Армагеддон

- Пап, а когда я приеду на Рождество, он какой будет? - Если он будет и дальше столько же жрать, то раза в два больше, а то и в три. - Не неси чушь, Брайан. Гас, он еще совсем маленький щенок, через три месяца будет сантиметров на десять больше. Как раз надо будет делать ему очередную прививку, ты ведь мне поможешь отвезти Локки к ветеринару? - Конечно, Джастин! Вау, это так здорово, пап, что ты купил собаку! Вот бы и мне дома такую же купили… - Так, Гас, нам уже пора! Ребята, спасибо, что пригласили в гости, - Мелани поднялась и потянула за руку дочку, которая никак не желала отклеиваться от щенка. - Брайан, ты очень здорово все здесь сделал, прекрасный ремонт, все просто замечательно продумано. Брайтин просто не узнать теперь. Я искренне надеюсь, что вы будете здесь счастливы, - Линдси подошла к Джастину и обняла его. Блондин по привычке сжался, но смог быстро взять себя в руки и улыбнулся. - Спасибо, Линдси. Мел, приезжайте почаще. И детей привозите. А то нам тут совсем скучно будет вдвоем в этом большом доме. - Ни хуя себе… Ой, бля… то есть, я хотел сказать, а какого черта я купил тебе эту псину? Ты и с ней скучаешь? Детей тебе подавай? Солнышко, ты меня пугаешь… - Расслабься, Брайан, - Джастин рассмеялся и обнял мужа, - думаю, этих двоих по праздникам нам вполне будет достаточно… пока. Мелани и Линдси тоже весело рассмеялись, по очереди расцеловали Брайана и Джастина в щеки. Гас обнял отца, и все шумное семейство Маркус-Питерсон наконец-то покинуло дом. - Неужели мы одни? Блядь! Я думал, эти бесконечные родственники никогда не закончатся. - Брайан, они же волнуются. Тебе никто не верит, все хотят лично удостовериться, что со мной все в порядке, - Джастин принялся сгружать грязную посуду в посудомоечную машину. Брайан взял на руки щенка и принялся гладить его за ухом, тот жалобно поскуливал, выгибая шею и предоставляя более широкий доступ к самым чувствительным местечкам. - Он похож на тебя. Такой же ленивый и ест, как слон. - Зато не дает мне скучать. За ту неделю, что я сидел здесь один целыми днями, пока ты был в Киннетике, Локки здорово меня развлекал. - Ага, обоссал весь дом. - Неправда, мы с ним гулять ходим. Просто он еще не привык к ошейнику, - Джастин забрал из рук Брайана спящего щенка и положил на подстилку. - Пошли ложиться, поздно уже. - В одиннадцать? Сегодня пятница, ты в своем уме? Я не хочу спать, я хочу… - Ну так езжай в Вавилон, - Джастин демонстративно надул губы, развернулся и пошел наверх. Брайан улыбнулся, прикусил нижнюю губу и без всяких сожалений пошел вслед за мужем. - Тебе скучно, потому что нечем заняться. Сходил бы, посмотрел мастерскую, что я для тебя сделал, - может, и нашел бы себе какое-нибудь развлечение по душе. - Может быть. Скорее всего, в понедельник. - А в выходные ты чем собрался заниматься? - Тем же, чем и сегодня вечером. - Что, спать? Двое суток подряд? - Брайан не выдержал и громко рассмеялся. Джастин улыбнулся и протянул одну руку мужу, второй при этом открывая дверь их спальни. - Целую неделю нас терроризировали родственники и друзья. С тех пор, как ты забрал меня из пансионата, нам и минуты не дали побыть наедине. Я не помню, что там за романтическую хрень я нес десять лет назад в аналогичной ситуации, но что-то вроде «я хочу тебя во мне». Давай сегодня обойдемся без лишних слов, я слишком долго ждал… - Нет… нет, Джастин, еще… рано. Ты… я не… готов. Я не смогу. Черт, не заставляй меня это произносить, мне и так нелегко себя все время сдерживать, когда ты рядом… - Так не сдерживай. Я люблю тебя, Брайан. Ты даже не представляешь, как сильно люблю. Я даже не знаю, где бы я сейчас был, если бы не ты. Я готов. Честно. Не заставляй меня снова чувствовать себя сопливым подростком, просто трахни меня уже в конце концов! - Как в первый раз? - А то как же! Это же наш медовый месяц! - Джастин усмехнулся, притянул к себе мужа и накрыл его губы своими. И это было единственно верное и правильное решение - то, что осталось только между ними, в них, то, чего никто и никогда не сможет разрушить. Они одержали эту победу в битве Армагеддона, пусть и столь дорогой ценой, но теперь уже это неважно. Они здесь, в своем доме, и они вместе. Вопреки и наперекор судьбе.