Принц среди волков (Prince Among Wolves)

— Я уверен, что вы немного преувеличиваете стоимость, — проворчал Стайлз, просматривая список объявлений о работе, пока механик на другом конце телефона всё ещё продолжал называть бесконечное множество магических причин, из-за которых его джип не функционировал. Стайлз не сомневался, что парень попытается вписать в счёт за техобслуживание что-нибудь вроде «единорога в генераторе». — Хорошо, сколько времени это займёт? Вы шутите? Как насчёт рассрочки? Серьёзно, я могу поручить это другому механику, потому что это смешно. Что? Эй, я не давал добро на начало работы. Боже мой, хорошо! — Стайлз положил трубку и швырнул телефон на стол, за которым сидел. В нём кипел гнев. Он и без того чувствовал себя отстойно, поскольку неисправные тормоза сыграли с ним злую шутку, а теперь к этому прибавился и механик, отказавшийся вернуть джип без оплаты за проведённые работы. Стайлз уже был на грани безумия, а ведь это была всего вторая неделя лета. Он качнулся на стуле, вновь взглянул на телефон и через долю секунды схватил его, чтобы позвонить отцу. Конечно, шериф сейчас на работе и всё такое, но Стайлз знал, что «работа» обычно предполагала пару часов раздачи штрафов за превышение скорости, после чего шериф возвращался в участок и перебирал документы. Отец поднял после третьего гудка. Стайлз сел поудобнее, всё ещё поглядывая на открытую страницу с вакансиями. — Хей, пап, как де... — Нет. Стайлз поперхнулся воздухом, пытаясь вспомнить, что он хотел сказать. Он вновь качнулся на стуле, а затем нервно усмехнулся. — Я не могу просто позвонить своему любимому папе и спросить, как проходит его тяжёлый, длинный день? Повисла пауза, а затем шериф тяжело вздохнул. — Что тебе нужно, Стайлз? Я работаю. Стайлз покрутил в руках ручку и пожал плечами, несмотря на то, что отец не мог его увидеть. — Просто решил уточнить, не смог бы ты помочь мне с кое-какими выплатами? Я мог бы отработать уборкой, только представь: у тебя будет собственный слуга. — Ты уже мой слуга, — сухо сказал шериф, — я плачу за твоё обучение, а ты занимаешься стиркой и едой, помнишь? Проклятье. — Возможно, я мог бы помыть твою тачку? Ну, знаешь, она вроде как выглядит грязной и всё такое, — Стайлз бросил ручку и принялся вновь просматривать сайт с вакансиями, переместившись к тем, что были опубликованы сегодня. Не помешало бы присмотреть парочку на случай, если отец решит… — Ты сказал, что хочешь быть независимым. А это подразумевает платить за свои проблемы самостоятельно, сынок. Стайлз опустил голову и сокрушённо всхлипнул прямо в трубку. — Жестокое и странное наказание, пап. — Просто подумай об этом. Ты мог бы потратить своё лето на что-то полезное, вместо того чтобы ходить по вечеринкам вплоть до начала семестра. Подняв голову, Стайлз громко фыркнул, вновь взялся за мышку и принялся листать список с предлагаемой работой. Где-то почти в самом начале он наткнулся на объявление «Нужна няня». — Как будто я только и делаю, что отжигаю ночи напролёт, — разбито пробормотал он. — Я почти свыкся с мыслью, что все выходные ты проводишь или в компании XboxLive и Скотта, или за игрой в Borderlands, или за поглощением энергетиков. Просто вау. В этом было что-то обидное: то, насколько предсказуемым он стал. Но Стайлз любил думать о своей жизни просто и без драмы; по крайней мере, когда в ней не творилась всякая неведомая херня. — Уделал. — Я возвращаюсь к работе, — медленно сказал отец, — и, пожалуйста, постарайся найти работу, легальность которой не вызывает сомнений. — Ты делаешь мою жизнь тяжелее, — Стайлз притворился разочарованным и глубоко вздохнул. — Так я даю тебе понять, что люблю тебя. — Конечно-конечно, — Стайлз рассмеялся. Он попрощался с отцом, а затем вернулся к объявлению, которое его заинтересовало. «Ищу няню на полный рабочий день/вечер. 2 мальчика-близнеца, 4 года. Опыт общения с оборотнями обязателен. Только человек. Не педофил. Не девочка-подросток. Оплата сдельная». Стайлз был очень рад, что ещё не успел выпустить телефон из рук после разговора с отцом, иначе он бы предпринял яростную попытку быстро схватить его снова. Скотт был оборотнем, ещё со старшей школы, а Стайлз был тем человеком, который помог ему пережить все изменения. Стайлз очень сильно был человеком. Он также не был девочкой-подростком или педофилом. И он определённо подходил по всем параметрам. Кроме того, работа няни предполагала неплохие деньги практически за безделье: присматривай за детьми и корми их по расписанию, всего-то. Стайлз набрал номер, указанный внизу объявления, и нервно задёргал ногами в ожидании. Чем дольше шли гудки, тем напряжённее он себя чувствовал, но затем гудки прервались сигналом, оповещавшим о включении голосовой почты, и раздался раздражённый мужской голос: — Я занят. Оставьте сообщение, и я перезвоню, когда будет возможность. Стайлз услышал второй сигнал и судорожно втянул воздух. — Хей, при.. здравствуйте! Меня зовут Стайлз. Я звоню по поводу работы няней. Хотел уточнить, свободно ли ещё место. Стайлз Стилински, мне 23 года, студент. Но я свободен на всё лето, до начала занятий… О, ещё я человек! А мой лучший друг — оборотень, — Стайлз изо всех сил пытался подумать о чём-то важном, что ему нужно было добавить к уже сказанному. Он нервно теребил в руках маркер, то надевая, то снимая с него колпачок. — И он, эм, крутой оборотень. Ещё мне нравятся дети, дети — это чудесно. Кроме того, я был волонтёром в педиатрическом отделении, где работает мать моего лучшего друга. Того самого, который оборотень. В старшей школе я присматривал за соседскими детьми; я не балую детей сладостями, слежу за графиком сна и знаю, как сменить подгузник. Не то чтобы я намекал, что ваши дети не знают, как это сделать, но, в случае чего, я готов, — он резко втянул воздух, прикусил язык и поморщился. — В общем, если место ещё свободно, дайте мне знать. Стайлз продиктовал свой номер, а затем и адрес электронной почты — так, на всякий случай, — заранее поблагодарил безликого собеседника за потраченное время и повесил трубку всего через долю секунды после того, как услышал предупреждение, что его сообщение слишком затянулось. Он издал протяжный вздох, отложил телефон, а затем откинулся на спинку стула и посмотрел в потолок. Стайлз ведь может присмотреть за детьми, правда? Всё, что ему необходимо, — почитать в интернете пару блогов о том, как заботиться о мальчиках и детях-оборотнях, и всё определённо будет в полном порядке. Всё точно будет в порядке. Хотя... — Хей, Скотт? — Стайлз подождал, пока шуршание в трубке стихнет, и запоздало удивился, что Скотт ответил ему так быстро. — Как думаешь, насколько тяжело нянчить маленьких оборотней? — Э-э, — задумчиво ответил Скотт. — Э-э... Не знаю, чувак. Наверное, словно на тебя повесили двух маленьких монстров во время полнолуния. Ты уверен, что тебе необходимо за ними присматривать? Ты ведь можешь довести их до сахарного диабета или вроде того. Скотт явно не был его лучшим другом по причине блестящего и глубокого понимания тонкой душевной организации Стайлза. В основном Стайлз считал, что их дружба была завязана на любви к комиксам, шуткам о пердеже и любви к классным горячим попкам. — Это как раз тот случай, когда необходимо углубиться в чтение блогов, чувак. Нет лучшего советника по уходу за ребёнком, чем блог матери-домохозяйки, которая пытается облегчить жизнь своим коллегам-родителям. Кроме того, на ТВ есть каналы, посвящённые детям, или вроде того. Думаю, я практически готов.        — Ладно, чувак, но если ты станешь гигантской игрушкой для жевания или чем-то вроде — не звони мне. На этих выходных мы с Эллисон и Айзеком собираемся играть в мини-гольф. Стайлз откинулся на спинку кресла, сдерживая стон. Он явно никогда не поймёт, что за хрень происходит между этими тремя. Хрень, которая превратила Стайлза из неуклюжего третьего колеса в запасную шину в багажнике, про которую вспоминали только в крайних случаях.        Он что-то пробормотал Скотту до того, как повесил трубку, и уставился на часы на своём ноутбуке. Можно убить ещё пару часов в поисках работы и глянуть несколько блогов по воспитанию детей-оборотней. Была уже глубокая ночь, когда телефон Стайлза зазвонил и на экране высветился незнакомый номер. Он подумал о том, что, возможно, кто-то просто ошибся, но всё-таки поспешил ответить.        — Алло?        На другом конце раздался грубый мужской голос.        — Вы можете прийти завтра, чтобы подписать документы и пройти тест на наркотики? — Какого хр?.. — Стайлз проглотил окончание, попытался резко сесть на кровати, но вместо этого грохнулся на пол, больно ударившись. — Простите, кто это? — Тот, кому вы звонили по поводу работы няней, — после долгой паузы ответил ему мужчина. — О, конечно! — Стайлз перекатился на живот, стараясь не слишком громко хрипеть, и поднялся на ноги. — Да, я могу пройти тест на наркотики. В какое время мне подъехать? В восемь подойдёт? — отец уходит на работу в восемь, поэтому он мог бы попросить шерифа подбросить его, вместо того чтобы пытаться просить Лидию или Скотта, которые были весьма ненадежны, когда дело касалось транспорта. — Лучше в семь. У вас испытательный срок. Принесите с собой водительские права и карту социального страхования. Я готов платить пятьдесят в час.        — Пятьдесят?! — воскликнул Стайлз, захлёбываясь воздухом и спотыкаясь о валявшиеся на полу штаны.        — Соглашайтесь или до свидания, — прорычал мужчина в трубку. Это выглядело так, словно он предлагал смехотворную оплату, а не очень щедрую. При такой ставке Стайлзу не придётся брать дополнительный студенческий кредит, когда учёба снова начнётся. Он мог бы выплатить за машину до конца лета.        Добравшись до стола, Стайлз схватил ручку и первую попавшуюся бумажку.        — Нет, пятьдесят офигенно. Диктуйте адрес.        Стайлз записал всю необходимую информацию, номер телефона, а также список документов, которые нужно будет принести.        — Как только закончим с этим, можете сразу приступать к работе. Стайлз переваривал информацию, глядя на бумагу перед ним, а затем посмотрел на недочитанную вики-статью о том, как бороться с синдромом беспокойных ног.        — Так быстро?        — Ты сын шерифа, и, я надеюсь, ты понимаешь, что произойдёт, если с моими детьми будет что-то не так, когда я вернусь домой. Вот чёрт. Тот факт, что этот парень так быстро навёл справки о нём, немного пугал. С другой стороны, не нужно было лезть в дебри, чтобы найти Стилински в Бикон Хиллз, учитывая, что их было всего три, и один из них — в некрологах.        — Эм, окей. Вам не о чем волноваться, — неловко рассмеялся Стайлз, постукивая ручкой по столу, а затем принялся покусывать ноготь на большом пальце. — Я обязан поблагодарить вас за эту работу. Тормоза моего автомобиля вышли из строя, а на днях я врезался в кого-то и подумал, что мне просто суждено быть неудачником всё лето, а потом... — Мне всё равно, зачем тебе нужны деньги. Просто будь завтра вовремя. Послышались короткие гудки, и Стайлз почти вздрогнул от такой внезапности. Что ж. Он надеялся, что дети не окажутся такими же грубыми, как их папаша. Стайлз схватил скотч из ящика стола и приклеил список сбоку на монитор, а затем вернулся к чтению. Нужно было позаботиться и о собственном спокойствии, ведь всего через несколько часов он собирается нянчить двух оборотней-близнецов. После изучения нескольких веб-сайтов, а также статей в Википедии и блогов по воспитанию, он завёл будильник и написал отцу короткое сообщение, в котором попросил утром побыть его шофёром. Тем не менее Стайлз всё ещё был слишком взволнован, чтобы спать. Он провёл несколько часов, сидя на кровати и нервно дёргая ногами, а затем снова вернулся к чтению. Ещё немного информации ему не повредит. Будильник прозвонил рано утром, совершенно не считаясь с тем ничтожно малым количеством сна, которое было у Стайлза за всю ночь. Писк и вибрация заполнили собой всю комнату и не утихали, пока будильник не свалился со стола прямо на подставку с дисками и не умолк. Стайлз громко, тяжело застонал, выбрался из постели и попытался вспомнить, зачем вообще его заводил. Волнение моментально сняло все остатки сонливости, которые могли заставить Стайлза вернуться в тёплую постель. Он поспешил в душ, решив воспользоваться только мылом (Скотт жаловался, что Стайлз слишком сильно пах химией, когда впервые обратился), собрал все необходимые документы и с грохотом спустился на кухню, где его уже ждал отец.        — Готов?        — Определённо, — Стайлз кивнул, напряжённо вдыхая и выдыхая, а затем встряхнул руками и плечами, чтобы попытаться сбить тревогу, которая никак не желала отпускать. Нужный дом оказался в конце длинной дороги, наполовину скрытой в горах. Теперь Стайлз понимал смысл чисел, которые ему вчера посоветовали запомнить: это был код от ворот, а всю территорию вокруг дома ограждал от посторонних глаз высокий забор. Оказалось, что между воротами и самим домом приличное расстояние, поэтому ему пришлось немного пробежаться. Он взлетел по лестнице, чуть ли не подпрыгивая в ожидании, когда же хозяин грубого, раздражённого голоса откроет. Дверь распахнулась, и вместо раздражённого парня в дверном проёме возникла девушка с волнистыми светлыми волосами, за ногу которой цеплялся плачущий мальчик. Она громко, облегчённо вздохнула, схватила Стайлза за руку и втащила внутрь. — Почти опоздал. Это совсем не то, за что мне платят, — она ​​споткнулась: её правая нога внезапно оказалась в ловушке рук и ног другого мальчика. Он не плакал, но определённо очень нуждался в заботе. Она вновь вздохнула, отняла от себя ребёнка и пихнула его Стайлзу. — Так, ты берёшь этого. Стайлз сделал так, как ему сказали, держа ребёнка на вытянутых руках, когда тот внезапно закричал и ударил его ногой. Он подумал о том, чем же на самом деле ему придётся здесь заниматься, совершенно игнорируя девушку, которая пыталась вывести его из фойе, и отпустил ребёнка.        Истерика отняла у мальчика возможность твёрдо стоять на ногах, и он рухнул на пол, как мешок с картошкой. Стайлз поставил его на ноги, позволив малышу снова заплакать и ударить его, прежде чем он внезапно обхватил Стайлза маленькими ручками за шею. По-видимому, желание сидеть на руках было сильнее, чем необходимость остерегаться незнакомцев.        Стайлз вновь поднял малыша, одной рукой придерживая его за плечи, а другой поддерживая под коленками. Ребёнок прижался к его груди и громко заплакал прямо ему в ухо. Пухлые ручки обвились вокруг его горла, и малыш крепко обнял его. Стайлз провёл рукой по спине мальчика, успокаивая и покачивая его, а затем вновь взглянул на блондинку. Плач сменился икотой, и, когда до Стайлза наконец дошло, что девушка ждёт его, ребёнок только тихо всхлипывал.        Стайлз уже мог с уверенностью сказать, это будет не так просто, как он думал.        — Вот ты где. О, смотри, ты ему понравился. Потрясающе. Ладно, мне нужно, чтобы ты поставил подпись вот здесь и передал мне свои документы. Мы сделаем копии и проверим тебя.        Следующие несколько минут были безумно активными, потому что, окей, ему нужно было сделать всё и сразу, держа на руках маленького ребёнка. Когда они со всем покончили, девушка (по-видимому, секретарь, а не нянька) передала Стайлзу список номеров для чрезвычайных ситуаций, а также список, полный различных блюд и продуктов, которые мальчикам разрешалось или запрещалось есть. — Я Эрика, можешь звонить мне в случае чего. И ни в коем случае не звони Дереку, если это не чрезвычайная ситуация! — и она захлопнула за собой дверь.        Стайлз огляделся, пытаясь отыскать взглядом второго мальчика. Он даже не знал их имён: Эрика, судя по всему, мечтала побыстрее свалить и заняться своей настоящей работой, поэтому просто передала ему только всё самое необходимое. Он услышал звук включённого телевизора и последовал за ним в гостиную. Мальчик в его руках принюхался, сжал воротник Стайлза, снова принюхался и ткнулся носом чуть ниже его уха, пыхтя и размазывая сопли, словно собака. Или оборотень. Стилински вздрогнул от неожиданности и подавил желание отпустить ребёнка и вытереть сопли со своей шеи. Вместо этого он обошёл диван и, весьма проникновенно и драматично вздохнув, присел рядом с другим мальчиком. Мальчик на диване был в синей майке и шортах, а мальчик на руках у Стайлза — в точно таких же шортах, но майка на нём была чёрной. Небольшая, но очень полезная разница.        — Привет, — произнёс Стайлз мальчику в синей майке, приветственно махая свободной рукой. — Я Стайлз, а как тебя зовут? Мальчик в синей майке наклонился к Стайлзу и принюхался, прежде чем ответить.        — Энди. Ты смешно пахнешь, — Энди ловко соскользнул с дивана на пол, подозрительно глядя на Стайлза. Стайлз почувствовал себя немного обиженным. Что-то подсказывало ему, что Эрика тоже была оборотнем, как мальчики и их отец. Возможно даже, что она — их мать, но Стайлзу не хотелось делать поспешных выводов. Это ведь не сериал «Отчаянные домохозяйки». — Держу пари, что я пахну так потому, что я человек, — сказал Стайлз, вздрогнув, когда мальчик в его руках громко и устало зевнул ему прямо в ухо. — Но только если от меня не пахнет пердежом. Я что, плохо пахну? Я ведь ещё даже не пукал сегодня! — Стайлз произнёс это с притворным негодованием и нахмурился, словно этот факт действительно его расстроил.        Энди визгливо рассмеялся и покачал головой.        — Нет, не плохо. Смешно.        — Пахнет хорошо, — пробормотал сонный мальчишка на плече Стайлза. Стайлз выпрямился, а Энди скорчил гримасу.        — У Олли проблемы с запахами. Олли фыркнул в шею Стайлза, и Энди придвинулся ближе, рассматривая Стайлза большими, любопытными зелёными глазами. Его волосы торчали в разные стороны, словно он специально всё утро тёр их об подушку.        — Ты старый? Теперь фыркнул Стайлз. Он покачал головой, а Олли у него на руках заёрзал, меняя положение, чтобы было удобнее наблюдать за беседой. — Я не такой старый, как ты думаешь, — сообщил он Энди и потянулся за пультом, чтобы переключить на детский канал. Олли заскулил, потянулся к нему своими маленькими пальчиками, и Стайлз отдал пульт ему.        — Ты точно старый, — серьёзно сказал Энди, положив обе ладони на свою макушку. — У тебя короткие волосы! Ты лысеешь? Олли сидел на коленях у Стайлза и возился с пультом. Его нос всё ещё был заложен после плача, и он нажимал на все кнопки по очереди, даже не глядя на экран. У Стайлза не хватало смелости забрать пульт, нужно было проявить себя с лучшей стороны.        — Мне нравятся короткие волосы, — сказал Стайлз. Энди издал невнятный звук, провёл пальцами по своим чёрным волосам и почесал нос, словно бы сама эта идея ему не нравилась.        — Короткие волосы — это глупо.        Стайлз затрясся и рассмеялся прежде, чем смог сдержать себя, отчего Олли выскользнул из его объятий.        — У тебя ведь тоже короткие волосы, — Стайлз указал на причёску Энди. Для детей не было редкостью затевать споры только ради споров. Энди огорчённо вздохнул, вскочил на ноги и замахал руками, словно собирался сказать что-то очень важное. — Это потому что папа меня заставил! Я хочу длинные красивые волосы! Как у Пунцель! Вау, интересное развитие событий. Учитывая то, что Энди выглядел действительно расстроенным из-за своих коротких волос. Стайлз решил, что пора бы ему сменить тему, чтобы не дожидаться очередной истерики.        — Мне нравится Рапунцель! А что ещё ты любишь? Кажется, Стайлз случайно выдернул чеку словесной гранаты. Энди обрушил на него целый поток слов, взахлёб рассказывая о том, какие мультики ему нравятся, иногда заостряя внимание на мельчайших деталях, и даже успел рассказать о том, какие мультики он не любит. Время от времени он останавливался, чтобы отдышаться, чем пользовался Олли, чтобы спокойно рассказать Стайлзу, какие мультики нравятся ему. В течение пятнадцати минут, когда Стайлз пытался разобрать хоть что-нибудь из бесконечного детского лепета, он узнал, что Энди любил сказки про принцесс и вообще всё, что заканчивалось хэппиэндом, в то время как Олли нравился космос и всё, что было связано с океанами. Стайлз немного расслабился и подметил, что между братьями довольно много различий. Энди говорил на высоких тонах, иногда переходя на визг и активно жестикулируя, когда думал, что Стайлз его не понимает. Олли же, наоборот, был спокоен и сосредоточен, подбирая слова, и не запинался, как это частенько было с его братом. Стайлз наконец-то вступил в разговор, и они стали наперебой обсуждать диснеевский мультфильм «Дом Микки». Близнецы начали оживлённо спорить, и это дало Стайлзу шанс вернуться на кухню и забрать бумаги, которые Эрика оставила ему. Одна из бумаг была разделена на две колонки — «Энди Хейл» и «Олли Хейл», — а чуть ниже было написано «Любимая еда». Немного обнадёживает, что отец близнецов оказался чуть более изобретательным, чем предполагал Стайлз. Стайлз прошёлся по дому, исследуя новую территорию, и обнаружил, что половина дверей в доме заперта, а на остальных были установлены детские ворота безопасности. Ну, какая-никакая защита для маленьких оборотней. Лестница наверх была тоже заблокирована, и по факту у Стайлза был доступ только к кухне, гостиной, прачечной, гаражу и коридору, ведущему в ванную комнату и к комнатам мальчиков. Стайлз мельком заглянул в них и наткнулся на целую гору игрушек, решив, что лучше сделает вид, будто он ничего не видел. Вернувшись в гостиную, Стайлз совсем не удивился, увидев скучающих мальчишек, сидящих на диване. Ещё немного — и они бы начали уничтожать всё вокруг. — Хей, ребята, не хотите поиграть в игру? — спросил Стайлз. Энди моментально поднял голову и кивнул, широко заулыбавшись. — Я хочу быть принцессой! Я буду Пунцель! — с этими словами Энди слез с дивана и пулей выскочил из комнаты. Стайлз в замешательстве почесал голову и уже готов был спросить у Олли, что конкретно имел в виду его брат, как Энди ворвался в комнату с одеялом на голове и длинной синей тканью, которая тянулась за ним по полу.        — Я принцесса! — снова закричал Энди, перекинул уголок одеяла через плечо и ткнул в Олли пальцем. — А ты будешь рыцарем! Стайлз посмотрел на Олли, который, казалось, смирился со своей судьбой, слез с дивана и поплёлся в прихожую. Стайлз взглянул на Энди, чувствуя смущение. Он, в общем-то, ничего не имел против гендерного равенства, но обычно мальчикам не нравилось, когда их называли девочками.        — Может быть, ты имел в виду «принц»?        Энди широко раскрыл глаза и уставился на Стайлза, словно тот разбил все его детские мечты.        — Нет! ПринцЕССА! — закричал он, а затем издал радостный вопль, когда Олли вернулся с пластиковым мечом. В отчаянии Стайлз попытался исправить ситуацию и потянулся к Энди, чтобы поднять его на руки, но получил когтями по руке. — Не плачь, Энди! — воскликнул Стайлз. — Ты можешь быть принцессой! Я уверен, что есть и мальчики-принцессы! Можешь быть кем захочешь!        — Я не мальчик! — взвыл Энди, плюхнулся на пол и стащил одеяло с головы, чтобы крепко сжать его в руках. У Стайлза было ощущение, что это происходит не впервые. Тот факт, что малыш так сильно волновался, когда его называли «мальчиком», означало, что Стайлз задел больное место, чего он делать совсем не хотел. Энди всхлипнул, и Олли подошёл к нему вплотную, чтобы обнять, недовольно сжав маленький рот. — Всё в порядке, Энди. Я знаю, что ты не мальчик, — тихо сказал Олли, целуя брата в лоб. Энди взглянул на него, всё ещё всхлипывая, а затем подтянул одеяло, чтобы вытереть слёзы. Стайлз решил, что ему пора вмешаться. — Энди, — начал он неловко, присаживаясь на пол рядом с ним. — Мне жаль, что я назвал тебя мальчиком.        — Правда? — прохныкал Энди и взглянул на Стайлза мокрыми глазами.        Стайлз изо всех сил кивнул, потому что он не собирался препятствовать желаниям этого ребёнка быть тем, кем он или она хотел быть. Он достаточно читал статей о таких вещах, и, даже если это было просто временное явление, объяснять Энди, что это неправильно, — не самый подходящий выход.        — Ага. Я даже сделаю тебе корону, если хочешь. И ты будешь настоящей принцессой!        Энди взволновано взглянул на него, и Стайлз почувствовал, будто он только что заставил Рождество наступить на пару месяцев раньше.        — Корона? — он недоверчиво пискнул, быстро сел и чуть было не ударил Стайлза головой в подбородок. Стайлз рассмеялся, кивнул и пожал плечами.        — Конечно. Какая же принцесса без короны? У тебя есть платье?        Улыбка на лице у Энди снова исчезла, и с этим нужно было что-то делать. Через три часа Стайлз обнаружил себя в гостиной, где расположился подушечный форт, а рядом кружила принцесса в короне из алюминиевой фольги и синей тоге из одеяла. Стайлз был принцем, которому грозила опасность, поэтому он упал в обморок, прямиком на одну из подушек, а Энди направил меч на рыцаря Олли (Энди сказал, что Олли был плохим рыцарем, потому что хотел навредить принцу Стайлзу) и издал такой громкий боевой клич, что мог бы составить конкуренцию самой Зене.        Так продолжалось и дальше, пока парадная дверь не распахнулась, а Стайлз не услышал возмущённый рёв.        — Что это, черт возьми, такое? — подушка-щит Энди приземлилась прямиком в лицо Стайлзу, он дёрнулся, и подушечный форт неминуемо начал рушиться.