка, вскакивая из-за стола. — Дорогая, я понимаю тебя. Я тоже не рада этому решению. Я даже боюсь представить, чем все это обернется. Вернер всех нас подставляет под удар, — София грустно взглянула на дочь. Нана заметила в её взгляде подозрительный блеск. Неужели… — Ты плачешь, мам? — девушка медленно осела на стул, смотря на мать. — Нет. Ты чего? Не смей, мама. — Прости, милая… Но я столько лет пытаюсь привести все в порядок. Иногда я задумываюсь, а возможно ли это вообще? Я только приведу все в норму, сглажу все конфликты, как кто-то начинает все портить. Мы не выживем на этой планете, если не сможем найти общий язык, если не попытаемся стать друзьями. А Вернер… Что он вообще понимает? Он воспитан ненавистью и злостью. Его не исправить. Я так устала одна тащить всё это. У меня не получается, разве не видно? — со слезами на глазах говорила София. Нана смотрела на мать и понимала, что даже сильные люди когда-то ломаются. Девушке стало грустно, а еще — стыдно, что не поддерживала мать, всячески выводя её из себя, ругаясь с ней. Мутантка и представить не могла, что София, самая сильная женщина на планете, сможет когда-то заплакать и сказать, что ей тяжело, что она устала. — Мам, — прошептала Нана, ободряюще поглаживая женщину по плечу, — Ты справишься со всем. Я согласна учиться у тебя всему. Я стану следующей главой отречения, если ты хочешь. Я не предам тебя никогда. София подняла заплаканный взгляд на дочь, удивляясь услышанному. — Ты сейчас серьезно? — Конечно, — слегка улыбнулась Нана. София улыбнулась в ответ, вытирая слезы. — Люблю тебя, моя милая, — сказала София и встала со своего места, чтобы подойти к дочери и обнять.

***

После произошедшего утром, Нана направилась на сторону мутантов, которые находились под властью Вернера. Девушка хотела увидеть Рию и поговорить с ней. Рия, будто чувствуя, встретила Нану почти на границе. — Тебе лучше не ходить сюда, — с сожалением объявила дочь Вернера. — Что? — удивилась Нана. — Отец поссорился с Софией, — напомнила Рия и вздохнула, — Он отойдет и примет верное решение. Просто пусть София даст ему немного времени. Она зря давит на него. Это лишь сильнее злит и подталкивает к неверному решению. Нана понимала, что Рия хочет лишь помочь. Она хорошая и добрая, она никогда не подставит и не сделает что-то неверное или несправедливое. — Ладно. Я передам твои слова маме, — кивнула Нана и спросила, — Ты-то как? Все хорошо? — Конечно хорошо, — неожиданно улыбнулась Рия, — Я стараюсь не лезть в эту политику, чтобы не разочаровываться. Но я все равно считаю, что Кали не место у нас. — Кстати… Я понимаю, что тебе запрещено говорить об этом, но где Кали? Нана не знала, почему ей вдруг захотелось спросить о Кали. Просто почему-то захотелось. — Отец сказал запереть её в военном бункере. Он все еще боится, что она может быть опасна. А я думаю, что все это бред. Люди совершенно не опасны поодиночке. — Я хочу увидеть её, — внезапно выдала Нана. Рия удивленно приоткрыла рот и приподняла брови. — Зачем? — Разве тебе неинтересно, зачем она явилась на территорию мутантов? — Интересно. Но я не могу провести тебя к ней, прости. Отец и так весь на нервах. Я не могу пойти против него. Мутантка понимала, что не может винить подругу. Рия не бросит Нану, но и не предаст отца. Все правильно. Рия всего лишь хочет быть рядом с отцом в сложное время.

***

Когда Нана возвращалась назад в отречение, она встретила Адама. — Привет, — улыбнулся парень, с обожанием смотря на мутантку. — Привет, — как-то отстраненно поздоровалась Нана. Девушке просто не хотелось видеть Адама, который смотрел на неё так, словно ждал чего-то. А ведь он и ждал. Ждал ответных чувств. — Ты сегодня очень красивая, — сказал Адам, не прекращая улыбаться и смотреть с обожанием. Нана промолчала и спешно попыталась ускользнуть. Но Адам нагнал девушку и начал расспрашивать: — Что-то случилось? — Да, — коротко ответила мутантка. — И что же? Может, Адам и был красив, хорошо пел и вообще был замечательным другом, только вот все это меркло на фоне его бесконечной глупости. И это очень злило Нану порой. — Я не хочу говорить об этом. И не могу. — Это касается политики? Ты ведь знаешь, что можешь доверять мне. Нана вздохнула и ускорила шаг. Она так хотела поскорее оторваться от Адама. Сегодня он был настойчивее, чем обычно. И сегодня Нана была более раздражительной, чем обычно. — Нана, — попытался остановить её парень. — Слушай, — наконец сказала Нана, собираясь расставить все точки, — Я не та, кто тебе нужен. Прекрати ходить за мной и смотреть на меня. Ты зря тратишь на меня время. Лучше дождись своего совершеннолетия и живи счастливо с истинной парой. Улыбка парня померкла. Адам серьезно посмотрел на мутантку и ответил: — Откуда ты знаешь, что ты не та, кто мне нужен? — Посмотри же, Адам, мы с тобой такие разные. Природа просто не могла так ошибиться. Нам нельзя быть вместе. Это просто смешно! — Мы с тобой совсем не разные, — продолжал настаивать Адам. — Поверь, разные, — сказала Нана, — Я будущая глава отречения. Я посвящу свою жизнь достижению мира на планете. Я не такой мутант, который гоняется за любовью. А ты такой. Адам удивленно раскрыл рот. Он и поверить не мог этому. Еще пару дней назад Нана была обычным подростком-мутантом. Она хотела веселиться, гулять, совершать глупости. А сегодня же она другая. Она стала серьезнее и жестче. Нана поспешила уйти. Она даже не стала дожидаться ответа — ей это не надо, ей это неинтересно.

***

Вечером Нана сидела в кресле у небольшого камина. Она грелась и думала. Ей было немного неловко из-за того, как она повела себя с Адамом. И что это нашло на неё? Девушка заметила, что после встречи с Кали её характер и поведение как-то изменились. Это было странно и непонятно. Нане стали отвратительны даже мысли о любви с Адамом. Хотя раньше она могла представить это. А сейчас совсем не хочет думать о нем. В доме была полная тишина. София еще не вернулась домой. Тихий вечер — идеальное время, чтобы подумать обо всем. Нана поднялась с кресла и подошла к большому окну. Она смотрела на постепенно гаснущие огоньки света, потому что мутанты начинали засыпать, смотрела на круглую и яркую луну, освещающую темную улицу, смотрела на маленькие крапинки звездочек на чернеющем небе. Прекрасный вид. Все складывалось неплохо. Со всякими трудностями можно разобраться. Так думала Нана. Еще она думала, как же она любит жизнь. Все казалось таким относительно хорошим. Но однажды Нана проснулась и увидела метку на своем запястье…