На коленях

      Пора представиться.       «Несколько слов о себе…»       Эдди выводят к доске, ставят возле учительского стола и покровительственно замолкают. Школьник выжидает еще пару секунд, а потом, не глядя на лица тех, с кем проведет весь следующий год, начинает излагать сухие, общеизвестные факты.       — Эдди Каспбрак.       — Семнадцать лет.       — Есть собака.       Под мерное гудение, переговаривающихся между собой одноклассников, рассказ не клеится, и мальчишка сдается, проходя на свое место.       Разумеется, ему здесь не рады.

***

      Ему постоянно напоминают об этом, ловя в темных углах школы и на заднем дворе за высоким палисадником. Они бьют метко, больно, не оставляя видимых следов. Билл, Стен, Майк и Ричи. Вечно хмурый и молчаливый Майк вырастает у него на пути и выкручивает руки, пока смазливый, улыбчивый, но на удивление обладающий силой Стен попеременно молотит: то в живот, то по ногам. Ричи или Билл хватают его за волосы и, оттянув голову назад, смеются, говоря гадости. Эдди их ненавидит.       Всех.       И каждого по отдельности.

***

      А судьба распоряжается слишком неожиданно, по сравнению с чем удары Стена под дых не заставляют так корчиться от боли, как новая идея классного руководителя, озвученная перед всем классом, как приказ о повешение: Эдди, знающий математику на «отлично», поможет Ричи разобраться с корнями и логарифмами.       Если что-то этих двоих и роднило, то только старые, местами потертые красные кеды. Теперь их объединяла ненависть к недальновидному учителю.       Эдди ненавидит Ричи.       Ричи ненавидит Эдди.

***

      В их отношениях ничего не меняется. Эдди, все так же, уходит из школы хромая, поддерживая ноющую кисть вывернутой руки и подсчитывая, сколько у него к выпускному останется волос (уж Билл далеко не неженка). Он ненавидит Майка, Билла и этого наглого Стена.       Ненависть к Ричи не измеряется в человеческих мерках, и Эдди сбивается с мысленного счета: в его мечтах Ричи переезжает автобус, тело растворяется в кислоте или на каштановую голову нападает стая хищных коршунов. И это не потому что Ричи его бьет, обижает и унижает, а потому что он хренов лицемер.       — Прости, пожалуйста, прости.       С этой фразы начинаются их дополнительные занятия. Ричи, действительно, раскаивается, но почему-то только тогда, когда рядом нет его компании. Эдди пожимает плечами и придвигает учебник, ничего не выражающим голосом объясняет материал урока.       Баллы Ричи растут, и учитель довольный собой, улыбается. Дело в том, что Эдди умеет втолковать самое непонятное в скудные извилины Ричи, но он же оказывается тем самым пушечным мясом для друзей.       Ричи пробует отговорить ребят, убеждая, что гоняться за Эдди уже скучно. Его встречают насмешливым взглядом и порцией язвительных фраз.       Эдди достается сильней.

***

      Ричи извиняется, Эдди не слушает, занятие математикой, избиение за школой. Это становится такой же привычной рутиной, как чистка зубов, принятие завтрака или выполнение домашней работы. Так проходит невыносимо трудный месяц для Эдди. Школьник смиряется со своим бессилием, необъятной тонной злобы на идиота — Ричи и его дружков.       Изменения врываются с первым снегом.       В ничем непримечательный вторник Ричи заходит в кабинет, покачиваясь из стороны в сторону. Выглядит он паршиво: залегшие круги под глазами, болезненная бледнота, трясущиеся губы, помятая школьная форма. Он смотрит на Эдди и сухо произносит:       — Я не буду заниматься математикой, — устало прижимается лопатками к стене класса.       — Как будто мне есть до этого дело, — фыркает в ответ Эдди.       Но Ричи вновь повторяет свои слова, уже с нажимом:       — Я не буду заниматься математикой, — мутный взгляд падает под ноги и, словно, игрушка без стержня, Ричи ломается, съезжая вниз по поверхности. Его руки безвольно опускаются по боком, ладонями упираясь в пыльный пол, — у меня умерла мама.       Эдди теряется на короткое мгновение, а когда приходит в себя, то замечает, что тело Ричи прошибает мелкая дрожь.       — Не сдерживайся, если хочешь, я выйду и покараулю на случай незваных гостей.       Ричи ничего не отвечает, тогда Эдди поднимается и, обойдя его, выходит за дверь.       Эдди подсчитывает, что проходит семь минут, прежде, чем с той стороны начинают сдавленно реветь. Наверное, ему даже немного жаль мальчишку, по сути Ричи еще тот же ребенок, выросла только оболочка, внутри он все такой же беззащитный. Разожми руки и он упадет.

***

      Их объединяют старые, местами потертые красные кеды. Первый не может позволить купить себе новые, а второй их носит, как напоминание о светлых моментах в самое темное время. Занятие по математике теряют смысл. Эдди больше не трогают. Теперь они держатся друг за друга, если падают, разваливаясь на куски.