На коленях

      Эдди звонит в три часа ночи, совсем забыв о разнице часовых поясов. Ричи не злится на него, потому что скучает, но признаться самому себе в этом страшится. Экран мобильного телефона холодит щеку, а знакомый бодрый голос жалуется на непрерывные дожди в Сиэтле. Ричи улыбается, откидывает одеяло в сторону и босыми ногами шлепает по ковру на кухню, где готовит себе крепкий кофе, по неосторожности обжигает язык и кривит лицо, от слишком горького вкуса.       — Когда ты приедешь? — Ричи нарочно не говорит о том, что хочет подготовиться к приезду Эдди (нужно справиться и со своим волнением). Эдди неловко умолкает, как будто кто-то на телефонной станции глушит их разговор. Ричи опускает кружку на стол, где незамедлительно растекается кофейное пятно, которое потом он будет долго оттирать и мысленно пенять на себя, «ведь это же ореховое дерево, безумно дорогое». — Так когда?       — Я не знаю, — тихим голосом произносит Эдди и, промямлив что-то вроде, извини_, _мне_надо_идти! отклоняет вызов.       Ричи смотрит, как грязно-коричневое пятно окружает белые бока кружки и сглатывает комок неожиданно появившегося страха. Ему вдруг стало неуютно на пустой кухне. Обычно, напротив, его кружки, стояла кружка Эдди.       Спустя неделю Эдди звонит. Опять ночью и говорит, что заболел.       — Не знаю как так получилось, я вроде и шарф надел, и кофту теплую, и обувь у меня не промокает, — Эдди говорит смешно, в нос и сипя. Только это Эдди, и Ричи совсем не смешно. — Горло болит, глотать больно, насморк замучил, — в трубке раздается оглушительный чих и Эдди извинившись, сбрасывает номер.       Квартира погружается в долгую тишину, даже фонивший телевизор не был слышен.       Долгими вечерами Ричи либо мерил комнату шагами, либо лежал на кровати, сверля взглядом телефон и нерешительно набирая, а потом сбрасывая номер Эдди. «Идиот, он же болеет, позвони ему» «А вдруг он спит? И я его разбужу?» изматывающие беседы с самим собой заставляют парня лезть на стенку.       А потом снова звонит телефон. Без объяснений, без приветствий Эдди сухим тоном произносит:       — Я не приеду, — неловкий кашель, сменяющийся частыми грустными гудками.       Мобильный телефон летит в стену, гладкий экран покрывается паутиной трещин, словно отражая сердце Ричи.       По телевизору показывают прогноз погоды: в Сиэтле еще неделю будет непогода. У Ричи она уже семь месяцев дурацкая и противная, серая, скучная, без эмоциональная.       Небольшая сумка стоит возле ноги, парень обводит квартиру взглядом, подхватывает за ручки свой багаж и мягко прикрывает дверь, вставив в небольшое расстояние между косяком и стеной записку для домовладелицы, что ненадолго уедет по рабочим делам. Где-то между расстоянием и многими часами тоски он оставляет свою нерешительность и трусость, стирая все границы, утопая в мягком свете солнца, лениво проглядывающим в иллюминатор самолета.

***

      Ключ он нашаривает под ковриком возле дверей, удивляясь, как же он хорошо знает забывчивого Эдди. Заходя в квартиру, он пугается глухой тишины. Но когда до его носа достигает тонкий запах лекарств, Ричи приходит к выводу, что Эдди скорей всего спит ввиду своей простуды. Старясь несильно шуметь, Ричи разувается и вешает свою куртку на вешалку, тихо ступая по коридору.       — Я тут, — раздается у него за спиной. Парень от неожиданности испуганно подпрыгивает и оборачивается. Эдди со слезящимися глазами, стоит закутанный в одеяло, пошатываясь из стороны в сторону под невидимым ветром.       — Зачем ты встал, — рассерженно шепчет Ричи, мягко обхватывая хозяина квартиры за плечи и провожая обратно в спальню.       — А почему ты прилетел? — Эдди на мгновение прячется в одеяле, громко высмаркиваясь (видимо у него там, в руке был спрятан платок).       — Потому что ты мне нужен? — Ричи пожимает плечами, отводя взгляд в сторону. — Потому что ты мне нужен.       Эдди шмыгает носом, выглядывая из-под одеяла на Ричи.       — Даже с красным носом? — Жалобно уточняет он.       Ричи тепло усмехается.       — Даже с красным носом, — парень поправляет одеяло и опускается на кровать рядом с Эдди, ждет, пока тот закроет глаза и уснет, а после и сам закрывает глаза.       Ричи снится, как спокойное море временами накатывает волнами на берег, словно ленивый кот слизывающий сметану с усов, как чайка высоко взмывает в небесную лазурь, а на закате с малиново-красным солнцем пикирует за горизонт, как Эдди громко смеясь, толкает его в воду, а он, обороняясь, роняет его на влажный песок и обрывает смех первым, заветным поцелуем.